Глава 78 — Глава 78. Контракт

Память услужливо подбрасывает события трехдневной давности, когда я только-только был призван в этот дивный мир. Кажется, именно тогда на меня обрушилось ложное обвинение, и я пребывал в том благословенном состоянии духа, когда идея доверия к ближнему казалась мне верхом глупости. К тому же, вокруг так и вились подозрительные личности, набивавшиеся в спутники с явным желанием обвести меня вокруг пальца, что несказанно утомляло. «Постойте-ка…» «Неужели среди той толпы проходимцев действительно были те, кто искренне желал мне помочь?» Припоминаю каких-то типов с ну очень заманчивыми предложениями. Тогда я был свято уверен, что они лгут, как дышат, но теперь… — Не приближайтесь ко мне! Кажется, кто-то из них тогда ответил – Слушаюсь – и даже изобразил некое подобие воинского приветствия. «Серьезно?» «Значит, люди из Шильтверта не вступали со мной в контакт только потому, что я сам велел им проваливать?!» «А ведь я и остальным отказывал с особым цинизмом…» Проклятье-е-е-е-е-е-е-е-е! Я едва не рухнул на колени, уронив голову на грудь от осознания собственной проницательности. — Признаться, вы поставили меня в крайне затруднительное положение, — голос королевы звучал сухо и строго. — Тем более что вы, господин Наофуми, умудрялись сеять хаос и совершать поступки, граничащие с преступлением, едва ли не на каждом шагу. — У-у-у… Похоже, у этой женщины накопилось ко мне немало претензий. Ее допрос становился все более колючим. — Впрочем, благодаря вашему таланту наживать врагов, мне порой удавалось выходить из патовых ситуаций, используя самую беззастенчивую ложь. — Это какую же? — Я заявляла, что Герой щита находится на секретном задании по очищению нашей страны от скверны и коррупции. Что ж, если судить по результату, авантюра удалась. — Решающим фактором стало то, что вы, господин Наофуми, исправно исправляли те беды, которые сеяли внутри страны другие герои. Когда другие герои множат проблемы, а я выступаю в роли пожарного, вера граждан в их непогрешимость начинает предсказуемо шататься. — Пока мы сотрудничали с Церковью Четырех Святых, чтобы низвергнуть власть, которой обладала Церковь Трех Героев, по всему миру стали плодиться преступники, выдававшие себя за Щитового героя. Впрочем, их ложь была слишком очевидна. «Методы Три Священных Учителя, как я погляжу, особой изысканностью не отличаются». — А почему остальные герои были не в курсе происходящего? — Рядом с Копьем всегда крутилась эта распутная девица, а Меч и Лук получали через каналы гильдии искусно состряпанную ложную информацию. «Святая вера в то, что тебе вдолбили в голову первым делом…» «Когда данных для анализа кот наплакал, иного и ждать не приходится». «Знай они правду, наверняка бы заартачились и, чего доброго, приняли мою сторону». «Именно из-за неведения они и ведут себя как безмозглые марионетки». — Ладно, следующий вопрос. Рафталия… вернее, Торговец рабами. Это ты подстроила наше знакомство? — В том смысле, что я отдала соответствующее распоряжение тени из секретной службы – да. Однако я не имею чести знать, что он за человек. «А ведь этот пройдоха при нашей первой встрече нес какую-то околесицу, которая теперь обретает смысл». «Ко мне захаживали клиенты, желавшие заполучить героя в качестве раба, и я, рассматривая это как одну из возможностей, решил сойтись с вами поближе, но теперь переменил свое мнение. Да-с.» Это были одни из первых слов, что он пробормотал мне тогда. «Желать героя в качестве раба… Даже если оставить в покое вопрос, водятся ли в этой стране подобные безумцы, ситуация выглядит на редкость странной». — Мне докладывали о деталях сделки. Посудите сами, господин Наофуми: неужели вы всерьез полагали, что здоровый раб может стоить около двадцати серебряных монет? — Ну… я в этом не особо разбираюсь. «Если предположить, что он сделал скидку, не выходя за рамки правдоподобности, то за ту девчонку явно просили больше». «Да и цена на того волка-получеловека теперь кажется мне крайне подозрительной». «Если брать его лавку за эталон, то у всех остальных цены задраны до небес…» «Подумать только, какой пронырливый Торговец рабами». «Получал поддержку сверху и хоть бы словом обмолвился». — Какие бы интриги за этим ни стояли, я бесконечно благодарна судьбе за встречу с вами, господин Наофуми. Рафталия произносит это с кроткой улыбкой. «Что ж, она права. Каков бы ни был умысел королевы, именно я купил Рафталию». «Раз сама она не держит камня за пазухой, то и проблем нет». «В конце концов, не встреть она меня тогда, скорее всего, была бы уже мертва». Тех бедолаг, что томились в клетках рядом с ней, наверняка приобрели как расходный материал. «За время их недолгой службы можно накопить немного монет, чтобы потом купить кого-то подороже». «Подсунь мне этот делец сразу элитного воина по дешевке, я бы мигом учуял неладное». «Но Рафталия, вопреки всем ожиданиям, выросла в первоклассного бойца…» «Дьявольски расчетливый малый, этот работорговец». — Перейдем к следующему пункту. Почему ты так долго не могла вернуться в страну? — Из моего рассказа это должно быть очевидно. Терпение мое лопнуло, и когда Олткрей… когда этот подонок начал капризничать, требуя свидания с Мелти, я расставила ловушку. К тому же, заговор Церкви Трех Героев как раз входил в решающую стадию. «Какая предусмотрительность… А я в это время метался по стране, как заяц от гончих». — Признаться, я не ожидала, что у них припрятана копия священного оружия четырех героев. «Да уж, даже знай она о такой игрушке заранее, вряд ли это сильно помогло бы…» — Патриарх оказался на редкость скудоумным человеком… Получив ваш удар, он мог бы спасти свою жизнь, превратив этот артефакт в щит, но увы… — Значит, та штука и щитом могла становиться? — Разумеется. Хотя ходят слухи, что мощь копии едва ли достигает четверти силы оригинала. — И это была всего лишь четверть? «То есть, когда мы станем сильнее, мощь возрастет вчетверо? Звучит как бахвальство». «Наверняка очередное предание, которое обросло небылицами за долгие века». — Что же касается моего супруга… Конфликт с нашим извечным врагом, Шильтвертом, остался в далеком прошлом. В долгом мире подонок окончательно размяк. Когда-то он был весьма одарен, но теперь весь его интеллект уходит лишь на то, чтобы отравлять жизнь окружающим. «Ясно… Значит, те заслоны на дорогах были нужны лишь для того, чтобы не дать мне сбежать в Шильтверт». «А может, это вовсе не подонок, а сама королева стянула рыцарский орден к границе?» «Впрочем, неважно. Сейчас на повестке дня куда более интересные вопросы». — И последнее… Я намерена оказывать вам, господин Наофуми, всяческую поддержку в меру своих сил. Желаете ли вы после всего услышанного отправиться в Шильтверт, чтобы раздуть пламя войны, поведав им истину? — Хм… «То есть, как бы она ко мне ни относилась, ей жизненно необходимо держать меня при себе». «Но…» — К слову, позвольте просветить вас, что ждет героя в Шильтверте или Шильдофридене. — И что же? «Что на этот раз споет эта хитроумная женщина?» — Первым делом вас окружат принцессы, дочери знатных аристократов и женщины-получеловеки всех мастей, наперебой предлагая свою близость. Вы моментально обзаведетесь гаремом. — Какая гадость! После всех выходок той распутной девицы от подобных перспектив меня тянет на рвоту. «Видеть не хочу женщин, у которых в глазах лишь жажда наживы и власти». — Любое ваше желание будет исполнено незамедлительно. Прикажи вы стереть нашу страну с лица земли, граждане тех стран с радостью отправятся на верную смерть. «Звучит заманчиво, не скрою. Но гарем…» «Если стиснуть зубы, то, может…» — До этого момента всё кажется чудесным, не так ли? Однако власть и религия в любой стране имеют свою изнанку, черную как смоль. — Что ты хочешь этим сказать? — Внезапно вы можете подхватить загадочную болезнь… и закончите свои дни крайне плачевно. — Откуда такая уверенность? — Таков был финал Щитового героя, призванного в обход легенды о четырех священных героях в прошлом. «Этого мне точно не стоило знать». — Помните того авантюриста, что пытался заманить вас к себе лживыми речами в первые дни? — …Ну допустим. Это было почти сразу после моего прибытия в этот ад. — Спустя несколько дней его труп нашли в весьма неприглядном виде. — Что?! — И, кажется, был еще солдат, который слезно выпрашивал у вас подпись. — Было дело. Раз уж он так хотел, я черканул ему что-то… Неужели и тут всё плохо? — Он тоже мертв?! «Эти ребята хотя бы честно делали свою работу. Не хотелось бы, чтобы они пострадали из-за такой ерунды». — О нет… Но он лишился мундира, на котором вы расписались. Беднягу сутками преследовали какие-то личности, больше похожие на сумасшедших фанатиков. «Ого… Похоже, я невольно подложил ему свинью». — В итоге одежда нашлась на черном аукционе, где ее ждал выигрыш на торгах за баснословную сумму. «Надо будет извиниться при встрече». — Тех солдат, что осмелились помогать вам, тоже пришлось защищать мне. — Так вот почему им всё сошло с рук. — А вот командор рыцарского ордена погиб при весьма странном нападении. Убийца не найден, но полагаю… «Похоже, в Шильтверте живут те еще радикалы». «Получается, поездка туда – это одновременно и рай, и ад в одном флаконе. Если, конечно, королева не вешает мне лапшу на уши». — Как мне кажется, куда безопаснее остаться в этой стране, где вы уже успели делом заслужить доверие части народа. — … Но у меня нет ни единой причины помогать ей. Вся та боль, что я перенес, не выветрится от пары красивых слов, и никакие оправдания, прикрытые ее властью, не кажутся мне убедительными. Все эти казни и объяснения – лишь выполнение долга правителя, пускай и с оттенком личной заинтересованности. Просить меня о помощи, выставляя это как великую милость – верх наглости. Я признаю ее таланты, но веры этой женщине нет. Язык без костей, сказать можно что угодно. Она распинается здесь лишь потому, что мой уход в другую страну станет для нее катастрофой. Более того, если ее аргумент о моей ценности верен, то радушный прием мне обеспечен в любом государстве, будь то Шильтверт или Шильдофриден. Мелромарк в этом плане ничуть не уникален. — … Пока я размышлял о своем безрадостном будущем, королева вдруг опустилась передо мной в церемонном поклоне. — Вся ответственность за страдания, что вы перенесли, лежит на мне. Я осознаю, насколько самонадеянно звучат мои слова. Однако у меня… нет, у всей страны не осталось иного пути, кроме как молить вас о помощи. Если моя голова на плахе утолит ваш гнев – я отдам ее без колебаний. Если велите мне сменить имя – я сделаю это. Прошу лишь об одном: дайте нам шанс. Клянусь именем Мирелии Кью Мелромарк, что впредь я пресеку любое неуважение к вам. Мы заключим магический контракт, который гарантирует вам исключительное положение и всевозможные блага. Королева склонилась так низко, что едва не коснулась пола лбом. Мелти застыла в немом изумлении, Рафталия удивленно округлила глаза. Даже Фиро, судя по ее притихшему виду, почуяла, что происходит нечто из ряда вон выходящее. «Эта женщина… она действительно живет только интересами государства». «Сохранила жизнь мужу-подонку и дочери-распутнице, используя все рычаги власти, но готова сама пойти на плаху». «Неужели положение Мелромарка на мировой арене настолько плачевно?» Выходит, судьба этого королевства сейчас в моих руках. Захоти я – и Мелромарк захлебнется в крови под натиском соседей, которых я подстрекну к атаке. Однако… — Только один раз. — Что вы имеете в виду? — Твоя тень однажды спасла жизнь моей спутнице. — Значит ли это… — Я поверю тебе. Но лишь однажды. Каковы бы ни были причины, второго шанса не будет. — Благодарю вас. Королева еще раз глубоко поклонилась, ее голос дрогнул от искренней признательности. «Возможно, я проявляю излишнюю мягкость». «Но если вечно вариться в котле подозрений, с места не сдвинешься». «Истинный враг героя – не это государство, а Волна». «Будет крайне глупо пасть от рук Грасс и ее компании, пока мы тут увлеченно режем друг другу глотки в междоусобицах». «Нельзя забывать, что в прошлый раз троица героев фактически потерпела фиаско». «Плодить врагов без нужды – сомнительное удовольствие». Ситуация, когда меня били и в лоб, и в спину, наконец-то меняется. Мне плевать на судьбу этого мира, но победа над Волной – мой единственный билет домой. Теперь я смогу сосредоточиться на подготовке к битве с Грасс. Уже одно это можно считать огромным шагом вперед. — А как обстоят дела с внешней политикой? — Раз вы дали свое согласие, господин Наофуми, то с большинством проблем я уже разделалась… В ближайшее время потрясений не предвидится. Но если они возникнут – вся надежда на вас. Я сдержу клятву и обеспечу вам лучшие условия, но и мне потребуется ваша помощь. — Надо же, какая востребованность. А как насчет наказания для остальных героев? — Увы. Любые карательные меры против священных героев вызовут шквал обвинений со стороны других стран… К тому же, мы преподнесли разгром Церкви Трех Героев как результат вашего общего подвига, так что наказывать их сейчас юридически невозможно. — Вот как… Жаль. «Что ж, я сам устрою им ад при жизни, когда подвернется удобный случай. А он подвернется, я уверен». У меня еще море вопросов, но на сегодня, пожалуй, хватит. — Могу я просить вас не разглашать содержание нашей беседы остальным троим? Герои тоже люди, и если они почуют слабость, последствия могут быть непредсказуемыми… Действительно, в нашем разговоре было много такого, что им знать не полагается. Насчет Ренна и Мотоясу не уверен, но Ицуки, узнав правду, точно сорвется с катушек со своим обостренным чувством справедливости. Главное, что теперь моя жизнь станет куда более сносной. — Хорошо. А что насчет тех остолопов? — Отныне я лично беру на себя ответственность за наблюдение за ними. — Ясно. По крайней мере, одним врагом стало меньше… — Мне невыразимо жаль… Простите меня за то, что мы втянули непричастного человека в эту бойню, заставили сражаться и при этом не смогли предложить ничего, кроме этих жалких извинений. — Проехали. Давай обсудим, что делать дальше. Ты упоминала, что хочешь что-то сказать тем троим? — Да, я объявлю об этом во время торжественного ужина, на котором я прошу присутствовать и вас. — Договорились. Королева отдала распоряжения подчиненным и начала подниматься по лестнице за залом Трона. — Мелти… идем. — А… да, мама. — Господин Наофуми, еще раз благодарю вас за спасение жизни Мелти. Она снова отвесила мне поклон. — Мэл-тян, ты куда-то уходишь? Фиро, наконец-то сообразив, что запахло разлукой, уставилась на подругу с грустным видом. — Видишь ли, Фиро, у Мелти совсем другая жизнь. Вряд ли она сможет и дальше путешествовать с нами, как раньше. Таскать за собой наследную принцессу в опасные авантюры – затея, обреченная на провал. — Правда? Фиро шмыгнула носом, не сводя глаз с Мелти. — …Да. — И мы больше не увидимся? — …Нет, что ты. Мы обязательно встретимся. Много-много раз. Но вместе странствовать… наверное, уже не получится. Мелти ищуще взглянула на королеву, и та ободряюще кивнула в ответ. — Но… мы же расстаемся. — Да. Но знай, Фиро, я всегда буду рада твоему приходу. Всегда-всегда. Голос Мелти задрожал, она явно была на грани слез. Наше совместное путешествие оставило глубокий след в ее душе, это очевидно. Я уже давно решил для себя: когда с Волнами будет покончено, я оставлю Фиро на попечение Мелти. — Даже если мы разойдемся, Мэл-тян навсегда останется лучшей подругой Фиро, да?! — Конечно! Где бы я ни была, я всегда буду твоим другом! Сцена была весьма трогательной, хотя, строго говоря, сегодня мы все ночуем в замке, так что прощание несколько преждевременно. Плюс у нас впереди еще масса обсуждений с королевой. Но я предпочел промолчать. Зачем портить такой возвышенный момент? Им обеим это сейчас необходимо. Рад за них, найти настоящего друга в этом мире – большая удача. Глядя на них, Рафталия осторожно коснулась моей руки. Я молча сжал ее ладонь в своей, чувствуя, как тьма, окружавшая меня всё это время, наконец-то начала рассеиваться.