Что, если твой единственный шанс на успех — это лицо, за которое в приличном обществе дают пожизненное без суда и следствия? У Цзуй оказывается заложником собственной пугающей внешности в параллельном мире. Никакой магической «Системы», никаких читов — только феноменальная память о шедеврах Земли и взгляд, от которого плачут дети, а спецназ рефлекторно снимает оружие с предохранителя. Проблема в том, что У Цзуй — добрейшей души аспирант, но мир видит в нём лишь отмороженного психопата, готового на всё.

Чтобы выжить и найти хоть какую-то работу, он врывается в мир шоу-бизнеса, где царят «пластиковые» айдолы. Его природная аура настолько аутентична, что когда он играет наркобарона Сон Пашана, съемочная группа готова добровольно отдать ему свои кошельки, а его перформанс в роли бандита Чжан Мацзы заставляет киноакадемиков дрожать от смеси восторга и животного ужаса. Его игра настолько убедительна, что режиссеры начинают сомневаться: снимают ли они кино или документируют реальные преступления?

Когда он появляется на площадке, операторы забывают про камеры, а продавцы реквизита начинают молиться. Интернет и закулисье взрываются от абсурдных диалогов, порожденных его пугающим реализмом:
— «Режиссер, вызовите полицию! Этот парень просто спросил, спелый ли арбуз, но продавец уже пишет завещание!»
— «Успокойся, это просто вживание в роль... Хотя, на всякий случай, проверьте, нет ли у него с собой настоящего мачете».
— «Почему от этого актера исходит аура тысячи убийств? Он что, действительно глава триады?»
— «Нет, он просто улыбнулся и попытался быть вежливым. Это его "доброе" лицо».
— «Доктор, у меня ноги подкашиваются, когда он смотрит в камеру».
— «Это не восхищение талантом, милочка. Это инстинкт самосохранения. Вы смотрите в глаза человеку, которого патрульные останавливают семь раз на дню просто для профилактики».

В сети и прессе начинается настоящая шизофрения. Вчерашние критики называют его «спасителем отечественного кинематографа», а сегодня фанаты в ужасе пишут: «Брат Цзуй, пожалуйста, перестань играть злодеев, нам страшно выходить на улицу!». Каждое его появление в фильмах, будь то «Наркобарон» или «Завоевание», взрывает бокс-офис и вызывает ажиотаж в полицейских участках — его экранные злодеяния выглядят слишком уж натурально. У Цзуй становится легендой, чьи таланты вызывают зависть у крупных корпораций и нервный тик у правоохранительных органов.

Но чем выше взлетает его звезда, тем опаснее становится недопонимание. Весь мир верит, что он — тот самый монстр с экрана, а его «бандитская» харизма начинает влиять на реальный бизнес и конкурентов. Сможет ли У Цзуй сохранить свою доброту и доказать, что он всего лишь актер? Или ему придется стать тем самым «Крестным отцом», которого в нем видят окружающие, чтобы защитить себя и своих близких в этой жестокой индустрии?

Что, если твой единственный шанс на успех — это лицо, за которое в приличном обществе дают пожизненное без суда и следствия? У Цзуй оказывается заложником собственной пугающей внешности в параллельном мире. Никакой магической «Системы», никаких читов — только феноменальная память о шедеврах Земли и взгляд, от которого плачут дети, а спецназ рефлекторно снимает оружие с предохранителя. Проблема в том, что У Цзуй — добрейшей души аспирант, но мир видит в нём лишь отмороженного психопата, готового на всё.

Чтобы выжить и найти хоть какую-то работу, он врывается в мир шоу-бизнеса, где царят «пластиковые» айдолы. Его природная аура настолько аутентична, что когда он играет наркобарона Сон Пашана, съемочная группа готова добровольно отдать ему свои кошельки, а его перформанс в роли бандита Чжан Мацзы заставляет киноакадемиков дрожать от смеси восторга и животного ужаса. Его игра настолько убедительна, что режиссеры начинают сомневаться: снимают ли они кино или документируют реальные преступления?

Когда он появляется на площадке, операторы забывают про камеры, а продавцы реквизита начинают молиться. Интернет и закулисье взрываются от абсурдных диалогов, порожденных его пугающим реализмом:
— «Режиссер, вызовите полицию! Этот парень просто спросил, спелый ли арбуз, но продавец уже пишет завещание!»
— «Успокойся, это просто вживание в роль... Хотя, на всякий случай, проверьте, нет ли у него с собой настоящего мачете».
— «Почему от этого актера исходит аура тысячи убийств? Он что, действительно глава триады?»
— «Нет, он просто улыбнулся и попытался быть вежливым. Это его "доброе" лицо».
— «Доктор, у меня ноги подкашиваются, когда он смотрит в камеру».
— «Это не восхищение талантом, милочка. Это инстинкт самосохранения. Вы смотрите в глаза человеку, которого патрульные останавливают семь раз на дню просто для профилактики».

В сети и прессе начинается настоящая шизофрения. Вчерашние критики называют его «спасителем отечественного кинематографа», а сегодня фанаты в ужасе пишут: «Брат Цзуй, пожалуйста, перестань играть злодеев, нам страшно выходить на улицу!». Каждое его появление в фильмах, будь то «Наркобарон» или «Завоевание», взрывает бокс-офис и вызывает ажиотаж в полицейских участках — его экранные злодеяния выглядят слишком уж натурально. У Цзуй становится легендой, чьи таланты вызывают зависть у крупных корпораций и нервный тик у правоохранительных органов.

Но чем выше взлетает его звезда, тем опаснее становится недопонимание. Весь мир верит, что он — тот самый монстр с экрана, а его «бандитская» харизма начинает влиять на реальный бизнес и конкурентов. Сможет ли У Цзуй сохранить свою доброту и доказать, что он всего лишь актер? Или ему придется стать тем самым «Крестным отцом», которого в нем видят окружающие, чтобы защитить себя и своих близких в этой жестокой индустрии?