Глава 32 — Глава 32. Татакай!

Глава 32. Татакай! Глядя на дрейфующие в ледяной пустоте готические соборы, оснащенные двигателями, и слушая фантомное пение хоров, звучащее в вокс-каналах, Су Чэнь невольно вспомнил старую философскую дилемму. Кто выйдет победителем? Человеческая цивилизация Федерации, которая моложе даже выскочек Тау? Или Империум Человечества, чьи корабли старше, чем вся записанная история его родного мира? — Во имя Бога-Императора! Сжечь флот мерзких ксенофилов! Полный вперед! — Всем боевым группам! Лево руля, форсаж маршевых двигателей! Ожидать координат целеуказания! Су Чэнь и имперский лорд-адмирал Гелиос отдали приказы практически одновременно. Две гигантские армады, подобные стаям левиафанов, начали смертельное перестроение перед столкновением. Имперцы выстроились бронированным клином — древняя, как сама Терра, тактика прорыва. Тяжелые крейсера класса «Луна», сверкая адамантиевыми носами, шли на острие атаки, готовые таранить всё на своем пути. Флот Федерации принял форму вогнутого полумесяца: малые маневренные корабли в авангарде, тяжелые линкоры позади, в статичном ожидании, превращаясь в артиллерийские платформы. Первыми заговорили торпедные аппараты Империума. Снаряды полетели плотным роем, но тут система точечной обороны «Иджис» показала себя во всей красе. Стена огня скорострельных роторных пушек превратила вакуум в мясорубку, сбивая неуправляемые болванки задолго до подлета. Так продолжалось, пока имперцы не пересекли условный экватор поля боя — высокую орбиту планеты-улья. Четыре крейсера типа «Готик» дали залп копьями света. Лэнс-излучатели пронзили тьму. Мгновение — и два эсминца «Иджис» вместе с двумя торпедными катерами просто перестали существовать. Лучи чистой энергии разрезали их корпуса пополам, словно раскаленный нож масло. Обломки, в которых еще бились в агонии люди, рухнули в гравитационный колодец планеты, сгорая в атмосфере. Су Чэнь ожидал этого. Малые корабли в такой войне — расходный материал. Федерация нашпиговала каждое судно спасательными капсулами, замаскированными под космический мусор, что давало экипажам призрачные 40% шансов на выживание. Но оставлять этот удар без ответа он не собирался. Су Чэнь приказал линкорам зарядить экспериментальные боеприпасы особого назначения. — Линкорам, огонь по готовности! Бронебойные отставить, зарядить протонные коллайдерные снаряды! Плевать, что один выстрел стоит дороже звена истребителей! Если они не так хороши, как трепались в FutureTech, по возвращении зарядите фугасы и снесите их головной офис к чертям! — Вас понял, адмирал. Восемь линкоров класса «Стрелец» замерли, наводясь на авангард Империума. Спустя полдня маневрирования после залпа копий света, электромагнитные рельсовые пушки дали свой сокрушительный ответ. Каждый линкор нес четыре башни, в сумме — двенадцать стволов чудовищного калибра 8000 мм. Снаряды, разогнанные в километровых стволах до релятивистских скоростей, устремились к трем легким крейсерам класса «Устрашающий». Болванки, летящие почти со скоростью света, врезались в пустотные щиты с силой гнева господня. Девять попаданий — и генераторы щитов взорвались от критической перегрузки, не в силах рассеять такую кинетическую энергию. Оставшиеся три снаряда, плюс залп союзников — итого двенадцать снарядов — впечатались в незащищенные корпуса. Калибр у линкоров Федерации уступал имперским макропушкам, зато физика процесса поражала воображение. Кинетический удар мгновенно переходил в разрушение молекулярных связей. Снаряды не просто взрывались. Внутри корпусов имперских кораблей затрещало, словно рвались кости гиганта. Высвобожденные протоны вступали в цепную реакцию с материей корабля, выделяя колоссальное тепло и порождая каскад новых частиц. Процесс повторялся, пожирая металл и плоть, пока энергия распада не иссякала. Два крейсера просто рассыпались в металлическую пыль, экипажи были мгновенно испарены, не успев даже вознести молитву. От третьего чудом уцелел лишь изуродованный кусок обшивки с кусками переборок. Еще один корабль, получив лишь четыре касательных попадания, начал бешено вращаться вокруг своей оси, превращая людей внутри в кровавый фарш от перегрузок, и был окончательно раздавлен таранным ударом идущего следом союзника, который не успел отвернуть. Флот Федерации не стал ждать ответного удара. Термоядерные реакторы выбросили кобальтово-синие струи пламени, и корабли за несколько часов набрали максимальную досчветовую скорость. Внезапно строй Федерации заложил крутой вираж, практически разворачиваясь и уходя по дуге от имперского клина, разрывая дистанцию. — Они бегут? — Гелиос на мгновение опешил, глядя на тактический планшет. Он никогда не видел такой тактики. Ни Хаос, ни вероломные эльдары, ни даже трусливые Тау не подставляли так нагло свои уязвимые кормовые части. Возможно, эта уверенность проистекала из того, что их орудийные башни имели круговой обстрел, как у морских судов древности, а не стояли в бортовых казематах? Честно говоря, в глубине души он даже восхитился вражеским адмиралом. Развернуть десятки кораблей в плотном строю на таких скоростях, не нарушив дистанции и не столкнувшись — это высший пилотаж навигации. Он бы не рискнул повторить такое со своим неповоротливым флотом, где приказы передаются через цепочку голосовых команд. Впрочем, восхищение не помешало Гелиосу воспользоваться моментом. Залп сверхдальнобойных орудий превратил семь торпедных эсминцев Федерации в горящий металлолом. Один линкор получил прямое попадание копьем света с «Готика». Луч прошил бортовую броню насквозь, обнажив пульсирующее нутро реакторного отсека. Пока имперцы ликовали, вознося хвалу Омниссии, никто не заметил двадцать зловещих теней, скользящих под прикрытием голографических проекций астероидов. Даже если кто-то из капитанов и заметил неладное на авгурах, они списали это на космический мусор и помехи от взрывов. — Истребители, взлет! Приоритетная цель — крейсера типа «Готик»! Подлодки «Акула», рассыпаться! Найдите способ всадить торпеду в те «Доминаторы» — это их авианосцы. Этот маневр с разрывом дистанции был не проявлением трусости, а вынужденной мерой, продиктованной архитектурой флота Федерации. В кораблестроении люди Федерации удивительно походили на Тау: пренебрежение вспомогательным калибром ближнего боя в угоду главной батарее и ставка на запредельную дальность стрельбы. Принцип «длинной руки». Но главной проблемой было отсутствие полноценных пустотных щитов. Да, в наземных боях Альянс использовал спутник «Афина» для создания временных энергетических куполов над артиллерией. Но энергия таяла слишком быстро, а сам купол был стационарным. Технологию «Железный Занавес» тоже пока не удалось масштабировать для флота. Установки на авианесущих крейсерах могли прикрыть лишь пару сотен квадратных метров обшивки и всего на полдня. Су Чэнь не хотел разменивать свой новенький, сияющий хромом флот в жестокой свалке ближнего боя с имперскими монстрами, где царил культ макропушек, абордажа и тарана. Оставалось надеяться на микроконтроль и тактику. Благо, нейроускоритель был при нем — в критический момент можно разогнать восприятие до предела и управлять флотом вручную, словно единым организмом. Флот Федерации быстро вышел на границу гравитационного колодца звезды, оказавшись вне эффективной досягаемости имперских орудий. Рой истребителей и бомбардировщиков уже покинул палубы, неся ядерную смерть удачливым капитанам Империума. Несколько авиадивизий стелс-бомбардировщиков «Тёмная Звезда» разбились на звенья и растворились в черноте космоса благодаря поглощающему покрытию. Заметив брешь в системе ПВО имперских фрегатов, образовавшуюся во время разворота, Су Чэнь без колебаний бросил туда бомбардировщики. Гелиос, увидев сбой в построении на авгурах, мгновенно все понял и заорал в вокс-канал, срывая голос: — Где наши перехватчики «Фурия»?! Почему небо чистое?! — Лорд-адмирал, они связаны боем с авиацией ксеносов! Вражеские истребители неповоротливы, но пускают ракеты с запредельной дистанции. Они избегают сближения. Если навяжем им ближний бой на виражах, перебьем всех с минимальными потерями! Голос командира авиагруппы сочился самодовольством. Имперская авиация была подобна рыцарской кавалерии, врубающейся в пехоту — стоит дорваться до врага, и начнется резня. — Идиоты! Брань на Высоком Готике! Сейчас бомбардировщики зайдут на цель! Едва он закончил фразу, сервиторы-предсказатели взвыли сиренами. Экран тактического когитатора заполнился красными рунами угрозы. Сердце адмирала пропустило удар. Девяносто «Тёмных Звезд», невидимых до последнего момента, проскользнули в брешь между фрегатами, словно кинжал под ребра, и выпустили сотни тяжелых торпед с ядерными боеголовками по двум «Готикам». Глядя в бронированный иллюминатор на пролетающие горящие обломки своих машин, Гелиос понял свою ошибку. Эти пилоты и не думали возвращаться. Бесчисленные ядерные вспышки озарили космос нестерпимым сиянием. Пустотные щиты «Готиков» пошли фиолетовыми трещинами, замерцали и с грохотом лопнули под градом ударов. Щитов больше не было. Десятки торпед устремились к незащищенной адамантиевой броне. Плазма ядерных взрывов прожгла толстые борта, оставив оплавленные кратеры, похожие на расплавленный воск. Но один из кораблей, несмотря на чудовищные повреждения, все еще огрызался огнем. Второму повезло меньше. Подбитый «Тёмная Звезда», объятый пламенем, вместо того чтобы катапультироваться, направил машину с последней торпедой на подвеске прямо в зияющую пробоину. Су Чэнь успел накрыть камикадзе полем «Железного Занавеса», сделав его неуязвимым на несколько секунд. Самолет, который должен был расплющить о броню, прошил внутренности корабля как игла масло, добравшись до самого сердца — реакторного отсека. Череда взрывов разорвала крейсер изнутри. Огненный шар, сравнимый с рождением сверхновой, заполнил пространство, пожирая металл и людей. Ударная волна была такой силы, что из жерл макропушек вырвались столбы пламени, выбросив расчеты орудий в открытый космос. Но надо отдать должное имперской технике — она была чертовски живучей, созданной на века. Даже такой катаклизм не разорвал корабль на части полностью. Он просто завис в пустоте, как гигантский, обугленный могильный камень, полный мертвецов. Если оттащить в док Механикус — через столетие молитв и ремонта он снова встанет в строй. Цена для Федерации: девяносто «Тёмных Звезд». Потерян почти весь авиапарк одного крейсера. Результат: один «Готик» тяжело поврежден, один функционально уничтожен. Су Чэнь поморщился, глядя на пустую полетную палубу «Кречета». Сердце обливалось кровью при виде потерь. Но он тут же с каменным лицом приказал 2-й, 3-й и 4-й авиадивизиям атаковать смешавшийся строй имперцев, а тяжелому авианосцу «Олимпус» — поднять свои машины Судного дня. Альянс словно был одержим идеей высокотехнологичных, но узкоспециализированных кораблей поддержки. Словно стратег, который бережет элиту, пока пехота умирает в окопах. Поэтому авиация Альянса годилась только для поддержки, но не для доминирования. Спустя три дня маневров бомбардировщики достигли хаоса имперского построения. — Адмирал, вторая волна на подходе! — О Трон Золотой! Они огромные! В четыре раза больше предыдущих! Это летучие крепости! Не успели имперцы оплакать потерю «Готиков», как пришла очередь авианосца класса «Диктатор». Первыми шли машины Альянса. Их колоссальные размеры заставили пилотов «Фурий» замешкаться, и они по привычке переключились на более понятные цели — остатки «Тёмных Звезд». Но то, что взлетело с «Олимпуса», не было чистой разработкой Альянса. FutureTech, понимая, что баланс цены и качества у них хромает, а бюджет Су Чэня не бездонен, пошли на секретную коллаборацию с той страной, что восстала из радиоактивного пепла древних войн. Проект сверхтяжелого атмосферно-космического аппарата на базе трофейной «Манты» Тау получил кодовое имя «Куньпэн». Название мифического левиафана было оправдано. Эта махина была размером с два стратегических бомбардировщика, поставленных рядом. Термоядерное сердце в центре обеспечивало такую автономность, что можно было облететь Солнечную систему с двенадцатью танками «Апокалипсис» на борту. Или же нести две гигантские криогенные ракеты класса «Абсолютный Ноль». Броня была такой толщины, что автопушки «Фурий» ее просто не брали, отскакивая искрами. «Куньпэн» мог нагло сбрасывать десант или ракеты прямо перед носом у врага, игнорируя зенитный огонь. Разница между криогенной ракетой и тактическим замораживателем была как между напалмом и карманной зажигалкой. Принцип один: мгновенно выкачать тепловую энергию, превратить закаленный металл в хрупкое стекло. Достаточно времени — и даже священный адамантий станет хрупким, как яичная скорлупа. — Торпеды по правому борту! Сигнатуры холодные! Против бронированных «Куньпэнов» у Имперского Флота было мало аргументов. Лазерные батареи фрегатов едва плавили верхний слой композитной обшивки, а главные калибры линкоров были слишком неповоротливы для стрельбы по юркой, хоть и крупной, авиации. Ни то ни се. Смертельная уязвимость в доктрине. К тому же Су Чэнь нащупал фатальную слабость пустотных щитов — они были настроены на высокоскоростные объекты и энергию. Они плохо реагировали на медленные физические объекты. Вот почему абордажные капсулы и торпеды были так эффективны в этой вселенной. Замедлить ракету перед ударом? Проще простого для ИИ. Огромные сигары криогенных ракет отделились от носителей. С минимальным расходом топлива они медленно, но неотвратимо подползли к борту «Диктатора». Удар! Корпус ракеты лопнул без взрыва, и сотни квадратных метров брони оказались залиты вязкой голубоватой жидкостью. Сначала появился иней, затем — толстая корка льда, потрескивающая в вакууме. Она расползалась как чума, сковывая металл, трубы, орудийные башни. Это был не простой лед, а особый алхимический состав от FutureTech. Он делал любой материал под собой экстремально хрупким, меняя кристаллическую решетку. Ледяные узоры скрыли священные барельефы Экклезиархии, заполнили каждую впадину, заморозили сервиторов, превратив их в ледяные статуи. Затем труп капитана легкого крейсера, болтавшийся на орбите в своем скафандре, врезался в замороженный участок обшивки. Броня осыпалась, как старая штукатурка. Огромный кусок обшивки рухнул внутрь корабля под собственной тяжестью, обнажив уязвимые системы жизнеобеспечения. Теперь даже одна «Манта» могла бы добить гиганта через эту зияющую рану. А у двух «Олимпусов» было четыреста «Куньпэнов». Второму «Диктатору» досталось еще хуже. Крио-ракета угодила прямо в район маневровых двигателей у реактора. Любопытный матрос из аварийной команды, пытаясь сбить лед, ткнул глыбу ломом — и пробил ставший хрустальным корпус реактора насквозь. Переделанные из поврежденных крейсеров «Луна», эти корабли не могли пережить разгерметизацию активной зоны. — Авиация — оружие трусов! Макропушки — выбор героев! Во имя Императора, на таран! У них нет щитов, в ближнем бою мы их раздавим в лепешку! Разъяренный Гелиос, униженный какой-то мошкарой, потерял остатки хладнокровия. Даже в боях с Хаосом и Тау ему не было так стыдно за беспомощность своего флота. Он отдал приказ на самоубийственный рывок. В Империуме тысячелетиями спорили: авиация или линкоры. Победили сторонники больших пушек и толстой брони. Гелиос, хоть и не участвовал в дебатах, теперь готов был лично придушить каждого лоббиста «больших калибров» в Администратуме. Что делать, если вражеские пилоты — фанатики-смертники, а их самолеты дешевле снарядов для «Новы»? Спустя несколько дней бешенства Гелиос успокоился и вспомнил о главном преимуществе — скорости. Имперские корабли на прямых были быстрее. Крейсер «Луна» обгонит любой авианосец, а мелочь Федерации привязана к своим маткам ради дозаправки. Отключив тактическое мышление, он просто попер вперед, полагаясь на грубую силу. Крейсера типа «Луна» — бойцы средней дистанции. Но их щиты и многометровая броня позволяли подойти на дистанцию кинжального огня почти без критических повреждений. Стандартная тактика Империума: массированный торпедный залп на сближении, чтобы расстроить ряды врага, а потом — бортовой залп из всего, что стреляет, кружа вокруг противника в смертельном танце, и абордажные торпеды в упор. Но для этого нужно было сначала догнать этих проклятых ксенолюбов. Су Чэнь быстро нашел противоядие: заморозить двигатели. Хрупкий металл, температура, близкая к абсолютному нулю — и вот уже гордые имперские корабли плетутся как черепахи с простреленными лапами. Малые корабли врага без торпед угрозы не представляли. Так прошел месяц. Странная, тягучая битва на истощение. Агата на периферии от скуки считала выпадающие в космос тела имперских матросов. Су Чэнь, поняв, что вражеский адмирал звезд с неба не хватает и действует по шаблону, превратил поле боя в учебный полигон для своих кадетов. Прямо как в той знаменитой испанской академии тактики. Он уже сменил две смены экипажей на передовой. Реальный бой с риском смерти куда лучше симуляторов, а количество испытанного экспериментального оружия зашкаливало. Для Империума месяц — это миг. Там только пушки перезаряжают неделями силами тысяч рабов. Федерация с ее автоматизацией и скорострельностью казалась читерами, использующими локальное искажение времени. Потери у Федерации были — несколько эсминцев «Иджис», десятки торпедных катеров. Но потери в живой силе не превышали 10%. Новые спасательные капсулы, спроектированные на основе технологий танка «Призрак», маскировались под космический мусор и обломки. Внутри — система жизнеобеспечения, камера наблюдения, запас припасов и двадцать килограммов обогащенного урана для самоуничтожения — чтобы не сдаваться в плен, если подберут враги. Занятый войной, патрульный флот забыл о своих прямых обязанностях по сканированию сектора, что вызвало недоумение у наблюдателей Империи Тау. — Имперцы дерутся с ксеносами? — Нет, шас'о. С какой-то Федерацией. Тоже люди, гуэ'ла. Тотальный хаос — фирменное блюдо галактики, и Су Чэнь не стал исключением. Один капитан крейсера класса «Защитник» из касты Огня, увидев снимки кораблей Федерации, сделанные шпионом дроном в улье, побледнел лицом. — Срочно свяжитесь с Эфирным! Эту Федерацию нужно спасать любой ценой. Я знаю эти корабли... Это древнее зло, или великое благо, но мы не можем позволить имперцам уничтожить их.