— Двадцать два бойца. Четыре круга попыток. И в итоге — все пробудились, а ушло на это тридцать четыре пилюли?
В штабе Линь Ли внимательно изучал отчёт, который принёс с собой Лю Сянцянь.
— Академик Лю, получается, что процент неудач у обладателей четверного корня выше, чем у тех, у кого тройной. Это общая закономерность?
Отчёт подтверждал: шанс на успешное Пробуждение у человека с тройным духовным корнем был примерно на четырнадцать процентов выше. Если выстроить всех пробудившихся бойцов в порядке успеха, то из последних шести пятеро были обладателями именно четверного корня.
На первый взгляд, разница в четырнадцать процентов казалась незначительной. Но если масштабировать эти цифры до десятков тысяч человек, расхождение становилось колоссальным.
В ответ на вопрос Линь Ли академик Лю достал другой документ — чёрно-белую ксерокопию, испещрённую именами.
— Это копия учётных записей рода Вэй. Они ведут их с третьего года основания города и по сей день. Мы проанализировали их данные и сопоставили с результатами наших бойцов. Вывод однозначен: да, это общая закономерность, не зависящая от расы или мира. Чем меньше у человека духовных корней, тем выше его шансы на успешное Пробуждение.
Линь Ли на мгновение задумался.
— Значит ли это… что при достаточном количестве пилюль даже человек с пятерным корнем может пробудиться?
— Безусловно. Если не брать в расчёт цену, — уверенно кивнул Лю Сянцянь и тут же со вздохом добавил: — Пятерной корень не зря считают в мире Дамо «бросовым». С одной стороны, скорость и чистота поглощения духовной энергии у таких людей крайне низки. С другой — их шанс на Пробуждение не дотягивает и до десяти процентов. Те шестьдесят процентов успеха, о которых нам говорили, и байки о тех, кому требовалось по восемь-девять пилюль, — всё это не учитывает обладателей пятерного корня. В традиционном понимании местных они даже не считаются кандидатами в совершенствующиеся. Члены знатных родов, которым не повезло родиться с пятерным корнем, на всю жизнь остаются на начальном этапе Конденсации Ци. А что до простолюдинов… тут почти каждый второй с пятерным корнем. Ниже падать попросту некуда.
Линь Ли задумчиво потёр подбородок.
— «Шанс меньше десяти процентов… А так называемая низкая цена — это лишь для настоящих совершенствующихся. Высшие слои в ней не нуждаются, а обладатели пятерного корня не могут себе её позволить… Неудивительно, что Пилюля пробуждения занимает в этом мире такое странное положение».
Он был прав. В глазах членов знатных родов, обладавших как минимум четверным корнем, эта пилюля была всего лишь одноразовым «входным билетом», на который не стоило обращать особого внимания. Технологических барьеров для её создания не существовало, так что если не продавал один алхимик, всегда можно было найти другого. Если тебе не фатально не везло, хватало двух-трёх штук. Даже простолюдин с четверным корнем мог, затянув пояс, накопить нужную сумму. Настоящая пропасть между знатью и бедняками разверзалась уже после Пробуждения, когда речь заходила о ресурсах для дальнейшего совершенствования.
Но для обладателя пятерного корня всё было иначе. Если только удача не улыбалась тебе ослепительной улыбкой с первой же попытки, с шансом меньше десяти процентов приходилось рассчитывать на дюжину пилюль. А если бы на их месте оказался какой-нибудь бедолага с Земли, он мог бы продать всё имущество и всё равно остаться ни с чем.
Так Пилюля пробуждения и оказалась в странной рыночной нише: одна штука стоила недорого, но необходимое количество было не по карману простому человеку. Снизить цену мешала высокая стоимость ручного труда, а поднять — отсутствие уникальной технологии. Ведь в мире Дамо никто не мог поставить её производство на поток…
При этой мысли Линь Ли вновь посмотрел на Лю Сянцяня.
— Академик Лю, как вы считаете, у нас есть шанс полностью расшифровать её состав?
Лю Сянцянь помедлил, подбирая слова.
— Полностью — определённо нет. Согласно нашим наблюдениям, действие пилюли делится на два этапа. На первом она заставляет транскрипционные факторы формировать комплексы с белками теплового шока, инвертируя экспрессию генов. На втором — некое вещество из её состава соединяется с промоторными последовательностями, образуя неизвестную, изолированную от внешнего воздействия область. Первый этап мы можем воспроизвести с помощью наших технологий без малейших проблем. Принцип первой половины второго этапа мы тоже в целом поняли. Но вот вторая половина… там задействован некий таинственный фактор, и здесь мы пока бессильны. По словам главы Вэй Фаня, эта таинственная область и есть то, что совершенствующиеся называют «внутренним морем», которое открывает духовный корень.
Глаза Линь Ли блеснули. Мышление уровня академика проявилось во всей красе.
— То есть «внутреннее море» — это лишь конечный результат. И пусть его природа нам до конца не ясна, это не так уж и важно. Главное — чтобы наш процесс гарантированно приводил к его созданию. Я правильно понял?
На этот раз Лю Сянцянь ответил без колебаний.
— Именно! Это как в некоторых экспериментах с двойной люциферазой. Существуют определённые феномены в процессе транскрипции, которые наука пока не может объяснить. Но если не углубляться в суть самого явления, мы вполне способны воспроизводить его результат бесчисленное количество раз.
Линь Ли взволнованно провёл рукой по волосам и с досадой заметил, что в пальцах осталось несколько драгоценных волосков. Но сейчас было не до этого. В словах академика он увидел невероятную возможность: улучшить или даже скопировать эффект Пилюли пробуждения научными методами, чтобы сократить издержки и наладить массовое производство!
В мире Дамо было две основные причины, мешавшие этому. Первая — редкость духовных растений, ограничивающая количество сырья. Вторая — низкая рентабельность, связанная с ручным трудом, необходимостью использовать Пламя земных недр и долгим временем изготовления.
Но для Пилюли пробуждения первая причина была неактуальна. Травы для неё были широко распространены, и при наличии денег собрать их в большом количестве не составляло труда.
А что касается второго пункта… не стоило забывать, что земляне только что разгадали природу Пламени земных недр. Бесконечно размножая Y-частицы, они могли получить его в любом объёме. Создать пламя температурой в три тысячи градусов для их технологий было плёвой задачей.
В этом и заключалась магия науки: заставить полысеть группу гениев, чтобы принести пользу миллионам!
Так что все ограничения, мешавшие производству пилюли в мире Дамо, для землян не имели значения. Возможно, им не удастся полностью заменить духовные травы из-за содержащихся в них неизвестных компонентов. Но раз уж они поняли, что суть Пробуждения кроется в регуляции генов, то некоторые этапы процесса можно было оптимизировать. Например, тот самый компонент, действующий подобно РНК-полимеразе… что, если заменить его настоящим ферментом? Позволит ли это сократить издержки?
Все эти идеи выглядели вполне осуществимыми и не выходили за рамки существующих технологий.
Пока Линь Ли, сжимая в кулаке выпавшие волосы, погрузился в размышления, голос Лю Сянцяня вернул его к реальности.
— Директор Линь, я хочу возглавить этот проект.
Линь Ли на мгновение замер.
— Академик Лю, проект «Пилюля пробуждения», если мы его запустим, станет самостоятельным направлением. Это не то же самое, что группа по разработке новых препаратов «Божественный Земледелец», где вы осуществляете общее руководство, но не так сильно загружены полевой работой. Здесь слишком много неизвестных, и на некоторых этапах справиться сможете только вы лично. Но ваше здоровье…
Лю Сянцянь сжал левую руку в кулак и дважды легонько ударил себя в грудь.
— Я ещё ого-го! Крепкий старик!
Но Линь Ли не выглядел убеждённым. Он знал, что здоровье учёного было не таким хорошим, как тот пытался показать.
— Но в прошлом году вам делали операцию на сердце…
— Да говорю же, всё в порядке! — Лю Сянцянь сердито сверкнул глазами и нетерпеливо махнул рукой, переходя на «ты». — Слушай, Сяо Линь, я прибыл в мир Дамо не на курорт. Если бы у меня были серьёзные проблемы, меня бы сюда просто не пустили. И потом, ты сам сказал: на некоторых этапах справлюсь только я. Во всём Китае, да что там, во всём мире, ты найдёшь специалиста в области генной транскрипции лучше меня? Кроме меня, кто потянет эту команду? Молодой Пань из Шуйму? Или Цяо из Нанькэ? Не в обиду им будет сказано, до меня им ещё расти и расти! Чем раньше мы наладим массовое производство Пилюли пробуждения, тем быстрее сможем пробудить наших бойцов. Мне нужно объяснять, что это значит?
Академик перевёл дух и в упор посмотрел на Линь Ли.
— Я старичок сорок восьмого года рождения, а не ископаемое из позапрошлого века. Сил у меня ещё хватает. Когда мне был год от роду, я стал свидетелем рождения новой эры. Правда, тогда я мог лишь сосать соску и махать ручкой репродуктору, ничего не понимая. А теперь наша страна стоит на пороге другой, ещё более великой эры. И у меня ещё есть силы. Думаешь, я упущу такой шанс? Да я готов отдать эту старую жизнь, лишь бы подтолкнуть нашу родину вперёд! А если что и случится, что ж… в следующей жизни перерожусь в Китае и продолжу работу. Душа у меня красная! Неужели меня забросит к американцам? Сяо Линь, отдавай приказ. Я знаю, у тебя есть на это полномочия!
Губы Линь Ли дрогнули. Он хотел что-то возразить, но в конце концов лишь тяжело вздохнул.
— Что я могу сказать после таких слов?.. Готовьте списки. Сколько вам нужно людей — столько и выделим. Сначала соберём команду, потом оформим проект. Какое оборудование понадобится — я распоряжусь, чтобы его доставили в первую очередь. Академик Лю, мы на вас рассчитываем.
Он на мгновение замолчал, а затем добавил:
— Ах да, название для проекта в документации…
— «Прометей»! — не раздумывая, ответил старик.
Обновлено: 21.01.2026