Слабейшего пехотинца, брошенного умирать в груде трупов, будит не лекарь, а Система Бога Войны — и тут же отправляет обратно в мясорубку: по законам Цинь сбежавшего казнят вместе со всем родом. Когда трубят рога атаки, вчерашний никто врывается во вражеский строй и в одиночку выкашивает его — поле боя замирает, считая головы: пятнадцать. Здесь ранг знатности покупается ровно одной отрубленной головой, а у него в голове чит-коды на величие. Сколько генералов он обгонит по пути с самого дна армии — и заметит ли это сам Цинь?

Слабейшего пехотинца, брошенного умирать в груде трупов, будит не лекарь, а Система Бога Войны — и тут же отправляет обратно в мясорубку: по законам Цинь сбежавшего казнят вместе со всем родом. Когда трубят рога атаки, вчерашний никто врывается во вражеский строй и в одиночку выкашивает его — поле боя замирает, считая головы: пятнадцать. Здесь ранг знатности покупается ровно одной отрубленной головой, а у него в голове чит-коды на величие. Сколько генералов он обгонит по пути с самого дна армии — и заметит ли это сам Цинь?