Сердце сжалось.
Теперь мне нужно бояться не случайного скрытого оружия, а намеренного покушения. Сама того не ведая, я ввязалась в кровавую борьбу за власть.
Заметив мое окаменевшее лицо, Тан Чжун попытался успокоить:
— Не напрягайся так. Они не нападут прямо сейчас.
Но это значит, что когда-нибудь они всё же нападут.
Голова заболела. Я догадывалась, что всё будет непросто, когда узнала, что я незаконнорожденная, но ситуация оказалась хуже некуда.
Сколько людей знают, что во мне течет кровь Тан?
Тан Ун знает, что я его сестра. Других сводных братьев и сестер я не видела, но если знает Тан Ун, то и они наверняка в курсе.
Судя по реакции госпожи Чин и управляющего на мое имя, те, кто давно служит в клане, тоже знают о существовании бастарда.
Тан Пугён тоже говорил, что слышал моё имя.
Служанки, похоже, не знают, что я та самая «постыдная тайна», о которой шепчутся, но кто знает?
Шайка Сим Ян видела, что меня часто вызывают к Тан Чжуну.
Если станет известно, что ссора Тан Мухёка и Тан Чжуна произошла из-за меня, кто-то может сложить два и два.
По самым скромным подсчетам, прятаться под крылом Тан Чжуна я смогу недолго. Полгода? Год от силы.
За это короткое время мне нужно найти способ защитить себя.
Я закусила губу, и Тан Чжун похлопал меня по плечу.
— Говорю же, не бойся. Пока я жив, никто в клане Тан не посмеет тебя тронуть.
— Но...
Это значит, что как только вы отвернетесь, я стану легкой добычей.
Я проглотила эти слова и посмотрела на Тан Чжуна. Он улыбался, но глаза были полны тревоги.
Он знал, в какой я опасности, но лгал, чтобы успокоить.
Конечно. Как сказать ребенку, не знающему жизни: «Тебя могут убить в любой момент»?
Вопреки грозной внешности, у него было доброе сердце.
Я решила поверить в его ложь во спасение.
— Да. Я верю только вам, прадедушка.
При моем неловком ответе глаза Тан Чжуна сузились. Кажется, он тоже понял, что я вру.
Сделав вид, что не заметил, он сменил тему.
— Скоро станет не до отдыха. Сколько ты выучила из «Тысячесловия»?
От внезапного вопроса я запнулась. Честно говоря, последние пару дней я филонила.
— Эм... Примерно тридцать процентов.
— Медленно. Старайся лучше.
Тан Чжун нахмурился.
— Раз ты прямой потомок, тебе предстоит многому научиться. Сначала нужно освоить грамоту, чтобы двигаться дальше.
Многому научиться? Я думала, только боевым искусствам. Я неуверенно спросила:
— Разве мы не будем учить ядовитые техники?
Тан Чжун цокнул языком.
— Думаешь, яды появляются из воздуха? «Десять тысяч потоков возвращаются к истоку». Все реки впадают в одно море. Так и с ядами. Для того, кто понимает суть, нет разницы между ядом и лекарством. Чтобы правильно использовать яд, нужно сначала понять, что такое лекарство, не так ли?
— Э-э... Да.
— А для этого нужно знать человеческое тело. Как выучишь иероглифы, начнем читать медицинские трактаты.
Я покорно кивнула, но радости не испытывала. Значит, меня ждут горы книг, исписанных сложными иероглифами.
Заметив мое недовольство, Тан Чжун стал объяснять:
— Медицина — это основа. Если дать младенцу огонь, он обожжется, потому что не умеет с ним обращаться. Ты сейчас как этот младенец, Сохе. Твое «Тело Непроницаемое для Ядов» — это не всемогущая техника. Это просто физическая особенность, которая лучше, чем у других. Чтобы управлять ядом, нужно понимать, как он влияет на человека. Не торопись, начни с медицины. Через это проходят все в клане Тан.
Он был прав в каждом слове, и возразить было нечего. Я смирилась и кивнула.
— Да.
Дело не в спешке, а в том, что я просто не люблю учиться. Но лучше в этом не признаваться.
Тан Чжун, пристально глядя на меня, встал с пня. Заметил, что мне не хочется?
— Времени на игры нет. Возвращаемся. Тебе нужно поскорее освоить грамоту.
— Мы еще не на все цветы посмотрели... Есть.
От его строгого взгляда стало неуютно. Я закрыла рот и пошла следом.
***
Мы вернулись в павильон Тан Чжуна к концу часа Овцы*.
Честно говоря, я не умею определять время по солнцу. Раз Тан Чжун сказал, что час Овцы, значит, так и есть.
Надо будет попросить научить меня пользоваться солнечными часами. Хотя барабаны бьют каждые два часа, так что ориентироваться можно.
Я вздохнула от собственного невежества. Неудивительно, что Тан Чжун меня подозревал.
С виду нормальная, а дороги не знает, времени не понимает. Зато к ядам устойчива и ножи ловит...
Подозрительнее некуда. Удивительно, что меня до сих пор не убили.
Почесав затылок, я посмотрела на Тан Чжуна. Он держал меня под мышкой и всматривался в задний двор.
Почему не опускает? Там что-то есть?
Болтаясь в воздухе, я легонько ткнула его в бок.
— Прадедушка?
Тан Чжун опустил меня на землю и нахмурился.
— Заходи первая.
— А?
— Я прогуляюсь и приду.
И исчез. Пожав плечами, я вошла в павильон.
Ест он или нет, а поздний обед готовить надо.
***
Тан Чжун, ушедший «на прогулку», не возвращался, пока еда не остыла.
Когда он наконец пришел, я уже разогрела обед. В руке он держал синий шелковый мешочек.
— Это твое, Сохе?
Я покачала головой. Впервые вижу.
— Рядом с мешочком лежало письмо.
— И что там написано?
— Подожди.
Тан Чжун развернул письмо. Я встала рядом и заглянула через плечо.
Конечно, я узнала лишь пару иероглифов. «Вода», «Радость». Вроде «Судьба»?
Белая бумага, черные буквы. Вот как чувствуют себя неграмотные.
Смысла я не поняла, но почерк был красивым и аккуратным.
Любопытство разгорелось. Кто это написал?
— Прадедушка, что там нап...
Я осеклась, увидев лицо Тан Чжуна. Он помрачнел.
Читая письмо, он всё больше хмурился, а потом вдруг разорвал бумагу пополам.
— Прадедушка?
— Не читай. Только глаза испортишь.
Я и так не могу прочитать.
Решительно сказав это, он без сожаления сжег обрывки. Бумага вспыхнула и рассыпалась пеплом.
Я невольно восхитилась. Вау. Вот это настоящий «Истинный огонь Самадхи».
Огневая мощь — 50 баллов, скорость — 25, артистизм — 25. Итого 100 баллов.
Я проводила взглядом улетающий пепел. Интересно, что там было, но раз он сказал не читать, значит, на то есть причины.
Тан Чжун буркнул:
— Передай мальчишке из Намгуна, чтобы не лазил через стены. Совсем страх потерял в чужом клане. Не боится попасть в ловушку.
— Да. Если увижу Наследника, передам.
Значит, письмо от Намгун Хви?
Точно, он же обещал прийти сегодня. Я совсем забыла из-за всей этой суматохи.
Видимо, Тан Чжун ходил на задний двор, потому что заметил следы чужака.
Написал ли он в письме, что перелез через стену, или опять проник на территорию — не знаю.
Но меня зацепило одно слово. Я округлила глаза.
...Ловушки ? В смысле, как в Индиане Джонсе, когда наступаешь не туда и в тебя летит стрела? Здесь такое есть?
Хотя было бы странно, если бы в клане, специализирующемся на ядах и скрытом оружии, не было защиты от вторжения.
Тогда почему Тан Чжун сам прыгает через стены?
Тан Чжун усмехнулся, увидев мое лицо.
— Я прожил здесь всю жизнь. Думаешь, я не знаю, где расставлены ловушки?
Как вы узнали, о чем я думаю? Старейшина, вам впору гадальный салон открывать.
— Эх. Считаешь деда гадалкой? У тебя всё на лице написано!
Тан Чжун посмотрел на меня как на дурочку.
Неужели так заметно?
Я прикрыла рот рукой, скрывая неловкую улыбку.
Значит, Тан Чжун бегал по стенам, избегая ловушек.
Это возможно только при доскональном знании устройства поместья.
Чем больше узнаю этого старика, тем он удивительнее.
Тан Чжун, тяжело вздыхая, словно у него несварение от моей глупости, протянул мне мешочек.
— Это точно твое. Говорят, плата за рисовые лепешки.
— Плата за лепешки?
— Ты, говорят, одолжила денег на лепешки?
— Ну... вроде того?
Звучит странно, как будто взятка.
Я не рассчитывала получить их обратно, но раз уж вернули, отказываться не буду. Я с радостью открыла мешочек.
Внутри лежали десять новеньких монет.
И правда, вернул ровно в два раза больше.
Я невольно хихикнула от такой милой честности. Услышав мой смех, Тан Чжун нахмурился.
— Сохе, тебе нравится этот мальчишка из Намгуна?
— А? О чем вы? Кто посмотрит на такого сопляка..!
Ой. Оговорилась.
Я зажала рот, но слово «сопляк» уже вылетело.
Я покосилась на Тан Чжуна и легонько шлепнула себя по губам.
Язык мой — враг мой. Нельзя так называть благородных господ. Однажды мне за это достанется.
Но, услышав мои слова, Тан Чжун расслабился.
— Значит, мелкие тебе не нравятся?
— Ну, те, кто постарше, лучше, верно? Слишком молодые — это как-то...
Если выбирать, то да. Хотя даже если старше, но разница больше десяти лет — это тоже не то.
— Хорошо. Понял. Давай есть.
Тан Чжун с довольным видом принялся за еду. Мой ответ его явно устроил.
Что именно ему понравилось? Понять ход его мыслей невозможно.
Поглядывая на него, я тоже взяла палочки.
***
П.П:
미시 - Час Овцы - 13:00–15:00.
만류귀종 - Десять тысяч потоков возвращаются к истоку - Все пути ведут к одной цели; суть всех вещей едина.
Обновлено: 22.01.2026