Он был Генералом Кровавого Легиона. Он любил свою родину. Он желал дать отпор вторженцам. Но он и его легион попали в ловушку времени. Выжил лишь он один.

Я был убит горем, но они говорили со мной. Я каялся, но они не винили меня. Я думал что сошел с ума, но они говорили что всё хорошо. Я пытался покончить с жизнью, но они останавливали меня.

Мы стали... Едины.

Он был Генералом Кровавого Легиона. Он любил свою родину. Он желал дать отпор вторженцам. Но он и его легион попали в ловушку времени. Выжил лишь он один.

Я был убит горем, но они говорили со мной. Я каялся, но они не винили меня. Я думал что сошел с ума, но они говорили что всё хорошо. Я пытался покончить с жизнью, но они останавливали меня.

Мы стали... Едины.