В пригороды я заглянул не из любви к архитектуре, а чтобы посетить местную церковь, которая возвышалась на самом видном месте, словно надзирая за порядком.
Едва я переступил порог, как меня встретили лицами такой глубокой скорби и отвращения, будто я лично принес в их обитель чуму.
— Ге-Герой щита?!
Радушный прием, ничего не скажешь. Неужели мое присутствие вызывает у них столь острые приступы негодования? Видимо, то ложное обвинение в насилии сделало меня в этих стенах персоной даже более нежелательной, чем сам дьявол.
— Не стоит так суетиться.
Мужчина с видом крайне невозмутимым, очевидно, местный священник, мягко осадил одну из сестер, чье лицо перекосило от неприязни. Что-то в этой сцене показалось мне подозрительным, но я решил не заострять внимание.
— С какими нуждами вы почтили нашу церковь сегодня?
— Мой спутник подхватил скверное проклятие. Мне нужна самая сильная святая вода, способная снять этот недуг.
Пока эти святоши не причинили мне вреда, я решил придерживаться рамок приличия. На стене как раз висел список пожертвований, больше похожий на прейскурант элитной лавки.
— В таком случае, приготовьте пожертвование.
Я изучил ценники, но для проформы решил уточнить.
— И какова же цена вопроса?
— За святую воду мы просим от пяти серебряных монет за самый простой состав. Далее цена растет до десяти, пятидесяти серебряных и, наконец, одной золотой монеты за высшее качество.
Что ж, кажется, не пытаются обобрать меня средь бела дня. А жаль, я уже предвкушал, как устрою им небольшое назидание за жадность.
— Торговаться перед ликом богов как-то не солидно. Давайте ту, что за одну золотую монету.
— Господин Наофуми, право, не стоит! Это слишком дорого для меня!
— Оставь эти споры, Рафталия. Я ведь уже говорил, что ты мне дорога. Золотая монета – сущая мелочь по сравнению с твоим здоровьем.
— Ох… спасибо вам огромное!
Пока Рафталия рассыпалась в благодарностях, я под неодобрительным взглядом священника выложил золотую монету.
— Слушаюсь.
Священник кивнул сестре, и та вскоре вынесла заветный флакон. Я тут же активировал навык оценки, чтобы проверить товар.
Низкосортная святая вода.
Качество: некачественный товар.
Я смерил священника тяжелым взглядом. Тот, заметив мой прищур, перевел взор на флакон, и его лицо мгновенно изменилось.
— И почему мне пытаются всучить этот мусор?
— Но…
— Господь милосерден, дитя мое, — сурово прервал священник сестру. — Если это зверство продиктовано твоим личным чувством справедливости, немедленно покайся. Твое упрямство лишь порочит церковь.
— Простите! Молю о прощении!
— Прошу простить нас, Герой щита. Мои подчиненные проявили непростительную грубость.
— Если в итоге я получу то, за что заплатил, жаловаться не стану.
— Благодарю за ваше милосердие.
Священник лично удалился и вынес новый сосуд. Я снова проверил содержимое.
Святая Вода Очищения от Проклятий.
Качество: Высокое.
— Вот это уже похоже на правду.
Я забрал флакон.
— А эта водичка вкусная? Дайте Фиро попробовать!
— Даже не думай. Это лекарство для Рафталии. У тебя же ничего не болит?
— Ага! Фиро всегда полна сил!
— Значит, тебе это ни к чему.
— Ну вот…
Оставив разочарованную Фиро наедине с её любопытством, я обратился к священнику.
— Благодарю. И передайте сестре, что дежурит у Песочных Часов Драконьего Времени, мои наилучшие пожелания. Пусть перестанет хихикать в спину посетителям, это ей не идет.
— Я непременно во всем разберусь. Подобное поведение недостойно истинно верующего.
— Вот и славно. Бывай.
— Да пребудет с вами божественное руководство.
«А этот священник не так уж плох. Будь в этой стране побольше таких здравомыслящих людей, глядишь, и жизнь бы наладилась».
С этими мыслями я покинул обитель, но покой нам только снился.
— А! Вот он!
Едва мы вышли, как на нас налетела целая делегация: Сузуки Ицуки и Ацуму Хитогами в окружении своей верной свиты. Какая трогательная встреча. Что они все забыли в городе одновременно?
Ицуки, я заметил, сменил свои обноски на весьма приличные доспехи. Пока я разглядывал его с искренним раздражением, Герой Лука выступил вперед и с ходу пошел в атаку.
— Это ведь вы! Вы выдали себя за меня и присвоили награду за выполненное мной поручение!
— Чего?!
«С какой стати мне вообще сдалась его награда?»
— Со мной та же история, — вставил Хитогами, сверля меня обвиняющим взглядом. — Ты перехватил задание, которое предназначалось мне.
«Ну, в случае с Хитогами я хотя бы понимаю, о чем речь. Тот инцидент, когда была спасена деревня эпидемии, действительно моих рук дело».
— Насчет тебя, Хитогами, не спорю. Но ты, Ицуки, несешь какую-то чушь.
— Решили прикинуться дурачком?!
— Я говорю то, что есть. Я понятия не имею, о чем ты болтаешь.
— Подождите, — вмешался Хитогами. — Пока мы его не прижмем фактами, Наофуми ни за что не сознается.
— Может, перестанете вести диалог так, будто моя вина уже доказана?
— Хозяин, вы опять что-то натворили?
— Ничего я не творил! Я даже не понимаю, в чем меня обвиняют!
Успокоив Фиро и Рафталию, я смерил двух героев тяжелым взглядом.
— Итак, я весь внимание. Излагайте свои претензии.
— Начну я, — заявил Ицуки.
Оказывается, наш поборник справедливости отправился на север, чтобы приструнить некоего зажравшегося наместника. Сделав дело в своем обычном стиле – скрытно и инкогнито, – он отправил своего спутника в гильдию за честно заработанными деньгами. Однако там ему ответили, что награда за подвиги Героя Лука уже выдана. Ицуки, недолго думая, решил, что на такое коварство способен только я.
— Послушай, генерал… я понимаю, тебе нравится играть в тени, сокрушать злодеев, а потом эффектно раскрывать свою личность, наслаждаясь изумлением толпы. Но ты не задумывался, что из-за твоей страсти к секретности о твоих подвигах просто никто не знает?
— Ге-генерал?! О чем вы вообще говорите?!
— Ну как же, таскал ведь меч на поясе, прикидываясь простым авантюристом. Настоящий генерал конспирации.
Ицуки занервничал. Его методы ведения дел действительно создавали проблемы. Никто в стране толком не знал, как выглядит Герой Лука и чем он занят. Все лавры спасителей доставались либо Герою Меча, либо Герою Копья.
«Исполнять роль таинственного мстителя, конечно, пафосно, но в глазах общества его заслуги просто не существуют. Я хоть и студент, но прекрасно понимаю: в реальном мире свои достижения нужно защищать. Если Ицуки молчит, любой может заявить, что это он спас мир, и люди поверят громкому голосу, а не его скрытным маневрам».
«К тому же, настоящие герои, работающие за идею, обычно не бегают по городу с криками о потерянном золоте. Выглядит это, мягко говоря, не по-святому».
— Ты уверен, что твои труды вообще связывают с тобой? Из всех твоих похождений я слышал только про тот город, где снизили налог. И то лишь потому, что сам там был.
— Это потому, что я храню свои деяния в тайне!
— Тогда давай уточним. Это ведь ты помогал сопротивлению в северных землях свергнуть законного правителя?
— Да! Я вместе с ними низверг короля, погрязшего в пороках!
— И ты хоть поинтересовался, что там сейчас происходит?
— Очевидно, страна расцвела, избавившись от тирана.
— Ничего подобного! Там царит такой голод, что люди бегут через границу, пытаясь выменять хоть крохи еды через бартер.
— Не может быть! Но почему?!
— Да потому, что король, может, и был плох, но страна умирала от неурожая. Смена головы на плахе не наполнит пустые желудки.
— Это… это не имеет ко мне отношения! Не переводите тему!
«Какая поразительная безответственность. Хоть бы тень раскаяния промелькнула».
— Вернемся к твоим деньгам. Награду получает твой помощник. Он может подтвердить свои полномочия?
— Конечно! Разумеется, может!
— В гильдии требуют доказательств. У него есть какой-то официальный документ?
— Это специальное свидетельство с личной печатью короля!
Ицуки выпалил это с таким триумфом, будто поймал меня за руку.
— Эту бумагу невозможно подделать! Там применены особые техники!
— Ну вот видишь. Раз у меня нет такой бумаги, значит, и получить твои деньги я не мог.
Ицуки осекся и даже издал какой-то разочарованный звук.
— Тогда… тогда это магия оружия!
«Боги, он уже из пальца высасывает обвинения, лишь бы выставить меня злодеем».
— Только герои могут мгновенно менять форму снаряжения! Вы превратили свой щит в некое подобие лука и обманули всех, не предъявляя документов!
— Ты уверен, что такая магия подвластна только нам? В этом мире полно диковинок.
— И где же ваши доказательства?!
— Фиро.
— Что, хозяин?
— Покажи свой истинный облик.
— Хорошо!
Фиро мгновенно трансформировалась. Её платье исчезло, а оставшаяся лента превратилась в ошейник. Я указал на него пальцем.
— Что за?!
— Видишь? В мире, где создают одежду, способную менять форму вместе с владельцем, наверняка найдется безделушка, имитирующая вид оружия. И кстати, если следовать твоей логике, это мог сделать любой из героев, не только я.
— Но… но все же…
— Ицуки, прекрати, — осадил его Хитогами. — Твоих доводов недостаточно, чтобы обвинить Наофуми.
— Ты хотя бы узнал, как выглядел тот, кто забрал деньги?
— Н-нет… я не спрашивал…
— Ну тогда и говорить не о чем. Тебе стоит больше заботиться о своей репутации. Теперь моя очередь.
— Ты про ту историю с эпидемией на востоке?
— Раз ты в курсе, тем лучше. Зачем ты влез и забрал мою награду?
— Потому что я там был и исправлял твои ошибки. Ты хоть знаешь, что эпидемия началась из-за туши дракона, которую ты бросил гнить?
— Что?!
Хитогами замер, словно пораженный молнией. Я-то думал, он просто холодный эгоист, а он, похоже, действительно не ведал, что творил.
— Люди гибли пачками. За лагерем выросло целое кладбище из свежих могил. Если бы не мое вмешательство, живых бы там не осталось.
— Быть не может…
Он пошатнулся и сделал неверный шаг в сторону востока.
— Погоди, герой. Сейчас ты уже ничем не поможешь, скоро новая волна, ты должен быть здесь.
— Но это ведь из-за меня…
— Я убрал останки дракона. Мы с местным лекарем купировали заразу и поставили людей на ноги. Так что твои претензии насчет украденной награды неуместны.
— Я… я понял. В таком случае, это справедливо.
Хитогами выглядел так, будто его только что вытащили из ледяной проруби.
— И вы ему верите?! — вскричал Ицуки, не желая сдаваться.
— Ему нет смысла лгать. К тому же, гильдия подтвердила, что проблема решена, и отменила мой запрос. Все сходится.
— Ты бы видел, как этот дракон восстал в виде зомби. В том бою Рафталия и получила свое проклятие.
«Технически я не солгал, хотя проклятие – это и моя вина тоже».
— Так вот почему вы были в церкви, — Хитогами перевел взгляд на перебинтованную Рафталию.
— Надеюсь, она скоро поправится.
«Удивительно. Я считал его высокомерным типом, но, похоже, он просто не осознает последствий своих действий. Он не из тех, кто скажет – слабые заслужили смерть».
— Зачем ты вообще оставил тушу там?
— Мои спутники сказали, что это будет актом щедрости – оставить ценные материалы местным авантюристам. Мне это показалось хорошей идеей.
«Вспомнилось, как староста говорил, что деревня поначалу действительно разбогатела на этих ресурсах».
— Жители и наемники клялись, что присмотрят за всем…
— В следующий раз соображай быстрее. Плоть гниет и разносит заразу. Сжигай потроха, если не можешь утилизировать всё целиком.
— Да… я запомню.
Весь пыл Хитогами испарился. А ведь жители деревни тактично умолчали о своей роли в этой катастрофе. Погнались за легкой наживой – получили мор. Сами виноваты.
— А я всё равно вам не верю!
Ицуки оказался куда более упертым, чем его коллега с мечом.
— Я найду доказательства вашей вины!
— Да ищи на здоровье. Только не вздумай подтасовывать факты. И если найдешь настоящего вора, не смей вкладывать ему в уста признание, будто он действовал по моей указке. Я знаю, как быстро такие как ты верят любым слухам обо мне.
— О чем это вы?
— О том, что даже когда я спасаю людей от разбойников, те успевают добежать до города и заявить, что это я на них напал.
— Это… ну…
— Так что, генерал, учись отличать правду от лжи, прежде чем размахивать своим правосудием.
Похоже, даже до Ицуки дошло, насколько чудовищна моя репутация. Он посмотрел на меня с каким-то раздражающим сочувствием, от которого меня так и подмывало выругаться.
— Пока что я оставлю этот вопрос открытым.
— Оставляй сколько влезет. Я к твоим деньгам не прикасался.
Ненавижу ложные обвинения. Словно я какая-то свалка, на которую можно сгрузить все грехи этого мира. Ицуки ушел, сохраняя оскорбленное достоинство, а Хитогами побрел прочь, явно погруженный в тяжкие думы.
— Ладно, идем.
Определенно, сегодня не мой день. В этом городе под управлением Клевера-короля вечно случается какая-то дрянь. Нужно скорее найти гостиницу и забыть об этой встрече как о страшном сне.
Обновлено: 20.02.2026