История о Погасшем, который, став Повелителем Элдена и заплатив за это всем, что имел, переносится в новый мир — Средиземье.

На юго-западных берегах, где море поёт о былом величии, он посадит семя Золотого Древа, и его благодатный свет озарит земли, прежде не знавшие ничего, кроме света звёзд и бледной луны.

Когда Смауг Великолепный, разбуженный не столько зовом Саурона, сколько этим новым, невозможным светом, вырвался из Одинокой горы, он замер. Небо над ним было полно неведомых драконов — каменных, лазурных, гниющих, древних, как сама материя.

«Мой сон длился лишь мгновение, — пророкотал он в изумлении, его голос был подобен грохоту камнепада. — Что они сотворили с моим миром? Какая это Эпоха?!»

Когда орочья армия под предводительством Азога Осквернителя хлынула с перевалов Мглистых гор, а следом неслись варги и топали тролли, они узрели нечто невообразимое. На равнине их ждала блистательная золотая армия, выстроенная в идеальном молчании.

«Где гномы?! — взревел Бледный Орк, и его ярость разбилась о стену золотого безмолвия. — Я требую ответа! Где Сыны Дурина?!»

История о Погасшем, который, став Повелителем Элдена и заплатив за это всем, что имел, переносится в новый мир — Средиземье.

На юго-западных берегах, где море поёт о былом величии, он посадит семя Золотого Древа, и его благодатный свет озарит земли, прежде не знавшие ничего, кроме света звёзд и бледной луны.

Когда Смауг Великолепный, разбуженный не столько зовом Саурона, сколько этим новым, невозможным светом, вырвался из Одинокой горы, он замер. Небо над ним было полно неведомых драконов — каменных, лазурных, гниющих, древних, как сама материя.

«Мой сон длился лишь мгновение, — пророкотал он в изумлении, его голос был подобен грохоту камнепада. — Что они сотворили с моим миром? Какая это Эпоха?!»

Когда орочья армия под предводительством Азога Осквернителя хлынула с перевалов Мглистых гор, а следом неслись варги и топали тролли, они узрели нечто невообразимое. На равнине их ждала блистательная золотая армия, выстроенная в идеальном молчании.

«Где гномы?! — взревел Бледный Орк, и его ярость разбилась о стену золотого безмолвия. — Я требую ответа! Где Сыны Дурина?!»