Наследника казнённого полководца вырезали вместе со всем родом — но он выжил и теперь носит маску никчёмного слуги, которого бьют плетью каждый день. Никто не знает, что прошлой ночью его пытались убить — а он вернулся другим: без духовных корней, зато с разумом, что видит собственное тело насквозь, и телом, что больше не боится боли. Вокруг уже плетутся новые заговоры, а Цзи Ян методично считает долги перед троном, вырезавшим его семью. Сколько ещё он сможет играть беспомощного слугу, прежде чем меч вспомнит, для чего был выкован?

Наследника казнённого полководца вырезали вместе со всем родом — но он выжил и теперь носит маску никчёмного слуги, которого бьют плетью каждый день. Никто не знает, что прошлой ночью его пытались убить — а он вернулся другим: без духовных корней, зато с разумом, что видит собственное тело насквозь, и телом, что больше не боится боли. Вокруг уже плетутся новые заговоры, а Цзи Ян методично считает долги перед троном, вырезавшим его семью. Сколько ещё он сможет играть беспомощного слугу, прежде чем меч вспомнит, для чего был выкован?