Прислушиваясь к далекому крику петуха, плотник Чжан с ноткой досады в голосе продолжил:
— Жаль только, что белое дерево ледяных костей слишком прочное, ни топор, ни пила его толком не берут. Чтобы выточить из него этот посох, ушли все три сюаня, что дала деревня, да и все наши сбережения. Только-только и хватило. А то бы я и ему купил собаку, как Старина.
— И этого достаточно, — кивнул Чжоу Иму. — Белый посох ледяных костей может ранить нечисть. С ним у Тощего все будет хорошо.
Семья Чжоу договорилась, чтобы Чжоу Фань заранее начал учиться у Лу Куя, и нашла ему старого пса. Плотник Чжан тоже приложил все усилия, чтобы подготовить своего сына.
— Хотелось бы верить, — вздохнул плотник Чжан. — Иногда думаешь, до чего же несправедливо это проклятое небо. Мой Тощий и твой А-Фань – зла никому не делали, а стали короткоживущими. Считай, жизнь на этом и кончилась.
Лицо Чжоу Иму оставалось непроницаемым. Глядя на видневшийся впереди туман, он медленно произнес:
— Один человек как-то сказал мне, что беда и удача ходят рука об руку. В конце концов все наладится.
За разговором они наконец добрались до места.
Перед ними раскинулась ровная площадка размером около двух му, рядом с которой стояло несколько небольших домиков. В центре площадки возвышался огромный барабан. У него не было подставки – он был просто вкопан в землю, а его восково-желтая мембрана поднималась вверх на целый чжан!
Этот барабан полностью завладел вниманием Чжоу Фаня. Он никогда в жизни не видел ничего подобного. Черный обод барабана был испещрен бесчисленными рунами.
— Этот барабан… — он вопросительно посмотрел на отца.
— Это деревенский барабан-страж, — с серьезным лицом объяснил Чжоу Иму. — Он давно стал единым целым с деревней Три Холма и защищает ее. В основном из-за него нечисть не решается сюда соваться.
— Только из-за этого барабана? — с сомнением переспросил Чжоу Фань.
Барабан был большим, рун на ободе – великое множество, но ничего другого примечательного Чжоу Фань в нем не видел.
— Барабан-страж – самое ценное сокровище деревни Три Холма, — с благоговением произнес плотник Чжан. — Он был здесь еще в моем детстве. Ни дождь, ни ветер ему не страшны. Старики говорят, что человек не может заставить его звучать. Он издает громоподобный гул сам, но когда это случается – деревне грозит гибель.
— Значит, он никогда не звучал, — заключил Чжоу Фань, приподняв бровь.
— Конечно, — улыбнулся плотник Чжан. — Хотя нам иногда и любопытно услышать, как мощно он гремит, все же лучше бы он молчал вечно.
— А может, я своим посохом стукну, и он зазвучит, — не удержался Тощий.
Улыбка сошла с лица плотника Чжана. Он сердито посмотрел на сына:
— Ах ты, негодник! Если он и правда зазвучит, ты станешь врагом всей деревни!
Тощий втянул голову в плечи и замолчал.
— Ничего, пусть бьет, если не боится себе руки переломать, — раздался громкий смех, и к ним, подобно движущейся горе, подошел Лу Куй.
— Капитан Лу, — поклонились все четверо.
Лу Куй сперва оглядел белый посох ледяных костей в руках Тощего, затем перевел взгляд на Старину, примостившегося у ног Чжоу Фаня, и его глаза блеснули.
— Старший брат Чжоу, плотник Чжан, не поскупились же вы.
— Позаботьтесь о наших мальчиках, — сказал Чжоу Иму.
— Просим вас присмотреть за ними, капитан Лу, — добавил плотник Чжан.
— Можете не сомневаться, — серьезно ответил Лу Куй.
Чжоу Иму повернулся к сыну:
— Будь осторожен.
Чжоу Фань увидел в глазах отца заботу и тревогу.
— Я знаю, папа, — кивнул он.
Плотник Чжан лишь похлопал Тощего по плечу:
— Не забудь, что я тебе вчера говорил.
— Папа, я уже наизусть выучил, — усмехнулся Тощий.
Чжоу Иму и плотник Чжан вскоре ушли.
— Добро пожаловать в патрульный отряд, — улыбнулся Лу Куй, глядя на Чжоу Фаня и Тощего. — Теперь мы все братья. Правил у нас немного. Если не будете их нарушать, никто вас не тронет. Подробнее расскажу, когда придут двое других новичков.
Кроме Чжоу Фаня и Тощего, в отряд вступали еще двое.
Лу Куй снова с любопытством взглянул на черную крышку на голове Тощего.
— Тощий, твой белый посох ледяных костей и собаку Чжоу Фаня, купленную у старика Вана, я узнал. Но что у тебя на голове? Прости мою слепоту, что это за сокровище?
Чжоу Фаню тоже стало интересно. Он посмотрел на кривую крышку от котла, которая в точности закрывала голову Тощего, словно уродливый шлем.
— А, это? Это просто крышка от нашего котла, — ответил Тощий, указывая на голову.
Лу Куй и Чжоу Фань опешили. И какая от нее польза?
— Вы не понимаете, — рассмеялся Тощий. — Это мама настояла, чтобы я ее надел. Она говорит, что голова важнее всего. Другие части тела ранят – может, еще выживешь. А если в голову попадут – точно конец. А-Фань, ведь права моя мама?
— Твоя мама совершенно права, Тощий, — без тени улыбки, совершенно серьезно ответил Чжоу Фань.
Лу Куй не выдержал и расхохотался. Впрочем, комментировать он ничего не стал. Если Тощему нравится, пусть хоть целый котел на себя наденет, ему все равно.
Вскоре привели и двух других юношей. Их родные, доставив их на место, коротко попрощались и ушли.
Лица у обоих новичков были бледными, а в глазах стоял нескрываемый ужас.
Одного звали Ли Эрлюй, другого – Хэ Цао. Они, как и Чжоу Фань, были с пустыми руками, лишь с узелками за спиной.
Лу Куй лишь нахмурился, но ничего не сказал.
Тощий с улыбкой поздоровался с ними. Чжоу Фань молча кивнул в знак приветствия.
Но в душе он все прекрасно понимал. Очевидно, семьи этих двоих ничего для них не приготовили. Выживут они или нет – зависело только от удачи.
В деревне Три Холма это было в порядке вещей. Патрульный отряд не зря называли «отрядом смертников» — смертность в нем всегда была высокой. Даже если потратить все силы на подготовку, не было гарантии, что выживешь. Поэтому некоторые семьи, скрепя сердце, оставляли себе три сюаня выкупа за жизнь сына и отправляли его полагаться на удачу.
Ведь если вложить деньги, а человек все равно погибнет, семья потеряет и сына, и средства, что было еще хуже.
Жестоко, но это был их выбор, и посторонние не могли их осуждать. Чжоу Фань лишь подумал, как ему повезло. Его родители сделали для него все, что могли.
Ведь даже если он выживет в патрульном отряде, ему все равно предстояло столкнуться с тем, что его число жизни – всего девятнадцать. Обычная семья на их месте, скорее всего, давно бы отчаялась и опустила руки.
Все были в сборе, но Лу Куй не двигался. Он посмотрел на светлеющее небо и сказал:
— Подождем еще немного. Скоро вернется ночной дозор.
Едва он договорил, как из тумана показались редкие фигуры, идущие в их сторону.
(Конец главы)
Обновлено: 22.01.2026