Он снял на камеру двойное убийство богачей — и первая мысль вовсе не про звонок в полицию, а про то, сколько за это заплатят каналы. Мёрфи не местный: чужак без корней и без иллюзий насчёт американской мечты, зато с холодным расчётом, которому позавидует любой продюсер. Кровавая сенсация становится разменной монетой в жёстком торге за десятки тысяч долларов — первым кирпичом в фундаменте голливудской империи. Но что случится, когда полиция и пресса начнут задавать вопросы о том, кто снял это видео?

Он снял на камеру двойное убийство богачей — и первая мысль вовсе не про звонок в полицию, а про то, сколько за это заплатят каналы. Мёрфи не местный: чужак без корней и без иллюзий насчёт американской мечты, зато с холодным расчётом, которому позавидует любой продюсер. Кровавая сенсация становится разменной монетой в жёстком торге за десятки тысяч долларов — первым кирпичом в фундаменте голливудской империи. Но что случится, когда полиция и пресса начнут задавать вопросы о том, кто снял это видео?