На следующее утро Лу Синчжоу сам явился в Службу Искоренения Демонов.
Шэн Юаньяо вышла его встречать. Увидев, как он с трудом катит коляску, вращая колёса руками, она невольно подошла и помогла закатить его внутрь.
Лу Синчжоу слегка удивился:
— Спасибо.
— Пустяки, — ответила Шэн Юаньяо, оглядываясь. — А где А-Нуо? Почему вы одни, вам же так неудобно...
— В доме ремонт, куча рабочих, кто-то должен за всем присматривать.
— И вы правда оставили шестилетнюю кроху одну за всем следить? Она же ребёнок, кого она там сможет удержать в узде?
— Если даже даос, вошедший в ранг, не может чувствовать себя в безопасности в городе Ся, то, полагаю, стоит задать вопросы Службе Искоренения Демонов: как вы тут вообще порядок поддерживаете?
Шэн Юаньяо: «...»
Она и не обратила внимания. Выходит, эта кроха — настоящий практик?
Тогда её гадание...
— Где больной, которого нужно лечить? — спросил Лу Синчжоу, возвращая её к реальности.
Шэн Юаньяо молча покатила коляску по коридору к запертой тёмной комнате.
Стоило двери приоткрыться, как изнутри донёсся звон цепей и хриплое рычание:
— Не ищите меня... это не я убил...
— Так это же старый дворецкий Хо... — Лу Синчжоу искоса взглянул на Шэн Юаньяо. — Вы же говорили, его нашли мёртвым в своей комнате, и мурыжили меня на допросе битый час.
Шэн Юаньяо кашлянула:
— Это была проверка. На самом деле он просто исчез, а потом мы его нашли. Сможете вылечить его безумие?
— В Службе Искоренения Демонов полно талантов, почему вы обратились ко мне?
— Потому что вы уже лечили его. Надо доводить дело до конца.
— Всё-таки продолжаете проверять меня, — усмехнулся Лу Синчжоу и, не говоря больше ни слова, покатил коляску внутрь.
Странное дело: дворецкий, до этого не умолкавший ни на секунду, при виде Лу Синчжоу затих. Он тупо уставился на приближающегося алхимика, и в его взгляде читалось доверие.
Лу Синчжоу протянул два пальца и коснулся точки между бровями старика. Спустя мгновение веки дворецкого отяжелели, и он погрузился в сон.
Шэн Юаньяо с интересом наблюдала за его действиями:
— Ну как?
— Я просто успокоил его дух, — Лу Синчжоу достал пилюлю, сваренную прошлой ночью. — Дайте ему это. Три дня подряд, по одной в день. Через три дня его рассудок прояснится.
— Можете назвать причину болезни?
— Просто испуг, душа «потерялась». Пустяки. Когда он придёт в себя, просто спросите, что он видел. А вот сухожилия на его руках перерезаны, это я вылечить не смогу.
Шэн Юаньяо знала, что это сложно. Если бы разорванные сухожилия так легко срастались, Лу Синчжоу сам бы не сидел столько лет в коляске.
В мире практиков такие травмы лечатся, если есть нужные ингредиенты. Увы, такие лекарства — редкость и стоят баснословных денег, их не найти на обычных рынках префектуры Ся, где торгуют простыми травами.
Возможно, семье Хо придётся привезти что-то из столицы, чтобы вылечить своего слугу.
Пока она размышляла, Лу Синчжоу протянул руку:
— Деньги.
Шэн Юаньяо:
— ?
— Три пилюли «отличного» качества плюс плата за визит. Служба Искоренения Демонов же не собирается пользоваться моими услугами бесплатно?
Очевидно, «высшее» качество снова ушло в желудок «золотоглотающего зверя», а клиенту досталось то, что попроще.
Шэн Юаньяо потеряла дар речи. Разумеется, расходы покроет казна, она и не думала обманывать. Просто образ Лу Синчжоу — такого утончённого и благородного — никак не вязался с этой мелочной жадностью. Это выглядело дико.
— Кроме денег, с вами вообще не о чем поговорить? — не выдержала она.
— Мы с вами в отношениях «следователь — подозреваемый». Если не о деньгах, то о чём нам говорить? О чувствах? — усмехнулся Лу Синчжоу. — Впрочем, я лечу его, чтобы снять с себя подозрения, так что плату за визит можно опустить. Оплатите только стоимость лекарств.
Шэн Юаньяо позвала его, действительно, лишь для проверки. Теперь, видя реакцию дворецкого и спокойствие Лу Синчжоу, последние сомнения в её душе развеялись.
Она сунула ему серебряную банкноту:
— Признайтесь, в тот день вы использовали моё влияние?
— С чего вы взяли? — Лу Синчжоу спрятал банкноту и улыбнулся. — Я не знал, что, спустившись с горы, попаду к вам на допрос. Я не мог решать, пойдёте ли вы со мной обратно. И уж точно я не мог знать, когда именно Лю Цинцан решит «сжечь мосты». Как я мог вас использовать?
— Вот это меня и смущает, — Шэн Юаньяо прищурилась и вдруг достала золотой слиток. — Если развеете мои сомнения, он ваш.
Лу Синчжоу уставился на золото, часто моргая:
— Вы меня с А-Нуо перепутали?
— Э-э...
— А вы проницательны, — Лу Синчжоу молниеносно смахнул слиток в рукав, расплываясь в улыбке.
Шэн Юаньяо: «...»
— На самом деле всё просто. Лю Яньэр — дура, у неё вода в одном месте не держится. Я знал, что они ждут крутого алхимика, ещё до того, как спустился с горы.
— И что дальше?
— Хоть я и не знал, что вы меня задержите, но раз уж я попал под подозрение, было очевидно, что вы захотите осмотреть место преступления и моё алиби. Мне оставалось только пригласить вас... Разве это использование? Вы и так собирались расследовать, я за вас ничего не решал. Так что это совпадение. Просто я всё понимал и вёл себя уверенно, вот и показалось, что я всё подстроил. Не ищите сложностей там, где их нет.
На самом деле всё убийство было спланировано Лу Синчжоу. Он прекрасно знал, что его допросят, и просто ждал момента, чтобы привести Шэн Юаньяо на гору.
Всё было рассчитано от начала до конца.
Шэн Юаньяо, не зная подоплёки, почувствовала разочарование:
— И только-то?..
Лу Синчжоу с улыбкой наблюдал за её реакцией. Беседуя, они выкатились из переулка Службы. У выхода торговец продавал арбузы.
Лу Синчжоу остановился, купил один и протянул Шэн Юаньяо:
— Вам.
Она удивилась:
— Откуда вы знаете, что я люблю арбузы?*
Лу Синчжоу многозначительно улыбнулся:
— В будущем наедитесь так, что лопнете.
Шэн Юаньяо, обнимая арбуз, задумчиво посмотрела на него и вдруг спросила:
— Что вы знаете о Седьмом молодом господине Хо? Вы ведь жили в Обители Данься.
Лу Синчжоу изобразил удивление:
— Когда наставник меня подобрал, Хо Шан уже умер. Я знаю немного. Мы были соседями, наставник кое-что рассказывал. Что именно вас интересует, командующая?
— Всё. Всё, что знаете.
— Наставник слышал от слуг Хо, приходивших в храм жечь благовония, что у Седьмого господина был талант к боевым искусствам. Жаль, его не любили, ресурсов не давали, так что вряд ли он чего-то достиг, — Лу Синчжоу потёр подбородок, словно вспоминая. — «Равное отношение» — это сказки для посторонних. Он голодал, мёрз, жил как слуга. Больше я ничего не знаю.
— А причина смерти? Знаете?
— Откуда мне знать... Но вряд ли это была болезнь.
— Почему?
— Посудите сами: даже я, со своим уровнем, могу вылечить сложные болезни, если есть лекарства. В семье Хо полно лекарей получше меня, а ресурсов — горы. Как мог господин умереть от внезапной хвори?
Шэн Юаньяо кивнула. Она думала так же.
Лу Синчжоу продолжил:
— Я просто гадаю, а вы слушайте. Говорят, у Хо Шана с детства было много странных идей, которые называли бредом сумасшедшего. А вот старшего сына всегда хвалили за рассудительность. И тут вдруг — бац! — идея с бататом, словно с неба упала. На чью идею это больше похоже? После этого Хо Шан умирает, а старший брат получает титул и награду.
— Хватит домыслов, — прервала его Шэн Юаньяо. — Не болтайте об этом с кем попало.
Лу Синчжоу лишь улыбнулся.
Шэн Юаньяо хоть и одёрнула его, но в душе уже сложила пазл. Её выводы совпадали с его словами.
На самом деле идею с бататом действительно предложил Хо Шан — Лу Синчжоу рассказал об этом другу, надеясь, что тот поднимет свой статус в семье. Он и не думал, что подписывает другу смертный приговор.
Что до его собственной трагедии, она не была связана с бататом. Это было случайное обретение сокровища: «вина человека в том, что он владеет яшмой»*.
Шэн Юаньяо тихо вздохнула:
— Враждовать с семьёй Хо — всё равно что муравью пытаться свалить дерево. Если он действительно жив... разве жить — это не хорошо?
Лу Синчжоу взглянул на неё. Неужели она всё ещё подозревает его и намекает?
Но ответил спокойно:
— У каждого должна быть причина жить. Иначе лучше умереть.
Он прекрасно понимал: с его нынешней силой бросить вызов Хо — безумие.
Но если ничего не делать, зачем тогда жить?
Шэн Юаньяо хотела что-то сказать, но передумала и вдруг спросила:
— А в чём ваш смысл жизни?
Лу Синчжоу опустил взгляд. В его глазах, похожих на глубокие омуты, пробежала рябь. Он долго молчал.
Он никогда всерьёз не задавал себе этот вопрос.
Переродившись в семье практиков, он надеялся на счастливую, беззаботную жизнь. Но столкнулся с бесконечной несправедливостью, унижениями и отчаянием смерти. Слабое тело, невозможность совершенствоваться, бессилие муравья перед скалой.
Едва вырвавшись из пасти тигра, он попал в логово волка — два года пыток в роли подопытного.
Думал, что встретил спасение. Восемь лет шёл рука об руку, отдавая всего себя, помогая создать могущественную организацию, но так и не заслужил даже мимолётного взгляда. В день признания его изгнали.
Его жизнь — как «корабль на суше»: сколько ни греби, всё впустую.
Рядом только А-Нуо — единственная, кто не предаст, чья жизнь связана с его собственной.
В чём смысл?
Искать справедливости? Или жаждать сладкой мести?
Лу Синчжоу глубоко выдохнул, поднял голову к небу и спросил:
— Посмотрите на зарю. Она похожа на алхимический огонь?
— А?
— Если этот мир — как котёл, в котором мы горим заживо... — медленно произнёс Лу Синчжоу, — то смысл моей жизни в том, чтобы однажды заменить огонь под этим котлом на своё собственное пламя.
Лицо Шэн Юаньяо изменилось. Она открыла рот, но так и не нашла, что ответить.
***
*吃瓜 - Есть арбуз - В оригинале игра слов: "чи гуа" (есть дыню/арбуз) - сленг "быть зрителем скандала/сплетен".
*怀璧其罪 - Вина человека в том, что он владеет яшмой - Пострадать из-за обладания чем-то ценным, что вызывает зависть.
Обновлено: 19.01.2026