Последнее, что помнит закалённый в бесчисленных сражениях воин, — лунная ночь, лицо человека, которого он поклялся убить, и наступающая тьма, которая должна была означать вечную кару для клеймёного грешника. Вместо этого он открывает глаза беспомощным младенцем в чужом теле и чужом мире, среди людей, которые называют его Рудеусом и с нежностью баюкают на руках. Сознание воина заперто в теле новорождённого, не способном даже держать голову, а вокруг — размеренная жизнь помещичьей усадьбы, любящие, хоть и странноватые родители и служанка, которая слишком быстро замечает в младенце что-то неправильное: отсутствующий, не по-детски взрослый взгляд, кривую ухмылку вместо простодушного смеха.

Привыкший выживать среди войн и демонов, герой тяжело переносит бессилие младенчества — зависимость от чужих рук, невозможность драться или хотя бы постоять за себя. Первое, что примиряет его с новой жизнью, — открытие, что здесь существует настоящая магия: мать одним словом исцеляет ссадины, а по вечерам отец во дворе оттачивает во дворе фехтовальные приёмы, в которых угадывается что-то смутно знакомое. Тайно наблюдая за тренировками, вчерашний скиталец начинает повторять движения обычной палкой — и этим невольно предрешает, каким путём пойдёт его новая жизнь. Пока где-то на горизонте уже маячит первая загадка нового мира — девочка-волшебница с синими волосами, чьё появление в тихой деревне не осталось незамеченным, — герой заново учится быть живым, задаваясь вопросом, ради чего теперь стоит существовать, если прежней войны и прежней цели больше нет.

Последнее, что помнит закалённый в бесчисленных сражениях воин, — лунная ночь, лицо человека, которого он поклялся убить, и наступающая тьма, которая должна была означать вечную кару для клеймёного грешника. Вместо этого он открывает глаза беспомощным младенцем в чужом теле и чужом мире, среди людей, которые называют его Рудеусом и с нежностью баюкают на руках. Сознание воина заперто в теле новорождённого, не способном даже держать голову, а вокруг — размеренная жизнь помещичьей усадьбы, любящие, хоть и странноватые родители и служанка, которая слишком быстро замечает в младенце что-то неправильное: отсутствующий, не по-детски взрослый взгляд, кривую ухмылку вместо простодушного смеха.

Привыкший выживать среди войн и демонов, герой тяжело переносит бессилие младенчества — зависимость от чужих рук, невозможность драться или хотя бы постоять за себя. Первое, что примиряет его с новой жизнью, — открытие, что здесь существует настоящая магия: мать одним словом исцеляет ссадины, а по вечерам отец во дворе оттачивает во дворе фехтовальные приёмы, в которых угадывается что-то смутно знакомое. Тайно наблюдая за тренировками, вчерашний скиталец начинает повторять движения обычной палкой — и этим невольно предрешает, каким путём пойдёт его новая жизнь. Пока где-то на горизонте уже маячит первая загадка нового мира — девочка-волшебница с синими волосами, чьё появление в тихой деревне не осталось незамеченным, — герой заново учится быть живым, задаваясь вопросом, ради чего теперь стоит существовать, если прежней войны и прежней цели больше нет.