Слепой уличный музыкант с нищенской чашей — что взять с калеки, играющего на эрху за медяки? Городские хулиганы годами измываются над ним безнаказанно, не зная, что под лохмотьями скрыта тайная сила, растущая с каждой сыгранной мелодией. Ему не нужна месть или слава — лишь миска супа да тепло для старого вола. Но стоит тронуть единственную душу, что кормила его тофу по доброте, — и улицы узнают, каким клинком владеет слепец с посохом. Сколько крови прольётся, прежде чем город поймёт: недооценивать слепых — смертельная ошибка?

Слепой уличный музыкант с нищенской чашей — что взять с калеки, играющего на эрху за медяки? Городские хулиганы годами измываются над ним безнаказанно, не зная, что под лохмотьями скрыта тайная сила, растущая с каждой сыгранной мелодией. Ему не нужна месть или слава — лишь миска супа да тепло для старого вола. Но стоит тронуть единственную душу, что кормила его тофу по доброте, — и улицы узнают, каким клинком владеет слепец с посохом. Сколько крови прольётся, прежде чем город поймёт: недооценивать слепых — смертельная ошибка?