Уволен после четырёх лет ишачества — на прощание вышвырнули с грошовой компенсацией и угрозами впридачу. Но в момент немого бешенства в голове зазвучал голос: активирован Симулятор медицинской жизни. Теперь каждая смерть пациента — не конец, а черновик: он проживает чужие агонии снова и снова, пока диагноз не сложится идеально, а награда за победу — формулы лекарств, которых нет ни у одной больницы страны. Сколько раз нужно умереть чужой смертью, чтобы стать врачом, перед которым бессильна сама смерть?

Уволен после четырёх лет ишачества — на прощание вышвырнули с грошовой компенсацией и угрозами впридачу. Но в момент немого бешенства в голове зазвучал голос: активирован Симулятор медицинской жизни. Теперь каждая смерть пациента — не конец, а черновик: он проживает чужие агонии снова и снова, пока диагноз не сложится идеально, а награда за победу — формулы лекарств, которых нет ни у одной больницы страны. Сколько раз нужно умереть чужой смертью, чтобы стать врачом, перед которым бессильна сама смерть?