— …Мне правда жаль.
— Мм? Я уже говорил. Не волнуйся об этом.
Мы шли в учительскую.
Глаза Огами были красными и опухшими от слёз. Мы собирались взять лёд из морозилки в офисе, а заодно я планировал совершить набег на холодильник.
Там же вроде оставалось несколько бутылок спортивного напитка?
Пока она прикладывала лёд к глазам, Огами пробормотала:
— …Я никогда раньше так не расстраивалась.
Её голос был таким тихим, словно она говорила сама с собой.
— Хм.
— Извините, что заставила вас пройти через всё это.
— Эй, ты ничего плохого не сделала. Вот что значит быть человеком.
Я передал ей бутылку спортивного напитка. Я взял без спроса, но проблем быть не должно, если я завтра принесу новую. Огами приняла её с тихим «Спасибо».
— Мистер Хитома, я вернусь в школу завтра.
— …Не слишком ли рано для тебя?
— Нет, всё хорошо. Раньше, когда я зашла в класс, я поняла, что скучала по нему. Я хочу приходить в школу и продолжать тренироваться, подумала я.
— Хорошо. — Я собрал свои вещи и приготовился уходить. — Пойдем? А, можешь забрать бутылку с собой.
— О, спасибо.
Было поздно. На часах 22:05.
Огами встала со стула, держа бутылку, всё еще полную на две трети, обеими руками.
— Я провожу тебя до общежития.
— Что?! Нет, не стоит! Я… эм… — Она смущенно отвела глаза. — Я… не могу вернуться через парадный вход, потому что я… вылезла через окно общежития тоже…
— …Понятно.
Интересно, на каком этаже её комната. Я не знал, но чувствовал, что с её физическими способностями она сможет забраться и выбраться с любого этажа.
— Ладно. Я должен следовать школьным правилам касательно «нечеловеческого поведения на территории кампуса» и поступить соответственно, но общежития вне моей юрисдикции, так что я притворюсь, что не слышал ничего из того, что ты только что сказала… И всё же я буду чувствовать себя преступником, если позволю ученице бродить по территории одной в такой час. Позволь мне хотя бы проводить тебя поближе к общежитию.
Общежитие находилось на территории школы, так что вряд ли с ней могло что-то случиться. Так почему я настоял? Ну, для моего душевного спокойствия.
Да, только и всего.
— О, кстати, комендантша тоже беспокоилась о тебе. Ты нормально питаешься?
— Более-менее… Полнолунная Исаки собрала кучу диетических рецептов, которые я готовила и ела.
— «Более-менее» лучше, чем ничего. Я рад.
Огами кивнула. Она выглядела так, будто у неё гора с плеч свалилась. Я закончил работу на сегодня.
Последний автобус в 22:40. Должен успеть тютелька в тютельку.
Мы направились домой.
На следующий день, день после новолуния, светило солнце.
Я направился в класс, чтобы провести утреннюю перекличку. Когда я пришел, Огами уже была там. Её лицо было напряженным, вероятно, потому что она пришла в школу впервые за долгое время. Я волновался, но не хотел лезть с расспросами так скоро после нашего вчерашнего разговора. К тому же, если я подниму шум, это может заставить её почувствовать себя загнанной в угол.
К счастью, остальные девочки вели себя как обычно. Минадзуки казалась чуточку более... бодрой? Если так пойдет и дальше, Огами скоро придет в норму.
Я провел утренние объявления и перекличку, как делал каждый день.
Солнце выглянуло впервые за долгое время, и его лучи мягко заливали класс теплым светом.
11 июня.
Полагаю, мне следует сказать: «Приятно познакомиться».
На самом деле, я впервые пишу тебе вот так, поэтому думаю, что это уместно.
Дорогая Полнолунная Исаки,
Я слышала, как ты разговаривала с учителем Хитомой в день последнего полнолуния.
Прежде всего, я хотела бы извиниться за недопонимание.
Я думала, ты поймешь, что я имею в виду, когда говорю, что хочу стать человеком, потому что та, кто является человеком, — это ты. Вот почему я верила, что слова «человек» достаточно, чтобы передать мое желание стереть себя и оставить всё тебе.
Но я ошибалась.
Ты сказала учителю Хитоме, что винишь себя за то, что причиняешь мне боль.
А я всегда думала, что это моя вина, что ты страдаешь.
Два сапога пара. Мы действительно не могли ничего понять, не выразив словами, что мы чувствуем.
Такой, какая я сейчас, мне кажется, нет места, где я была бы своей.
Поэтому я хочу стать человеком.
Что касается того, как нам этого достичь, я хочу выяснить это вместе с тобой. Может быть, это не такая уж плохая идея — остаться вместе, как предлагал Директор тогда. В последнее время я начала так думать.
Я хочу знать больше о твоих мыслях и чувствах.
Мы ближе, чем любые два человека могут быть, и я думаю, именно поэтому есть много вещей, которых мы друг о друге не знаем.
Так что, будешь вести со мной этот дневник по переписке?
Жду положительного ответа.
— Я таю...
Это было утро в конце июня.
Летнее солнцестояние пришло и ушло. В этот день сезон дождей официально закончился. Раньше обычного, если верить прогнозу погоды.
Солнце жарило вовсю, доводя таких несчастных в костюмах, как я, до полуобморочного состояния.
Еще утро, а жара уже невыносимая... Надо доставать летний гардероб. Не перейдет ли школа на стиль business-casual, когда на улице такая жара? Хотя, если подумать, мистер Хосино и так галстук не носит...
Я был почти у офиса — то бишь, учительской.
В комнате работал кондиционер, так что там был рай. Я сначала думал, что госпоже Саотомэ будет тяжело, если мы слишком сильно понизим температуру, так как она женщина, но она сказала, что, наоборот, более чувствительна к жаре.
— Ох-х... Скорей бы насладиться прохладой в учительской... Гх!!
— Эй, мистер Хитома. Одолжу тебя на секунду, окей?
— Чего?!
К тому времени, как я заметил топающие шаги в тапочках, приближающиеся сзади, таинственный нападавший уже схватил меня за пиджак. Всё произошло так быстро, что мне пришлось подчиниться. Волочась за пиджаком, я оказался в пустом классе на третьем этаже, куда меня бесцеремонно втолкнули.
— Ай! — вскрикнул я, споткнувшись о ступеньку подиума.
Но похитительница не обратила на меня внимания и спокойно закрыла дверь.
— К чему такое внезапное похищение, Огами? — потребовал я ответа.
Броский макияж, небрежная одежда и тщательно уложенная копна волос.
Точно. Сегодня полнолуние.
Огами ерзала. Выражение её лица было чем-то средним между злостью и смущением.
— Посмотри на это! — Она сунула мне в лицо тетрадь. — В прошлом месяце я наговорила кучу ужасных вещей, да? Я думала, другая Исаки меня ненавидит. А потом вы двое поговорили о всяком разном, так? Когда я проснулась сегодня утром, я нашла эту тетрадь на столе. У нас общие воспоминания, так что мне не нужно было открывать её, чтобы знать, что внутри, но я всё равно перечитала.
Она нежно погладила обложку. Выглядела она как обычная школьная тетрадь в линейку. Сейчас со мной разговаривала Огами-Бунтарка, но, судя по тому, как она смотрела на тетрадь, она выглядела так же, как и та, скромная Огами.
Она тихо рассмеялась.
— Мы начинаем вести дневник, мистер Хитома! С этого момента она и я будем рассказывать друг другу обо всём, что думаем и чувствуем! Я хочу остаться вместе с другой Исаки! О, но я тоже хочу стать человеком, чтобы носить всякие милые шмотки и пробовать разную косметику! Поэтому мы будем много-много говорить в этом дневнике и решать, что делать! Вместе!
Никогда я не видел, чтобы она так сияла улыбкой, как в тот момент. Интересно, это эффект блестящего макияжа?
Она бережно прижала тетрадь к груди.
— Спасибо, что выслушал, мистер Хитома! Я подумала, что должна держать тебя в курсе! Вот и всё! Ладушки! Я хочу поискать летние тренды макияжа, так что погнала обратно в класс. Спасибо! Продолжай наблюдать за мной, окей? Не переключайся!
После этого вихря новостей она выскочила из комнаты.
Куда приведет её будущее?
Выбор пути наверняка займет не один день. Я надеялся, что две Исаки смогут всё обсудить и принять решение, которое удовлетворит их обеих. Я был уверен, что они найдут лучший путь для себя.
Это была моя особая привилегия как учителя — наблюдать за тем, как они растут и меняются.
Пора бы и мне встретиться лицом к лицу со своим прошлым.
Теплый ветерок принес в открытое окно свежий запах зелени. Это был запах растущих деревьев и сочной листвы.
Лето было уже на пороге.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
Обновлено: 03.02.2026