Глава 10 — Глава 10. Наконец-то сверхъестественное

Особняк с восемью дворами находился в северной части города, примерно в двадцати минутах ходьбы от главной улицы «А». В отличие от южной части, застроенной низкими лачугами, дома на севере были куда более респектабельными. По пути Юй Лянь миновал немало усадеб стандартной планировки, в которых можно было разглядеть снующих туда-сюда слуг и привратников. Над воротами некоторых висели резные таблички. Хоть он и не мог прочесть иероглифы, было очевидно, что это нечто вроде «Поместье Чжан», «Резиденция Ван» или «Дом Ли» — символы статуса и богатства. Говоря современным языком, северная часть города была районом для богатых. Когда Юй Лянь незаметно наблюдал за одним из таких дворов, кто-то вдруг тронул его за плечо. Он резко обернулся. За его спиной стоял молодой слуга в синей одежде. На вид ему было лет двадцать, черты лица — довольно приятные, но весь его облик выдавал крайнюю усталость. Слуга, похоже, был не в восторге от запаха, исходившего от Юй Ляня. Он сморщился и отступил на полшага, произнеся быструю, непонятную фразу. «Простой слуга. Наверное, прогоняет», — с облегчением подумал Юй Лянь и, приложив руки к ушам и рту, издал несколько гортанных звуков, изображая немого. Взгляд слуги смягчился. Он с жалостью посмотрел на Юй Ляня, протянул ему лепёшку из грубой муки и сделал жест, означающий «ешь». Затем он указал на бамбуковый навес неподалёку, тихо вздохнул и ушёл. Навес был установлен у входа в один из переулков. Перед ним выстроилась длинная очередь из таких же, как Юй Лянь, беженцев. Внутри пятеро или шестеро слуг в такой же синей одежде раздавали похлёбку и лепёшки. Очевидно, это был пункт раздачи еды, организованный какой-то знатной семьёй. «…» Сжимая в руке ещё тёплую лепёшку и глядя на бесконечную очередь измождённых людей, Юй Лянь почувствовал, как в груди заворочалось что-то тяжёлое. Эти люди в лохмотьях, кожа да кости, с грязными лицами и пустыми, мёртвыми глазами, выглядели ужасающе. Несколько стариков бессильно прислонились к стене, тихо плача или издавая жалобные стоны. Такого в Китае 2022 года было не увидеть. Люди — что сорная трава, их жизни пропитаны горем и отчаянием. --- В далёкой долине, в командном центре, тоже царила тишина. — Похоже, у них голод или какая-то катастрофа, — Линь Ли с тяжёлым сердцем смотрел на экран. — Такое количество беженцев… должно быть, беда затронула огромные территории. Маленькая девочка в толпе напомнила ему его собственную внучку, оставшуюся в Шэньчэне. Один возраст. Но одна — сокровище семьи, окружённое любовью и заботой, маленькая принцесса, не знающая ни в чём отказа. А другая, по ту сторону врат, — измождённый ребёнок с жёлтым от голода лицом, бессильно лежащий на плече такой же иссохшей матери, с пустым, потерянным взглядом. Профессор Ма Нин, стоявший рядом, прищурился и вздохнул.   — Боюсь, дело не только в голоде. Раздавать еду в трудные времена — обычная практика, так было и в древнем Китае. Но даже у благотворительности есть свои правила. Обычно такие пункты организуют за городскими стенами. Во-первых, там больше места, а во-вторых… это позволяет держать толпы отчаявшихся людей подальше от города, чтобы избежать беспорядков. Такое скопление беженцев — это всегда угроза безопасности. В древности жестокий чиновник мог бы просто разогнать их силой. Разрешить такому количеству людей войти в город… это значит, что либо правитель этого города непроходимо глуп, либо… у беженцев была причина, по которой они должны были войти. Дураков в штабе не было. Судя по собранным данным, интеллект местных жителей был на высоком уровне. А значит, правитель города либо был глуп как пробка, либо у него была одна-единственная причина впустить эту опасную толпу: оставаться за стенами для них было ещё опаснее. Беженцы не могут оставаться снаружи. Аномально высокие стены… Истина, казалось, была уже совсем близко. Но анализа было мало. Нужен был неопровержимый факт. --- Тем временем Юй Лянь отдал свою лепёшку пожилой паре и, под их горячие благодарности, направился к особняку с восемью дворами. Стены его уходили высоко в небо. По данным с беспилотника, площадь поместья составляла почти шестьдесят тысяч квадратных метров — не меньше, чем знаменитый дворец Гунван в Пекине. Главные ворота, выходившие на юг, были чуть выше пяти метров. К ним вела широкая дорога, вымощенная синим камнем. Технология кладки была поразительной: дорога казалась собранной из мелких обломков, но на ощупь была идеально гладкой. Когда Юй Лянь подошёл ближе, он увидел у боковых ворот толпу беженцев. Они отчаянно жестикулировали, что-то крича управляющему с козлиной бородкой. Слуги вокруг них не разгоняли толпу, а скорее поддерживали порядок. Время от времени управляющий выбирал кого-то из толпы. Счастливчик с восторгом на лице кланялся в пояс, и слуги уводили его за ворота. Юй Лянь также заметил, что одежда этих слуг была точь-в-точь как у тех, кто раздавал еду. Дело происходило средь бела дня, вокруг было полно зевак, да и благотворительный пункт оставил хорошее впечатление. Поразмыслив секунду, Юй Лянь решительно направился к боковым воротам. --- Вэй Ляньчжану было шестьдесят два года, и последние двадцать пять из них он служил управляющим в поместье Вэй. И каждый год, в это самое время, он стоял на этих ступенях, нанимая беженцев для переноски грузов. Помощи от них, по правде говоря, было немного — двое измождённых беженцев едва справлялись с работой одного здорового мужчины. Но такова была традиция, завещанная предками, да и людей было искренне жаль. Помочь хоть кому-то — уже хорошо. — Проклятые небеса… — тихо вздохнул Вэй Ляньчжан. — Сколько же ещё людей погибнет в этот раз… Он обернулся к новой волне беженцев и в сотый раз повторил заученную речь:   — Слушайте все! Поместье Вэй нанимает не каждого! У нас есть требования! Кого не выберут — не отчаивайтесь, идите на улицу Тяньсян, там есть похлёбка и горячие лепёшки, чтобы набить желудок. Закончив, он откупорил флягу, чтобы смочить пересохшее горло, и тут его взгляд упал на одного человека в толпе. Это был смуглый мужчина, невысокий, но крепко сбитый. По сравнению с окружающими скелетами, его можно было назвать «здоровым». А для работы нужны были сильные руки. Тех, кто едва держался на ногах, и нанимать было бессмысленно — их самих бы придавило грузом. К тому же, взгляд у этого мужчины не был пустым и потерянным, как у остальных. Вэй Ляньчжан тут же принял решение.   — Эй, парень, ты! Подойди! Увидев, что управляющий указывает на него, Юй Лянь снова применил свой проверенный трюк с «аба-аба», показывая, что он немой. После этого один из слуг без проблем провёл его внутрь. Успешно проникнув в поместье, Юй Лянь последовал за слугой через череду дворов и оказался на большой пустой площадке, похожей на плац для тренировок. Из-за высоких стен он сперва увидел лишь угол площадки. Там уже собралась сотня беженцев. Кто-то в одиночку тащил небольшие ящики, кто-то по семь-восемь человек — тяжёлые тюки, вынося их из похожего на склад здания и унося в другую сторону. «Это, видимо, и будет моя работа», — понял Юй Лянь. Затем он перевёл взгляд в центр двора. В следующую секунду его зрачки сузились до точек, а кровь застучала в висках. Потрясён был не только он. В тот же миг в командном центре «Факел», в восемнадцати километрах отсюда, при виде картинки с камеры все замерли, как громом поражённые. Линь Ли так сильно стиснул зубы, что не заметил, как прокусил губу. Не чувствуя боли, он впился взглядом в экран. В центре плаца, в позе для медитации, сидели три старца с неразличимыми лицами. Они сидели на трёх мечах, источавших ледяное сияние. Эти три меча… висели в пяти метрах от земли, паря в воздухе! --- На Земле в этот момент было 5:02 утра 18 июля 2022 года. Вставало солнце. И человечество наконец-то узрело сверхъестественное.   Культивация: Создание кожи Джентльмен у бездны Король Зомби нянчит Перерождённую Императрицу Маг: Путь биотрансформации Игра стала настоящим иным миром Космическая Одиссея: Начинаем с заброшенной станции