Глава 43: «Статья принята! Большая удача – сегодня едим свинину в красном соусе.»
Результаты экзаменов должны были объявить только в следующую среду. А пока, на выходных, Фэн Цзяю получила три авторских экземпляра журнала «Октябрь».
Прижимая к себе свежий номер, она смотрела на свои строки, набранные типографским шрифтом. Радость ее была так велика, что даже за едой она непроизвольно расплывалась в глупой улыбке.
В понедельник Чэн Сюэминь, как обычно, отвез Фэн Цзяю в университет на велосипеде. Она прихватила журналы с собой – покрасоваться перед однокурсниками.
Чэн Сюэминь же, воспользовавшись тем, что жены нет рядом, втихаря отправил свой новый рассказ в журнал «Литература и искусство Шанхая». За эти двадцать тысяч иероглифов он надеялся выручить приличную сумму.
Фэн Цзяю пасла его в «Яньцзинской литературе» как коршун. А ведь там платили на пару юаней больше! Если бы не ее надзор, он бы и не думал посылать рукописи в другие места – ведь в новом журнале придется заново зарабатывать репутацию для повышения ставки.
Но раз уж он выбрал стратегию «расставлять сети повсюду», придется набивать руку. Всё ради малой казны.
Впрочем, в сопроводительном письме Чэн Сюэминь не удержался и добавил пару строк от себя:
«Только что вернулся в город, живу в нищете, стены голые. На руках престарелые родители за восемьдесят, да еще пятеро-шестеро голодных детишек пищат. Очень надеюсь, что минимальный гонорар за публикацию составит не менее пяти юаней. Если оцените мой труд по достоинству, ваш журнал станет моим кормильцем, и впредь буду писать только для вас».
Не слишком ли нагло он прибеднялся?
Да какая разница! Главное – в кратчайшие сроки наполнить заначку. Зарабатывать мастерством пера вовсе не стыдно.
К тому же тексты, которые Чэн Сюэминь «адаптировал», объективно стоили высшей ставки в семь юаней. Нужно было соответствовать уровню оригинальных авторов и не продавать их шедевры за бесценок. Да и доля правды в его словах была: стариков родителей содержать нужно, а скоро и о своих детях заботиться придется. Нужно копить на большой дом, чтобы потом перевезти отца с матерью в Яньцзин – пусть помогают с внуками.
Отправив конверт, Чэн Сюэминь поспешил обратно в библиотеку к своим черновикам.
— Послушай, парень, я уже давно за тобой наблюдаю, — почти перед самым обедом к нему подошел библиотекарь. — Ты всё время сидишь тут, уткнувшись в бумаги. Тебе разве на лекции не надо?
— А? О… Здравствуйте, учитель. Видите ли, я не студент Яньда. Мне разве нельзя здесь заниматься?
Чэн Сюэминь и сам давно приметил этого молодого человека, который выглядел почти как студент. Тот работал за стойкой регистрации, выдавал книги, но явно не входил в число учащихся, поэтому Сюэминь вежливо назвал его учителем. Он честно признался в своем статусе, не зная, пускают ли сюда посторонних.
На самом деле Чэн Сюэминь редко читал книги – в основном он строчил текст за текстом, пополняя бюджет.
Если бы его решили проверить всерьез, отсутствие студенческого билета быстро бы вскрылось, так что лучше было не врать.
— Не студент, значит? — Молодой библиотекарь понимающе кивнул. — То-то я смотрю, ты каждое утро приходишь и уходишь точно по часам, как на работу. Усядешься и пишешь, не отрываясь, будто у тебя и пар вовсе нет!
Он улыбнулся и добавил:
— У нас в Яньда не запрещено приходить ребятам из других вузов. Так что не нервничай, всё в порядке. Мне просто стало любопытно, что ты там строчишь день-деньской?
— Кстати, меня зовут Чэнь. Можешь называть меня старина Чэнь или учитель Чэнь, как удобно, — Чэнь Шуминь вовсе не собирался его прогонять. Этот юноша казался ему занятным, и сегодня он просто не выдержал – решил познакомиться.
— Здравствуйте, учитель Чэнь. Меня зовут Чэн Сюэминь. Моя жена – первокурсница здесь, в Яньда, а я, так сказать, ее сопровождающий.
Услышав, что выгонять его не собираются, Сюэминь расслабился.
— Вот как? — Чэнь Шуминь оживился. — Тебя зовут Чэн Сюэминь, а меня Чэнь Шуминь. И по говору ты, кажется, из Шаньбэя? Я сам недавно вернулся из тех краев, был там чжицином. Мы с тобой оба из простых тружеников, считай, земляки!
Библиотекарь подсел к столу Сюэминя, окончательно признав в нем своего. — Жена, значит, учится, а ты при ней? Теперь понятно.
— Именно так, учитель Чэнь. Всё верно. Сами мы крестьянские, из Шаньбэя приехали… земляки, стало быть, — Сюэминь даже придал своему голосу легкий северный оттенок, хотя его диалект был уже почти незаметен.
— Земляки! — Подтвердил Чэнь Шуминь и кивнул на листы бумаги. — Так что же ты всё-таки пишешь столько дней? Можно взглянуть?
— Конечно, конечно! Буду рад вашим замечаниям, учитель. Пробую вот писать для журналов, гонорары бы семье не помешали.
Раз уж попросили, отказывать было нельзя. Это была территория Чэнь Шуминя, и если бы Сюэминь заартачился, его могли просто выставить за дверь. Он протянул рукопись со словами:
— Тут еще не закончено, так что не судите строго.
— Публиковаться решил? Ну, тогда я просто обязан это прочесть!
Чэнь Шуминь с азартом взял листы и погрузился в чтение.
…
Тем временем Фэн Цзяю в своей аудитории вовсю наслаждалась триумфом, демонстрируя подругам три экземпляра «Октября».
— Цзяю, исправлено просто отлично! Уровень поднялся на голову выше твоего первого черновика. На тебя что, внезапное озарение снизошло? — Хуан Бэйцзя первой выхватила журнал и принялась искать статью подруги.
Студенты тогда не жаловали псевдонимы и печатались под своими именами, так что найти нужный текст было легко. Дочитав, Хуан Бэйцзя вздохнула под впечатлением:
— Не зря тебя заведующая редакцией муштровала. Мастерство чувствуется. Я бы ни за что так не написала!
— Да, Цзяю, это просто небо и земля! Как ты так быстро «прозрела»? Мой рассказ и рядом не стоял, — вторила ей Ча Цзяньин. Она даже подмигнула:
— Ты ведь и раньше правила тексты, но такого не было. Может, это приезд мужа так на тебя повлиял? Сверкнула искра вдохновения?
— Хи-хи, Цзяньин, а ты в точку попала! В том, что статью напечатали, заслуга Чэн Сюэминя огромная!
Фэн Цзяю и не думала скрывать своего самодовольства, слушая признания подруг. И ведь эта егоза Цзяньин почти угадала! Конечно, это было вдохновение от «столкновения» с ее мужчиной – в самом прямом смысле слова.
— Серьезно?! Значит, твой муж – настоящий скрытый талант? — Продолжала подшучивать Ча Цзяньин.
— Ну, талантливый человек не обязательно должен быть дурным собой, а разве мой Сюэминь не красавец? — Цзяю вроде и хвалила мужа, но как-то двусмысленно.
— Красавец, красавец!
Никто и не спорил: муж Фэн Цзяю был весьма недурен собой.
— Хи-хи, он у меня вообще молодец, — Фэн Цзяю совершенно не стеснялась хвалить своего мужчину. Своего надо превозносить до небес.
— Еще бы не молодец! У тебя, Цзяю, скоро живот уже не спрячешь, — Хуан Бэйцзя шутливо потрогала ее за талию.
— Тише ты! Кто это не спрячет? Всё у меня отлично прячется! Бэйцзя, Цзяньин, я вас очень прошу, не болтайте лишнего!
При упоминании округлившегося животика Фэн Цзяю засмущалась и начала умолять подруг хранить тайну. Она не хотела, чтобы весь университет знал об этом – пока в курсе были только самые близкие соседки по общежитию.
— Ну, долго ты всё равно скрывать не сможешь, — смеялась Ча Цзяньин.
— До зимних каникул дотяну, а там видно будет, — Фэн Цзяю хихикнула и сменила тему:
— Кстати, Цзяньин, а твой авторский экземпляр из «Яньцзинской литературы» еще не пришел?
— Точно! Тебе сестра Бай Лин гонорар уже выслала? — Подхватила Хуан Бэйцзя. — Мы с Цзяю ждем твою свинину в красном соусе! Столько дней без мяса, ты уж поторопи ее там!
— Еще нет! Как только придет – сразу пойдем праздновать! — Сама Ча Цзяньин ждала этого момента больше всех. Первая публикация, первые деньги – как тут не волноваться?
К сожалению, ни журналов, ни перевода из редакции «Яньцзинской литературы» до сих пор не было, и она уже начинала всерьез переживать.
— Свинина в красном соусе? Если вы сегодня собрались пить-гулять, то мы с Дэнин как раз вовремя!
Легка на помине! Не успели они помянуть журнал, как перед ними возникли Бай Лин и Чжан Дэнин. Услышав обрывок разговора, они тоже решили пошутить.
— Ой! Сестра Бай Лин, сестра Дэнин? Какими судьбами к нам в Яньда? — Изумленно воскликнула Хуан Бэйцзя, увидев редакторов «Яньцзинской литературы» в полном составе.
— Как какими? Принесли вам деньги на свинину! — Засмеялась Бай Лин. — Гонорары и авторские экземпляры доставили.
— Цзяю, а твоего мужа что-то не видно? — Поздоровалась Чжан Дэнин, высматривая Чэн Сюэминя.
…
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется
Обновлено: 10.07.2026