Средняя продолжительность жизни новобранца Имперской Гвардии — пятнадцать часов. Тейлор служит третий год и до сих пор жив — не благодаря доблести, а острому уму и беспринципной удаче. Пока другие боготворят Астартес, он тащит из-под огня тех, кого положено бросить, — и за это начальство мечтает его расстрелять. Орочьи орды, культисты в самом неожиданном обличье и женщины, видящие в скромном сержанте нечто куда опаснее героя, — сколько продержится его везение, если сама Империя не прощает доброты?

Средняя продолжительность жизни новобранца Имперской Гвардии — пятнадцать часов. Тейлор служит третий год и до сих пор жив — не благодаря доблести, а острому уму и беспринципной удаче. Пока другие боготворят Астартес, он тащит из-под огня тех, кого положено бросить, — и за это начальство мечтает его расстрелять. Орочьи орды, культисты в самом неожиданном обличье и женщины, видящие в скромном сержанте нечто куда опаснее героя, — сколько продержится его везение, если сама Империя не прощает доброты?