Время летело незаметно, пока Джеральд без устали оттачивал свое мастерство.
Когда весть о его новой профессии дошла до семьи Левентис, многие за его спиной лишь смеялись и потешались.
И хотя семья Левентис старалась не выносить сор из избы, слухи о покушении все же просочились и к кланам-монархам, и к другим знатным семействам.
Из-за этого все решили, что он просто боится возвращаться в Солтерру, ведь на него нацелилось «Предсмертное желание».
Одни считали его решение верным, ведь жизнь – самое ценное, что есть у человека.
Враги же называли его трусом и черепахой, что прячется в панцирь.
Соперники были разочарованы, а все прочие восприняли новость как сочный слух, не более.
В конце концов, Джеральд перестал обращать внимание на то, что думает о нем мир, и день за днем продолжал стучать молотом в своей кузнице.
Тринадцатый же заботился о брате и сестрах, регулярно их тренируя. Особенно Михаила, которому через три месяца предстояло отправиться в свое первое странствие.
Неделю назад ему исполнилось тринадцать, и семья скромно отпраздновала это событие.
На празднике присутствовала и леди Каллиста. Сейчас она выглядела совсем не так, как год с лишним назад.
Она сильно помолодела, став похожей на женщину чуть за тридцать.
Длинные черные волосы ниспадали на спину, а прекрасное лицо, которому завидовали ее ровесницы, было гладким и без единой морщинки.
Боевая техника Тринадцатого позволила ей обуздать яд, что мучил ее долгие годы, и обратить его в подвластную ей силу.
Это преображение не только омолодило ее, но и сделало сильнее. Она не просто вернулась на ранг чемпиона, но и достигла его вершины.
Теперь леди Каллиста была сильна как никогда, и многие в семье дивились чудесному изменению, что произошло с ее телом.
Артур был очень доволен таким развитием событий и даже сказал леди Каллисте, что, может, им пора завести еще одного ребенка.
Однако она все еще не простила мужу изгнание Джеральда, так что любые разговоры на эту тему пресекались в тот же миг, как только возникали.
Тринадцатый, которому сейчас было семь, с легкой улыбкой смотрел на свою бабушку.
Она до сих пор не знала, что именно он помог ей исцелиться, а он и не собирался ей об этом рассказывать.
В итоге Ханс отлично сыграл свою роль и сохранил его тайну от семьи Левентис.
В кузнице Джеральд в последний раз ударил молотом по клинку и опустил его в воду для закалки.
Он выглядел измученным, но, показывая сыну свое последнее творение, сдержанно улыбался.
— Восемь из десяти, — кивнул Тринадцатый. — Ты справился, батя.
— Есть! — Джеральд от радости вскинул кулак.
Он уже в десятый раз подряд сумел выковать двуручный меч, отвечавший стандартам Тринадцатого. Но это было еще не все.
Десять успешных попыток кряду убедили семилетнего мальчика, что его отец готов создать мифический меч для Артура, патриарха клана Левентис.
В начале обучения Джеральд использовал материалы низкого качества. Но теперь, когда он набрался опыта, Тринадцатый решил поднять планку и позволить ему работать с более ценными металлами.
Так прошло полтора года, и Джеральд не заметил, как кузнечное дело стало для него второй натурой.
По прикидкам Тринадцатого, его отец освоил уже восемьдесят процентов приемов из боевой техники «Молот на все времена».
Оставалось лишь рискнуть и взяться за очень дорогие материалы, добытые из монстров Солтерры.
В Пангее была известна система из десяти рангов монстров.
Ранги с первого по девятый и, наконец, ранг Принца.
Многие верили, что если высший ранг монстра зовется Принцем или Принцессой, то должно существовать и нечто более могущественное – например, король.
Однако сильнейшие представители человечества носили ранг Монарха, равный по силе Принцу, и им не хотелось даже думать, что где-то есть кто-то могущественнее.
Ведь если бы это оказалось правдой, то в миг его появления даже Монархи не имели бы ни единого шанса на победу.
За последние триста лет никто не видел джинна или маджина рангом выше Принца.
Поэтому все считали этот ранг наивысшим.
По крайней мере, им хотелось в это верить.
Для создания экипировки мифического ранга требовались части монстров девятого ранга.
Однако Тринадцатый не хотел тратить на них огромные деньги – уж больно дорогими они были.
Если бы его отец потерпел неудачу, работая с такими материалами, их убытки были бы ошеломляющими.
Поэтому он остановился на частях монстров седьмого ранга.
Из таких материалов можно было изготовить экипировку не выше пика мифрилового ранга.
При большой удаче готовое изделие могло достичь первой ступени адамантинового ранга.
А уже за адамантиновым рангом следовал мифический.
Ранг, желанный для всех ремесленников мира.
«Главное, чтобы батя смог сделать вещь средней или пиковой ступени, а остальное я доработаю рунической магией, – думал Тринадцатый. – Так я смогу поднять ранг экипировки до мифического».
Тринадцатый смотрел на четырехметровый клык, лежавший перед ним. Он принадлежал джинну седьмого ранга – эмпирейскому вепрю.
По прочности клык не уступал материалам монстров восьмого ранга низкой ступени, и Тринадцатый счел его идеальным для создания двуручного меча.
Кроме того, он попросил отца использовать один из таких клыков, купленных месяц назад, для тренировки.
Это дало Джеральду возможность привыкнуть к материалу, который должен был стать основой для запланированного ими меча.
Клык был большим, и в прошлом Джеральд смог пустить его на пять попыток.
Четыре из них провалились, и лишь последняя увенчалась успехом.
Тринадцатый допускал, что Джеральду потребуется еще несколько попыток, прежде чем он добьется своего.
Потому-то он и купил четыре клыка эмпирейского вепря – на случай, если первые заготовки его отца окажутся неудачными.
Каждый клык стоил десять миллионов золотых. Один уже ушел на тренировки, так что осталось три.
В их сбережениях было чуть больше двух миллионов, и если Джеральд не преуспеет хотя бы раз, их потери станут поистине астрономическими.
Джеральд тоже это понимал, и груз ответственности давил на него.
Однако Тринадцатый сказал ему не беспокоиться о деньгах, а просто работать как обычно.
Хотя внешне семилетний мальчик старался выглядеть спокойным и поддерживать отца, он тоже ощущал напряжение из-за их рискованной затеи.
И все же он верил в своего отца.
С решимостью во взгляде Джеральд взял один из трех оставшихся клыков и принялся ковать двуручный меч, который они планировали продать его отцу.
К несчастью, первые пять попыток провалились, и на них ушел весь клык.
Оставалось всего два. Джеральд не унывал, ведь в последней попытке он был очень близок к успеху.
Но в тот день небеса, казалось, смеялись над ним: следующие пять попыток тоже закончились неудачей.
Заметив, что на лицо отца наползает тень тревоги, Тринадцатый решил дать ему трехчасовой перерыв и попросил помедитировать.
Мальчик знал, что постоянные неудачи давят на Джеральда, и решил немного помочь, чтобы еще на малую долю повысить его шансы на успех.
Обновлено: 15.02.2026