Слова человека в маске подействовали как удар хлыста. Десяток культистов, дремавших у костра, вскочили на ноги, выхватывая из-под плащей оружие — кривые мечи, топоры, ржавые секиры. Их лица были скрыты в тени капюшонов, но в движениях читалась фанатичная готовность умереть по приказу своего лидера.
— Бесполезно прятаться, ведьмак, — голос в маске был лишён эмоций, он просто констатировал факт. — Я чувствую холод твоего металла и ярость твоего спутника. Выходите. Поговорим.
— Поговорим языком топора! — прорычал Бьорн, собираясь броситься в зал.
Эйнар схватил его за плечо, останавливая.
— Не торопись. Он тянет время.
— Чего он ждёт? Подмоги? — прошипел краснолюд.
— Нет. Он изучает, — ответил ведьмак, и его взгляд был прикован к безликой маске. — Он анализирует нас.
Это было правдой. Человек в маске не отдавал приказ атаковать. Он стоял у карты, слегка склонив голову, словно прислушиваясь к чему-то, что было недоступно слуху обычных людей. Он оценивал их. Как учёный оценивает двух подопытных крыс, попавших в его лабиринт.
— Выхода нет, — решил Эйнар. — Прорываться придётся с боем. Но на наших условиях.
Он вытащил из сумки две бомбы. Одну, «Чёртов гриб», он отдал Бьорну.
— Когда я подам знак, бросай это в центр, к костру. Создашь хаос.
— А ты?
— А я займусь главным, — ведьмак посмотрел на человека в маске.
Он вытащил вторую бомбу. «Самум». Простая, но эффективная. Взрыв, ослепляющая вспышка и оглушающий звук.
— Сейчас! — крикнул он.
Две тёмные сферы одновременно полетели в зал. Бомба Бьорна упала прямо в костёр, разметав горящие угли и подняв в воздух огромное облако удушливых спор. Культисты, стоявшие рядом, закашлялись, их глаза заслезились. Бомба Эйнара взорвалась в воздухе перед человеком в маске.
Ослепительная вспышка на мгновение превратила подземелье в негатив фотографии. Раздался оглушительный грохот, от которого, казалось, задрожали стены.
— Вперёд! — рявкнул Эйнар, и они с Бьорном ворвались в зал.
Краснолюд, прикрывая лицо рукой от спор, врубился в толпу дезориентированных культистов. Его топор описывал смертоносные круги, ломая кости и кромсая плоть. Он не кричал, он ревел — первобытным, яростным рёвом воина, нашедшего, наконец, выход своей ненависти.
Эйнар же, игнорируя остальных, бросился напрямую к цели. Человек в маске, хоть и был ослеплён и оглушён, отреагировал с нечеловеческой скоростью. Он отпрыгнул от стола в тот момент, когда меч ведьмака рассёк карту на две половины. Двое его помощников, что стояли рядом, бросились наперерез.
Первый был вооружён двумя короткими кинжалами. Он двигался быстро, как змея. Но Эйнар, находясь под действием «Кошки», был быстрее. Он парировал выпад, и его собственный клинок вспорол нападавшему живот. Второй, вооружённый длинным эстоком, попытался нанести укол, но наткнулся на знак Аард. Телекинетический удар отбросил его прямо на горящие угли костра.
Путь был свободен. Человек в маске уже оправился от вспышки. Он отбросил плащ. Под ним оказалась лёгкая кожаная броня, усиленная стальными пластинами. В его руке появился короткий, изогнутый меч, похожий на зерриканский ятаган.
— Впечатляет, — произнёс он, и его голос, несмотря на звон в ушах, оставался спокойным. — Ты не обычный головорез, ведьмак. Ты — тактик.
— А ты — не обычный фанатик, — ответил Эйнар, кружа вокруг него. — Ты — учёный. И твои эксперименты закончились.
Их клинки встретились. Искры полетели во все стороны. Человек в маске был невероятно быстр и точен. Его стиль боя был экономичным, без единого лишнего движения. Он не пытался убить Эйнара грубой силой. Он искал брешь в его защите.
Тем временем Бьорн устроил в зале настоящую бойню. Трое культистов уже лежали у его ног. Остальные, видя, что их товарищи падают один за другим, и не получая приказа от своего лидера, начали отступать к дальним выходам из погреба.
Эйнар понимал, что у него мало времени. Он должен был закончить бой до того, как они с Бьорном окажутся в меньшинстве или прибудет подмога.
Он пошёл на риск. После очередной серии финтов он намеренно открылся, подставляя под удар левое плечо. Человек в маске клюнул на уловку. Его ятаган метнулся вперёд. Эйнар принял удар на плечо — острая боль пронзила тело, но меч лишь скользнул по кожаной броне, оставив глубокую, но не смертельную рану.
Зато теперь его противник был в пределах досягаемости. Левая рука ведьмака, свободная от меча, метнулась вперёд, но не для удара. Пальцы сомкнулись на обсидиановой маске.
— Посмотрим, кто ты, — прошипел он.
Человек в маске попытался отпрянуть, но было поздно. Эйнар с силой дёрнул. Маска сорвалась.
Под ней не было лица.
Там, где должны были быть глаза, нос и рот, была лишь гладкая, без единой черты, кожа, испещрённая теми же спиралевидными, светящимися символами, что и артефакт. А в центре лба, словно третий глаз, был выжжен один большой, сложный знак. Знак Спящего.
Эйнар на мгновение замер от шока. Это был не человек. Это было… нечто иное.
Его противник воспользовался этим замешательством. Он не стал атаковать. Вместо этого он ударил ногой по ножке стола, на котором лежала карта. Стол опрокинулся, и с него на пол с грохотом посыпались склянки, алхимические приборы и… несколько чёрных, как ночь, каменных шаров. Точных копий того артефакта, что лежал в сумке у Эйнара.
Они покатились по полу, и подземелье наполнилось многоголосым, сводящим с ума шёпотом.
Бьорн, добивший последнего культиста, взревел от боли и схватился за голову. Эйнар почувствовал, как ментальная стена в его сознании трещит под этим напором.
Безликое существо, отбросив меч, бросилось к одному из тёмных тоннелей, ведущих из погреба.
— Это только начало, ведьмак, — его голос теперь звучал не извне, а прямо в голове у Эйнара. — Вы нашли лишь один осколок. А их — сотни. Скоро весь мир услышит нашу песню.
И он исчез во тьме.
Шёпот начал стихать. Бьорн тяжело дышал, опираясь на свой топор.
— Что… что это было, мать его?!
Эйнар не ответил. Он подошёл к одному из чёрных шаров и осторожно ткнул его кончиком меча. Тот рассыпался в пыль. Фальшивки. Усилители, но не источники.
Он посмотрел на пол. Среди осколков и разлитых эликсиров он увидел то, что искал. Несколько свежих пергаментов. План. На одном из них был детально нарисован портовый склад. И дата. Завтрашняя ночь.
— Он не просто сбежал, — пробормотал Эйнар, поднимая пергамент. — Он оставил нам приманку. Он хочет, чтобы мы пришли туда.
Он перевёл взгляд на Бьорна, затем на тёмный тоннель, в котором скрылся их враг.
— Он не боится нас, — сказал ведьмак, и в его голосе впервые прозвучало нечто, похожее на беспокойство. — Он играет с нами.
Обновлено: 19.02.2026