Ведьмаку платят за эльфов — а он находит гулей с рудой под кожей, будто металл прорастает сквозь мёртвую плоть. За ложью старосты стоит культ, поклоняющийся голосу из-под земли, и человек в обсидиановой маске без лица, для которого чужие жизни — цифры в расчёте. Эйнар из Школы Мантикоры не прощает лжи: он режет её мечом и спускается туда, куда не сунется даже отчаяние. Тьма в шахте поёт, и с каждым шагом её песня липнет к рассудку крепче проклятия. Что прячет гора — и охотится ли ведьмак на тварь, или уже на весь мир?

Ведьмаку платят за эльфов — а он находит гулей с рудой под кожей, будто металл прорастает сквозь мёртвую плоть. За ложью старосты стоит культ, поклоняющийся голосу из-под земли, и человек в обсидиановой маске без лица, для которого чужие жизни — цифры в расчёте. Эйнар из Школы Мантикоры не прощает лжи: он режет её мечом и спускается туда, куда не сунется даже отчаяние. Тьма в шахте поёт, и с каждым шагом её песня липнет к рассудку крепче проклятия. Что прячет гора — и охотится ли ведьмак на тварь, или уже на весь мир?