Он умер в двадцать девять — сломленным наёмником без семьи, славы и единого шанса на реванш. Очнулся четырнадцатилетним курсантом на обломках десантного корабля, но пятнадцать лет чужой памяти остались при нём — и теперь каждый вдох, каждый удар меча просчитан наперёд. Пока избалованные гении Академии красуются родословной и деньгами откупаются от драки, вчерашний неудачник голыми нервами валит монстров, что не по зубам целым отрядам. Галактика веками истекает кровью в войне с тремя расами, а на вершине силы ждут ранги, о которых мечтает каждый — миротворец, и выше него — межзвёздный судья, чья воля решает, кому жить. Сможет ли память о позорном будущем стать ключом к величию, или прошлые ошибки настигнут его снова?

Он умер в двадцать девять — сломленным наёмником без семьи, славы и единого шанса на реванш. Очнулся четырнадцатилетним курсантом на обломках десантного корабля, но пятнадцать лет чужой памяти остались при нём — и теперь каждый вдох, каждый удар меча просчитан наперёд. Пока избалованные гении Академии красуются родословной и деньгами откупаются от драки, вчерашний неудачник голыми нервами валит монстров, что не по зубам целым отрядам. Галактика веками истекает кровью в войне с тремя расами, а на вершине силы ждут ранги, о которых мечтает каждый — миротворец, и выше него — межзвёздный судья, чья воля решает, кому жить. Сможет ли память о позорном будущем стать ключом к величию, или прошлые ошибки настигнут его снова?