Из смертоносного Тумана, где гибнут целые отряды, обычные люди не возвращаются — а Лу Нин вернулся: без единой капли скверны, зато с чудовищным голодом и мечтой о тушёной свинине. Его допрашивают монстры в человеческом обличье и разрывают на куски прямо за столом переговоров — а он просто собирает себя заново и спрашивает, скоро ли ужин. За две тысячи лет блужданий в белом мареве он увидел нечто, что позволяет играючи попирать законы жизни и смерти. Вопрос не в том, человек ли он, а в том, что будет, когда он перестанет сдерживаться.

Из смертоносного Тумана, где гибнут целые отряды, обычные люди не возвращаются — а Лу Нин вернулся: без единой капли скверны, зато с чудовищным голодом и мечтой о тушёной свинине. Его допрашивают монстры в человеческом обличье и разрывают на куски прямо за столом переговоров — а он просто собирает себя заново и спрашивает, скоро ли ужин. За две тысячи лет блужданий в белом мареве он увидел нечто, что позволяет играючи попирать законы жизни и смерти. Вопрос не в том, человек ли он, а в том, что будет, когда он перестанет сдерживаться.