Все зовут его бездарью — сыном великого мастера меча, что не смог открыть духовные каналы и обречён остаться простым смертным. Пять лет насмешек, урезанное содержание, расторгнутая помолвка — а он лишь крепче сжимает рукоять. Пока другие открывают каналы пилюлями, он голым мастерством взламывает законы совершенствования и добывает силу, которой позавидует иной практик. Что если путь к вершине лежит не через дар небес, а через один-единственный клинок и волю, что не ломается? Город Цинь ещё не знает, кого он породил.

Все зовут его бездарью — сыном великого мастера меча, что не смог открыть духовные каналы и обречён остаться простым смертным. Пять лет насмешек, урезанное содержание, расторгнутая помолвка — а он лишь крепче сжимает рукоять. Пока другие открывают каналы пилюлями, он голым мастерством взламывает законы совершенствования и добывает силу, которой позавидует иной практик. Что если путь к вершине лежит не через дар небес, а через один-единственный клинок и волю, что не ломается? Город Цинь ещё не знает, кого он породил.