**Глава 38. Дитя без памяти**
Хибрю и Сукияки скрестили взгляды. Ни один не собирался уступать. Грей же, ставший невольной причиной раздора, продолжал подливать масла в огонь:
— А пацан-то забавный, ха-ха-ха! Свалился на меня с неба, как падающая звезда, и сразу: «Хочу с тобой в плавание!»
— Хибрю, с тебя тоже ответственности никто не снимал! — Сукияки перевел гнев на вице-адмирала. — Если бы ты не отправил Одэна в полет своим пинком, этот проходимец не смог бы его охмурить!
Тот лишь изогнул бровь в ответ:
— Перед тем как приложиться, я спросил твоего разрешения. И ты был не против.
— Может и так, но не слишком ли подозрительное совпадение? Мой сын падает прямо в руки этому пирату... Уж не очередная ли это интрига Мирового Правительства? Всё никак не оставите попыток прибрать Вано к рукам?
— Понятия не имею, о чём ты, — отрезал Хибрю. — Мы, дозорные, прибыли сюда лишь для охраны груза кайросеки. Отношения Вано с Мировым Правительством нас не касаются.
Спор разгорался с новой силой. У Грея от их криков разболелась голова, поэтому он, не обращая на них внимания, поднялся и принялся бесцельно бродить по разгромленной комнате. Его взгляд скользил по обломкам мебели и трещинам в стенах, пока не замер на одном символе.
Это был родовой герб, напоминающий божественную птицу Ятагарасу. Грей всматривался в него несколько секунд, и вдруг в памяти всплыл точно такой же узор, виденный им на Дзо. И... тот самый клан, который, по слухам, владел секретом чтения Понеглифов, тоже назывался Кодзуки.
Озарение ударило его, словно молния. Он хлопнул кулаком по ладони и во весь голос закричал:
— Я вспомнил!
Хибрю и Кодзуки Сукияки мгновенно замолчали и уставились на него.
— Что ты там вспомнил? — подозрительно прищурился Хибрю.
Глаза Грея лихорадочно блестели.
— Я вспомнил, что хотел взять в команду соблазнительную женщину-ниндзя!
— Исключено! — выпалил Хибрю, даже не раздумывая.
— Ни за что! — в унисон ему рявкнул Сукияки. Он и сам не знал, почему так категоричен, но одно понимал твердо: ни один житель Вано не отправится в путь с этим сумасбродом!
— Ну почему-а-а? — лицо Грея обиженно вытянулось.
Хибрю хотел было сказать: «Потому что ты сам ещё ребенок», ведь в его памяти этот парень так и остался тем самым мальчишкой, который, кажется, никогда не повзрослеет.
Он вспомнил времена, когда они со Стил Боном были сослуживцами, и их казенные квартиры находились по соседству. Тогда весть о том, что Стил Бон подобрал на задании семилетнего мальчишку, потерявшего память, и решил его усыновить, облетела весь штаб Морского Дозора. Одинокий мужчина, который едва находил время на самого себя, берется за воспитание ребенка... К тому же Стил Бон постоянно пропадал в командировках. Итог был предсказуем.
Хибрю обычно возвращался со службы поздно. Такой же холостяк, как и его сосед, он находил свой дом слишком тихим и холодным, предпочитая проводить время в штабе, где жизнь кипела даже ночью.
Но в тот вечер всё было иначе. Хибрю забыл какую-то важную вещь и вынужден был вернуться пораньше. Он отчетливо помнил тот закат: небо полыхало оранжевым, заливая улицы теплым светом. Людей не было — время ужина, и только такие одиночки, как он, могли бесцельно бродить в этот час. Ему нужно было забрать вещь и поскорее вернуться в штабную столовую.
Подойдя к своему дому, он краем глаза заметил маленькую фигурку. Ребенок сидел прямо на пороге квартиры Стил Бона, поджав ноги, и сосредоточенно что-то разглядывал.
«Тот самый найденыш?» — мелькнула мысль. Но почему он сидит снаружи? Хибрю подошел ближе и присел перед мальчиком.
— Ты что здесь делаешь? — тихо спросил он.
Черноволосый паренек поднял на него взгляд. Его глаза, такие же темные, казались удивительно чистыми и ясными для ребенка его возраста. Он ничего не помнил о своем прошлом. Хибрю вспомнил разговоры коллег: Стил Бон тогда отправился освобождать остров, захваченный пиратами, но нашел лишь руины и тела погибших. Этот мальчик был единственным выжившим. Возможно, потеря памяти для него была благословением.
Хибрю невольно проникся к нему жалостью. Мальчик же, ничуть не испугавшись незнакомца, звонко ответил:
— Жду.
— Ждешь Конга? Он на задании, вернется только через неделю, — мягко пояснил Хибрю. — Разве он тебе не сказал?
Мальчик кивнул, а затем покачал головой:
— Сказал. Поэтому я жду не его.
— А кого же тогда?..
— Я жду тебя! — ответ ребенка был настолько неожиданным, что Хибрю опешил. — Меня? Зачем?
— Он не оставил мне денег. Вот я и сижу здесь, жду какого-нибудь простака, который отведет меня пообедать, — мальчик совершенно буднично поднялся, отряхнул штаны и протянул Хибрю руку. — Я проголодался. Пойдем есть.
— Я... простак? — Хибрю даже не знал, злиться ему или смеяться. Он был уверен, что это проделки непутевого Стил Бона — тот всегда отличался сомнительным чувством юмора.
Но оставить ребенка голодным он не мог. Тем более что рука, которую тот так уверенно протягивал, едва заметно дрожала. И тут тишину нарушил громкий звук:
*Ур-р-р...* — живот мальчика запел на все лады.
— Признавайся, сколько дней ты не ел? — Хибрю взял маленькую ладонь в свою. Он помнил, что Стил Бон уехал больше трех дней назад.
Мальчик на мгновение задумался и беззаботно махнул рукой:
— Да какая разница? Главное, что сейчас хочу.
— Эх... Неужели за эти дни мимо не проходило других «простаков»? Почему ты не обратился к ним? — Хибрю привел ребенка к себе домой.
Мальчик, чувствуя себя как дома, запрыгнул на диван, заболтал ногами и потянулся к вазе с фруктами.
— У них у всех есть свои дети, — прошамкал он с набитым ртом. — А я не хочу ни с кем драться за еду. Я за тобой давно наблюдал. Ты всегда возвращаешься поздно, не как остальные. Ты такой же, как Конг. Вы оба — одиночки.
Хибрю стало не по себе. Вроде бы мальчишка сказал правду, но от его слов веяло какой-то недетской тоской.
— И почему же простак обязательно должен быть одиноким? — спросил он, заглядывая в пустой холодильник. Придется всё же вести мелкого в столовую штаба.
— Ну ты и недотепа! — фыркнул мальчик. — Вот представь: есть торт. Если его делят двое детей, мне достанется только половина. А если я с тобой, то весь торт — мой!
— Это ещё почему? Мне что, половина не положена? — возмутился Хибрю.
— Ты посмотри, какой ты огромный! Зачем тебе отбирать сладости у ребенка? — мальчик нахмурился, но тут же просиял. — Кстати, меня зовут Грей!
Глайгори Д. Грей. Это было единственное, что он помнил.
Уже тогда, при первой встрече, у Хибрю возникло смутное предчувствие: этому ребенку по имени Грей куда больше подходит судьба пирата. Дозорные делят «торт» на всех, а пираты всегда хотят забрать его целиком.
...
В плотницкой мастерской стоял привычный шум инструментов. Демон, будучи корабелом от бога, работал с невероятным мастерством, а Сэндзо во всем ему помогал, делясь уникальными секретами ванийского зодчества.
— Одэн, ты можешь прочесть эти знаки? — Пейли достал свиток с оттиском Понеглифа и разложил его прямо на полу, приглашая мальчика взглянуть.
Обновлено: 18.02.2026