Игроки зовут таких, как он, «неписи» и убивают не глядя, ради циферки крита. Однажды такой игрок стёр с лица земли его единственную семью — девушку, что верила в рыцарство сильнее, чем в жизнь — и просто пошёл дальше. Богиня Смерти и Мести услышала крик труса и превратила его боль в оружие: теперь он — Особый Мировой Босс, чья сила растёт от чужой ненависти. Первый удар его клинка не прощает никого, а игроки, спустившиеся за лутом, ещё не знают, во что вляпались. Сколько героев должны умереть за одну украденную улыбку?

Игроки зовут таких, как он, «неписи» и убивают не глядя, ради циферки крита. Однажды такой игрок стёр с лица земли его единственную семью — девушку, что верила в рыцарство сильнее, чем в жизнь — и просто пошёл дальше. Богиня Смерти и Мести услышала крик труса и превратила его боль в оружие: теперь он — Особый Мировой Босс, чья сила растёт от чужой ненависти. Первый удар его клинка не прощает никого, а игроки, спустившиеся за лутом, ещё не знают, во что вляпались. Сколько героев должны умереть за одну украденную улыбку?