Гениальный корейский хирург умирает от рака мозга — и тут же гибнет под колёсами грузовика. Второй шанс оказывается злой шуткой: его душа просыпается в теле младенца-азиата в Лондоне XIX века, где хирургия — это кровавая бойня без наркоза и стерильности, а зрители аплодируют, как на казни. Он видел будущее медицины изнутри — и теперь весь этот варварский мир узнает, что такое настоящая операция. Сможет ли знание из XXI века выжить среди предрассудков, грязных ножей и слепой веры в силу и скорость?

Гениальный корейский хирург умирает от рака мозга — и тут же гибнет под колёсами грузовика. Второй шанс оказывается злой шуткой: его душа просыпается в теле младенца-азиата в Лондоне XIX века, где хирургия — это кровавая бойня без наркоза и стерильности, а зрители аплодируют, как на казни. Он видел будущее медицины изнутри — и теперь весь этот варварский мир узнает, что такое настоящая операция. Сможет ли знание из XXI века выжить среди предрассудков, грязных ножей и слепой веры в силу и скорость?