Погибнуть и получить лишь одно желание: кем переродиться, чтобы выжить в чужом кошмаре? Он выбирает не магию и не читы, а хладный ум и клинок Итачи Учихи — сохранив собственную душу и память. Теперь он открывает глаза за три дня до того, как очнётся Рик, в мире «Ходячих мертвецов», зная каждый поворот сюжета наперёд. Шаринган без чакры, кунаи вместо пуль, расчёт вместо паники — этого хватит против мертвецов. Но самая страшная угроза здесь — живые, и знание будущего не спасёт от цены за каждую спасённую жизнь.

Погибнуть и получить лишь одно желание: кем переродиться, чтобы выжить в чужом кошмаре? Он выбирает не магию и не читы, а хладный ум и клинок Итачи Учихи — сохранив собственную душу и память. Теперь он открывает глаза за три дня до того, как очнётся Рик, в мире «Ходячих мертвецов», зная каждый поворот сюжета наперёд. Шаринган без чакры, кунаи вместо пуль, расчёт вместо паники — этого хватит против мертвецов. Но самая страшная угроза здесь — живые, и знание будущего не спасёт от цены за каждую спасённую жизнь.