Мир раскололся надвое. Снаружи была мертвая тишина архива и золотые гиганты, от одного вида которых люди забывали, как дышать. Внутри Гектора царила ледяная ясность.
«Дао пусто и неисчерпаемо…»
Он позволил внутренней энергии течь свободно, успокаивая сердцебиение. Он понимал: игры в прятки закончились.
— Прошу за мной.
Гектор прошел за Кустодиями через гигантские врата, оставив позади свою прошлую жизнь. Они миновали бесконечные коридоры Имперского Дворца, поднимаясь все выше, туда, где воздух был разрежен, а психосиловые барьеры давили на разум.
Его привели в башню, возвышающуюся над смогом промышленных зон. Комната ожидания была неожиданно скромной. Деревянные панели, старинные книги. На столе лежала книга в твердом переплете: «Математические начала натуральной философии» Исаака Ньютона. Рядом мерцала голограмма: черно-белая запись человека в скафандре, делающего неуклюжие прыжки по лунной поверхности.
Реликвии Эры Терры. Напоминание о том, что было потеряно.
Внезапно воздух в комнате сгустился. Это было не физическое давление, а психический пресс.
В разум Гектора ворвались образы. Видение галактики, объятой пламенем. Ощущение бессмысленности бытия перед лицом энтропии. Шепот, обещающий власть, если он просто поддастся.
Психическое сканирование. Искушение и проверка на прочность.
Гектор пошатнулся, но не упал. Вместо того чтобы выставить ментальный щит — что выдало бы в нем псайкера — он использовал принцип У-вэй. Он стал пустым.
Он позволил давлению пройти сквозь себя, не цепляясь за него. В его разуме не было страха, за который можно ухватиться, не было амбиций, которые можно раздуть. Он был подобен сухому листу на ветру или пустой чаше. Атака прошла насквозь, не встретив сопротивления, и рассеялась.
Деревянная панель стены бесшумно отъехала в сторону.
— Войди, дитя.
Голос был старым, скрипучим, как пергамент, но в нем чувствовалась сила, способная сжигать миры.
За простым столом сидел старик в балахоне. Малкадор Сигиллайт. Человек, который держал на своих плечах Администратум, пока Император завоевывал звезды.
— Ты интересуешься историей, — сказал он, не поднимая глаз от документов.
— История — это фундамент, милорд. Без корней дерево падает.
Малкадор поднял взгляд. Его глаза горели внутренним огнем псайкера уровня Альфа-плюс.
— Отчет по Салошу. Ты написал его. Не пытайся лгать про «анализ данных». У меня нет времени на игры. Как ты узнал?
Гектор поклонился, сохраняя спокойствие.
— Это система, милорд. Философия Древней Терры, которую передал мне мой дед. Она учит не предсказывать будущее, а видеть «Поток». Видеть знаки. Социальная структура Салоша, их одержимость секретностью — это были симптомы болезни. Мой метод называется… «И». Перемены.
— Перемены… — Малкадор постучал пальцем по столу. Давление в комнате возросло. — Хорошо. Проверим твою теорию. Прямо сейчас Император ведет восемь Легионов на Улланор. Против величайшей империи орков. Скажи мне, чтец потоков, чем это закончится?
Это был тест. Ошибка означала смерть.
Гектор выпрямился. Он вспомнил другую книгу из своей прошлой жизни. «Искусство войны».
— Улланор падет, — твердо сказал он. — Это неизбежно. Орки сильны числом, но хаотичны. Император и Хорус Луперкаль — единая воля, клинок, бьющий в сердце. Победа будет абсолютной.
Малкадор не шелохнулся.
— Но, — продолжил Гектор, понизив голос, — победа на Улланоре — это пик. «Огонь, сжигающий все». Когда пламя гаснет, остается пепел и пустота. Вопрос не в том, победим ли мы. Вопрос в том, что будет с великими воинами, когда война закончится? Как заполнить пустоту в сердцах тех, кто создан только для битвы? Это… и есть главная опасность Улланора.
Давление исчезло мгновенно. Малкадор откинулся на спинку кресла, глядя на юношу с нескрываемым интересом. Гектор не просто предсказал победу. Он указал на зерно грядущей Ереси — гордыню и потерянность примархов после триумфа.
— Твой «дед»… — медленно произнес Регент, — чему еще он тебя научил?
Обновлено: 22.01.2026