— Так это ты тот смертный, что обвёл вокруг пальца Сумона.
Предводительница демонов смотрела на Ховарда блуждающим взглядом. В её андрогинном голосе звучала сводящая с ума, доводящая до исступления нежность.
— Теперь я и впрямь с нетерпением жду сюрприза, который ты мне преподнесёшь. Надеюсь, он тебя не напугал. Прошу, продолжай. Никто не потревожит тебя, пока ты не закончишь.
Холодный пот стекал по вискам Ховарда. Стиснув зубы, он принялся за работу.
И тут же столкнулся с фатальной проблемой: он попросил только сковороду, но не лопатку.
Стоявший рядом демон по имени Сумон, которому только что влепили пощёчину и содрали пол-лица, буравил его злобным взглядом. Ховард понимал, что просить инструменты ещё раз — не вариант.
Он сглотнул и осторожно вылил тесто на раскалённую сковороду. Пот лил с него градом, потому что он вспомнил, что забыл попросить и бамбуковую палочку для раскатывания. Ему нужно было на первом же этапе, выливая тесто, распределить его как можно ровнее, иначе пришлось бы орудовать в раскалённой посудине голыми руками.
Прошло почти пять минут, прежде чем Ховард завершил первый шаг. К счастью, хоть форма блина и была ужасной, толщина получилась с горем пополам приемлемой. Затем он добавил овощи, полил соусом, и тут возникла новая проблема.
У него не было лопатки, а без неё завернуть цзяньбин-гоцзы было невозможно.
Ведь цзяньбин-гоцзы без начинки внутри — это не цзяньбин-гоцзы.
Ховард молча смотрел на своё творение, застряв на последнем шаге. Вскоре от сковороды потянуло запахом гари.
***
Предводительница демонов приподняла бровь, но с её лица не сходила игривая усмешка.
Ховард вывалил содержимое сковороды на пол.
— Что такое? У тебя не получилось? — с живым интересом спросила она.
Ховард повернулся к ней и спокойно произнёс:
— Это не провал, просто блюдо вышло неидеальным. Я не могу позволить себе преподнести вам несовершенное творение. Поэтому я прошу вас дать мне ещё один шанс, чтобы я мог поднести вам идеальное угощение.
— Если ты пытаешься тянуть время, то твой план провалился. Мы уже полностью подавили сопротивление Империи, — сказала она, глядя на Ховарда. — Впрочем, я всё же решила дать тебе последний шанс. Если не сможешь меня удовлетворить, я отдам тебя Сумону.
Ховард ничего не ответил. Он снова поклонился предводительнице демонов и вернулся к раскалённой сковороде.
Затем он скрупулёзно протёр её куском какого-то животного жира и, как положено, вылил тесто. А потом… сунул в сковороду руку.
*Ш-ш-ш-ш!*
В тот миг, когда его рука коснулась дна, по нервам в мозг ударила острая боль, какой Ховард никогда прежде не испытывал. Безусловный рефлекс приказал мышцам немедленно отдёрнуть руку, но он напряг всё тело до предела, стиснул зубы и поборол животный инстинкт. И всё же, хотя он и не отдёрнул руку, истошный крик вырвался из его груди.
На лицах демонов, однако, появилось восторженное выражение, словно они слушали не крик боли, а изысканную симфонию.
Для демонов вопли и страдания были такой же пищей.
Он мог бы, словно обезьяна, таскающая каштаны из огня, лишь касаться раскалённого дна и тут же отдёргивать руку, чтобы потихоньку приготовить свой цзяньбин-гоцзы. Но это было бы совсем не зрелищно, а тот демон неотрывно следил за ним.
Поэтому, чтобы не злить её, Ховарду оставалось лишь терпеть мучительную боль от близкого контакта ладони с раскалённым металлом и аккуратно заворачивать блин.
Ховард подошёл к предводительнице демонов, держа цзяньбин-гоцзы в руках. Его ладонь распухла и покраснела, как передутый воздушный шар, и была покрыта жёлтыми, сочащимися волдырями.
Он поднял своё творение над головой, поднося его демонессе. Этот цзяньбин-гоцзы был приправлен овощами, томатным соусом, криками и болью.
— Твоё представление мне очень понравилось, но твоё творение… не слишком ли оно простовато? — предводительница демонов с сомнением разглядывала неказистый на вид цзяньбин-гоцзы.
Ховард ничего не объяснил, лишь поднял руки с угощением ещё выше:
— Это последний шаг. Прошу вас, отведайте, а после моя жизнь в вашем распоряжении.
Тогда предводительница демонов, не говоря ни слова, открыла рот и высунула влажный, мягкий язык. Язык медленно скользнул по руке Ховарда, снова и снова облизывая сочащиеся тканевой жидкостью волдыри, и лишь затем подцепил цзяньбин-гоцзы.
Она долго и медленно жевала, а потом недоумённо цокнула языком.
Сумон, решив, что угощение Ховарда не пришлось предводительнице по вкусу, снова с рёвом бросился вперёд. И тут же лишился второй половины лица от удара её лапы.
— Кто наделил тебя такой способностью? — спросила демонесса.
Ховард понял, что его ставка сыграла, и выпрямился.
— Я и сам ищу ответ на этот вопрос.
Демонесса надолго замолчала, а затем слегка кивнула.
— Я ценю твои способности. И твоё безумие. Ты достоин стать одним из нас. Пойдём, я отведу тебя во «дворец».
Но Ховард не сдвинулся с места.
— Что, у тебя есть ещё какие-то требования?
— Эти смертные… Прошу вас, пощадите их, — сказал Ховард, имея в виду пленённых слуг Империи.
Он увидел, как лицо демонессы омрачилось недовольством. Он понимал, что его просьба была чересчур дерзкой, но всё же пояснил:
— Посланница Владыки Наслаждений, если вы заберёте их жизни здесь, то в Империи никто не узнает о ваших подвигах. В конце концов, нет ничего необычного в том, что военный корабль затерялся в варпе. Но если вы отпустите этих жалких смертных, ставших свидетелями вашего величия, обратно в реальное пространство, они разнесут по всей Империи весть о вашей великой победе.
Демонесса пристально смотрела на Ховарда, её взгляд, казалось, проникал в самую душу. Чем дольше она смотрела, тем меньше уверенности оставалось у Ховарда. И как раз в тот момент, когда он уже решил, что она вот-вот разгневается на его дерзкую просьбу, он увидел, что она улыбнулась.
— Братья и сёстры, поиграли и хватит, пора возвращаться. Остальных смертных отпустите.
Демонесса неожиданно согласилась.
Услышав этот приказ, последователи Хаоса, как бы ни были недовольны, не посмели ослушаться воли своей предводительницы. Они неохотно отпустили свои игрушки, бросая на Ховарда полные ненависти взгляды.
— Смотри-ка, теперь они все хотят сожрать тебя живьём. Только я могу защитить тебя, понимаешь? — язык демонессы скользнул по щеке Ховарда, а в её глазах плескалась безграничная нежность.
Обновлено: 21.01.2026