Каталог

Прошлую жизнь программист загнал себя работой в могилу — новая встречает его должником с пятнадцатью днями до расправы ростовщиков, в тени гениальной сестры, которую не догнать. Все вокруг видят в нём слабейшего создателя карт без капли силы — а он видит в чужой магии родной язык кода и находит лазейку, которую никто не замечал. Примитивная поделка, выданная за секретную технику культивации, сводит с ума весь город и льёт золото рекой. Пока сильные рубятся клинками, он побеждает наглостью и расчётом — и это только первая карта в его колоде.

Лу Вэйчжэнь сыта по горло нищей зарплатой и наглым начальством — и вот ради глотка личной жизни идёт на свидание вслепую. Сначала её спасает от ожога ледяной незнакомец, которого она приняла не за того; затем напротив садится настоящий жених — красивый, воспитанный, идеальный до неприличия. Но ночью в квартире гаснет свет, и на потолке, вывернув шею на сто восемьдесят градусов, повисает та самая фигура с кошачьими глазами и голодной улыбкой. Кто он — тайный защитник или хищник, играющий с добычей?

Крестьяне обвинили нищего чужака в краже — и жестоко просчитались: клеветника уводят под плети, а вчерашний изгнанник как ни в чём не бывало идёт продавать шкуры добытых зверей. За этим ледяным спокойствием скрывается тайна ржавого кольца, которое сам Линь Му понимает едва ли лучше остальных. Пока чиновники и торговцы видят перед собой безродного бедняка, он уже играет в игру, правил которой не знает никто вокруг. Сколько миров ему ещё предстоит пройти, прежде чем кольцо раскроет всю правду?

Ещё вчера он потрошил рыбу на рынке ради матери — сегодня выходит на поле «Монако» и рвёт оборону соперников на глазах у трибун Лиги 1. Тренеры списывают его со счетов, ветераны сборной кипят от злости, а он, восемнадцатилетний мальчишка, безжалостно теснит их с места в составе одним дерзким финтом за другим. Обещание, данное матери в шесть лет — «буду играть в телевизоре» — сбывается так громко, что о нём пишет вся французская пресса. Но чем выше взлёт, тем яростнее враги внизу — выдержит ли он собственную легенду?

Родимое пятно инь-янь поставило крест на мечтах о любви — остаётся только жажда денег на учёбу, и ради неё бедный студент-мечник соглашается на одну ночь разбоя. Но карета, которую он решил тряхнуть, принадлежит девушке, одним движением пальца раскидывающей воинов молниями и торнадо, а друг Роди уже пленник в поместье самой грозной военной семьи Империи. Вместо бегства он лезет через стену спасать его — первый безрассудный шаг легенды, которую от такого неудачника никто не ждал.

Сильный министр, который не хочет узурпировать трон, не имеет права считаться сильным министром... "Однажды мое лицо будет напечатано на имперской золотой монете" - Шаар Гром. На юге континента была старая, но сильная империя - Византия. На севере была империя Один, на западе - островная страна Атлантида. Эти три королевства формировали треугольник на континенте. В буферной зоне между этими тремя странами - в дикой первобытной местности - был юноша неизвестного происхождения - Шаар. Этого ребенка воспитал старик, потомок семьи Тулаип. Через странные тренировки этого старика, Шаар освоил несколько удивительных навыков. После смерти старика, Шаар начинает подниматься по иерархии от "деревенщины" через путешествие сквозь магию и завоевания!

Пропавших среди ночи находят без следа — лишь ледяной ужас в глазах уцелевших. Вэй Хун, нищий мясник из трущоб, кормящий деда объедками с рынка, не подозревает, что кровь и потроха будят в нём древнюю силу культивации, растущую быстрее, чем у адептов великих сект. Пока знать швыряется золотом за тайные техники, он оттачивает мастерство над разделочной колодой — и нечисть, крадущая людей с улиц, скоро об этом пожалеет. Сколько тайных сил ещё скрывает эта захолустная лавка, прежде чем мясник станет охотником на монстров?

Адам ночует в подворотне и вкалывает за гроши — единственное, что держит его на плаву, это долг перед тётей, заменившей ему семью. Однажды во сне раздаётся голос: Система Подземелий предлагает сделку — каждую ночь двенадцать часов охоты на монстров вместо отдыха, а взамен золото и уровни. Пока элита годами культивирует силу в кланах, нищий сирота качается во снах, превращая гоблинов в монету и опыт. Но подземелье не прощает слабины: у новичка есть лишь три жизни, и они не бесконечны. Сможет ли уличный оборванец обогнать избранных этого мира?

Мьельнир куют кузнецы с девятью звёздами — а не нищий студент, задолжавший два миллиона и не сдавший ни одного чертежа. Но в голову Ву Мо вселилась Система: кузница вне времени, где сто минут снаружи равны одной внутри, и верстак, что отматывает назад любую ошибку до самого её истока. Пока одногруппники хвастаются готовыми поделками, он в одиночку куёт молот бога грома — и с каждым откатом руки помнят всё точнее. Успеет ли безнадёжный должник обмануть время и выковать легенду раньше, чем академия спишет его со счетов?

Авария отняла у Линь Ясинь родителей и память, а взамен дала дар, который никому не пожелаешь: она видит мертвецов — и они видят её. Красавец-призрак сутками сторожит её порог, а соседка-утопленница красуется вниз головой за окном. Потоп сверху приводит её к чужой двери — и вместо скандала она находит труп на полу и нож у горла, бросая убийце ледяное «просто прикончи быстрее, мне нечего терять». Её равнодушие к смерти пугает маньяка сильнее, чем клинок пугает её. Что за игру ведёт хозяин этой квартиры — и кто в ней настоящая добыча?

Она уже умерла один раз — а очнулась привязанной к дереву в глухой деревне, где толпа жаждет её повесить. Авария забрала прежнюю жизнь и швырнула Ли Мань в чужое тело и чужой мир, где никто не понимает ни слова из её речи. Спасение приходит от четырёх братьев Ли — нищих, но опасно притягательных, и уже первый взгляд старшего выдаёт: просто отпустить её он не сможет. Сумеет ли чужачка без языка и без прошлого превратить дом бедняков в свою крепость — или новый мир окажется страшнее прежней смерти?

Когда Нин Сяоюй, третьесортная звездочка, участвовала в эстрадном шоу, она наткнулась на популярного актера, который дремал в комнате отдыха. Мужчина сидел на полу, откинувшись спиной на французское окно и свободно вытянув свои длинные ноги. Лучи послеполуденного солнца бесцеремонно падали на его лицо и подчеркивали профиль. Он был настолько красив, что не походил на реального человека. Когда Нин Сяоюй намеревалась из вежливости удалиться, перед ней внезапно появилась строка символов: [Девочка, ты хочешь быть знаменитой? Желаешь наслаждаться ощущением, что находишься в центре внимания? При условии, что ты получишь благосклонность актера, ты обретешь все это. В настоящее время актер отдыхает в комнате, ты можешь: A: Поцеловать актёра. B: Тайно сфотографировать спящего красавца. C: Нежно побыть с актёром десять минут.] Нин Сяоюй выждала некоторое время и пришла к выводу, что ей нужно выбрать один из вариантов. После этого она неохотно выбрала вариант под буквой «С». Система любви была так взволнована, что потерла руки: «Давай, девочка!» А затем она наблюдала, как Нин Сяоюй присела рядом с актером, достала семечки, которые носила с собой, и принялась их лузгать. Система любви, ожидающая порцию сладости: «Что-то здесь не так???»

Нищего слугу в поместье держали за пустое место для массовки — пока госпожа одним словом не перевернула всю иерархию. За смиренным лицом бедняка прячутся знания из совсем другого мира и холодный расчёт, который обходит любую родословную. Вчерашние насмешники уже расталкивают друг друга, чтобы набиться в друзья, а он методично выигрывает игру, в которой все считали его пешкой. Но сколько продержится эта маска, прежде чем тайна его пути между мирами всплывёт наружу?

Она уже проживала жизнь однажды — и на этот раз твёрдо решила беречь тепло, а не тратить его на чужое одобрение. Пока тётушки меряются детьми, а мать тайком краснеет от чужих слов, четырёхлетняя Бэй Яо тянется не к сладостям и похвале, а к соседскому мальчику, которого все обходят стороной: у Пэй Чуаня нет ног, зато есть взгляд, полный преданности только ей одной. Название романа не лжёт — за спокойствием и добротой здесь прячется что-то куда более тёмное и опасное. Сможет ли детская дружба выжить там, где не выживают даже взрослые чувства?

Обанкротившийся межзвёздный повелитель не способен завоевать даже нищую планету — зато умеет подделать игру. Он выдаёт вербовку рабов за громкий ВР-проект, и с Земли выстраивается очередь геймеров, готовых подписать контракт не глядя. Критики закатывают глаза от «пять звёзд за графику», даже не подозревая, что биомодификация настоящая и обратного пути из тела шахтёра-титана уже нет. Пока «игроки» радуются реализму, хитрый нищий бог готовит из них армию для покорения целой цивилизации.

Его тело досталось безродному бедняку — а вместе с чужой душой пришла тайна: жемчужина над сердцем копит силу из каждого куска еды и однажды позволит одним рывком пробить целый уровень. В городе, где правят банды, а по трущобам ползёт чума, над тихим пареньком в обносках только смеются — избалованные наследники школ не считают его достойным даже испытания их собакой. Они не знают: пока те меряются родословной, он методично копит голод и силу, приближаясь к прорыву, который перевернёт всё. Сколько ещё они будут его недооценивать?

Она открыла глаза — и оказалась в теле «злодейки» из романа, брошенной женой деревенского бедняка в глухих семидесятых. Все считают её мужа безнадёжным простаком, над которым смеётся вся округа — но каждое утро на пороге появляется свежая дичь и дикий мёд, а взгляд его совсем не так прост, как кажется. Приданого нет, документов о браке нет — только чужое тело, разбитая репутация и шанс переписать чужую судьбу с нуля. Сможет ли она превратить нищету и презрение соседей в уважение — и понять, что скрывается за маской «честного дурака»?

Ван Ли с шести лет держит в руках мотыгу, а в голове — чужую память: для него Континент Доулуо не тайна, а книга из прошлой жизни. Мастер душ пробуждает в нём «бесполезную» Синюю Серебряную Траву, и деревня вздыхает: ещё один слабый сирота без будущего. Но никто не видит скрытый интерфейс с кнопкой прокачки — систему, что растит его дух быстрее любого таланта. Пока все жалеют мальчика с жалким духом, он уже знает, куда ведёт этот путь. Сколько пройдёт, прежде чем нищий пахарь станет мастером душ, которого испугается весь континент?

Мальчика, чьего отца повесили по доносу завистливого соседа, десять лет держат впроголодь как бесплатную прислугу — а тот сосед важно расхаживает в старостинском халате. Но однажды кулак не выдерживает, и обидчик падает замертво к ногам юноши: теперь либо бежать, либо достать топор. Пока герой мечется между местью и петлёй палача, у мучителя всплывает тайна пострашнее людской подлости — голодный демон на цепи в дальнем сарае и охотники на нечисть, что уже почуяли этот след прямо на герое. Кто здесь настоящее чудовище?

Я умерла и переродилась в теле бедной дочери виконта — и в зарёванном мальчишке у дороги мгновенно узнаю будущего героя романа, которому книга готовила пять лет сиротских побоев. Я тайком забираю его к себе, деля скудный хлеб и единственную кровать, и прячу от жестоких родителей под маской глупой избалованной дочки. Но чем крепче становится наша тайная связь, тем яснее: я переписываю не только его судьбу, но и сюжет, который когда-то читала взахлёб. Сумею ли я уберечь мальчика — или сама стану той жертвой, которую он не должен был потерять?

Она умерла наивной дурочкой — и очнулась в теле избитой школьницы с памятью тридцати трёх прожитых лет за плечами. Годами лучшая подруга вела её на дно, а родная мать искренне верила в чужую доброту: прежняя Ван Чао была слишком слепа, чтобы это разглядеть. Новая — нет. Она улыбается там, где раньше плакала, и методично считает долги: каждую пощёчину, каждое предательство — с процентами. Сила придёт не от стариковских кулаков на пустыре, а от холодного расчёта, которому позавидует любой хищник. Первый взнос по счетам уже назначен.

Она очнулась в чужом теле — с голодными братьями на руках и репутацией дурочки, которая губит себя ради неблагодарной семьи. Родня спешит избавиться от лишнего рта, но Су Юй играет в святую жертву — и выигрывает там, где другие проигрывают. За слезами и обмороком на глазах у профсоюза скрывается холодный расчёт: она знает цену каждому взгляду и каждой уступке. В эпоху, где выживают хитрые, а не честные, она поднимется из нищеты — и заставит предавших пожалеть.

Другие ученики убивают месяцы на один процент прогресса — а у Линь Шэня в голове живут два точных двойника, которые культивируют без сна и скармливают всю силу обратно хозяину. Нищий сирота, которому не по карману даже мясо духовного зверя, вдруг обгоняет детей великих сект. Радиус клонов пока смехотворно мал, а до вступительного экзамена в три главные академии — всего два месяца. Хватит ли читерского дара, чтобы перечеркнуть бедность и посредственный талант — или потолок окажется куда ближе, чем кажется?

Риета помнит роман из прошлой жизни — и с ужасом узнаёт в нём себя: беспутный отец-король, нищая принцесса без гроша и холодный герцогский сын, которому книга сулит вечное несчастье. О самой Риете там нет ни строчки, зато есть шанс отплатить добром за приют — отогреть угрюмого мальчишку и подарить его сердце будущей героине романа. Но чем настойчивее она кормит его сладостями и учит доброте, тем упрямее его взгляд цепляется не за героиню, а за неё саму. Можно ли переписать чужую судьбу, не потеряв собственную?