Дух прожжённого циника поселился в теле Наруто — и вместо гонки за титулом Хокаге просто залёг на дно. Пока Коноха гадает, откуда у «безнадёжного балбеса» такая невозмутимость, он играет краплёной колодой: наперёд знает каждое назначение, каждого наставника, каждую тайну клана — будто держит список судеб из канцелярии Хокаге. Саске раздражённо щурится, Сакура теряется в догадках, а старейшины подозревают: этот лентяй видит куда дальше, чем показывает. Сколько ещё получится притворяться посредственностью, зная, к какой войне катится мир?

Дух прожжённого циника поселился в теле Наруто — и вместо гонки за титулом Хокаге просто залёг на дно. Пока Коноха гадает, откуда у «безнадёжного балбеса» такая невозмутимость, он играет краплёной колодой: наперёд знает каждое назначение, каждого наставника, каждую тайну клана — будто держит список судеб из канцелярии Хокаге. Саске раздражённо щурится, Сакура теряется в догадках, а старейшины подозревают: этот лентяй видит куда дальше, чем показывает. Сколько ещё получится притворяться посредственностью, зная, к какой войне катится мир?