Томас с глубокой печалью в голосе повествовал о своей тернистой и полной падений первой половине жизни.
Ван Цзисюань же играл роль идеального слушателя.
Хотя история Томаса и не казалась даосу Вану особо занимательной, само созерцание чужой смертной судьбы помогало ему лучше понять мир смертных.
Самодельный автомобиль катился по испещренной выбоинами спиральной дороге, спускаясь на сорок девятый ярус. Они намеренно миновали зону противостояния Банды Черного Пламени и банды Ванлицзинь и вскоре беспрепятственно въехали на территорию последних.
Как и у подконтрольного «Черному Пламени» района было прозвище «Столица Возрождения», так и у земель Ванлицзинь имелось свое уникальное название.
«Поместье Эмеральд».
По сути, это была огромная ферма, поставлявшая сырье для винокурен.
Поместье Эмеральд по масштабам почти не уступало Столице Возрождения. Повсюду виднелись белые теплицы для выращивания сельхозкультур, а жилые кварталы были втиснуты в узкое пространство, создавая причудливое зрелище «леса из контейнеров».
Ван Цзисюань внезапно услышал восторженные детские крики.
Он посмотрел в окно автомобиля.
Дети затеяли игру в догонялки посреди лабиринта контейнерного леса. Перед дверями многих жилых боксов горели энергосберегающие лампы, под которыми взрослые занимались шитьем.
Поместье Эмеральд было районом Нижнего города с самым высоким потреблением электроэнергии на освещение, не считая Столицы Радости.
Помимо производства алкоголя и снабжения Верхнего города овощами и фруктами, третьим по важности бизнесом Ванлицзинь был пошив одежды. Сорок процентов всех вещей, обуви и головных уборов в Нижнем городе происходили из этого контейнерного леса.
Включая те самые зеленые кроссовки их врагов из Банды Черного Пламени.
Ван Цзисюань видел группы людей, которые болтали о пустяках за выпивкой на открытых платформах. То тут, то там патрулировали вооруженные мужчины и женщины.
Вскоре его внимание привлекли теплицы.
В его восприятии духовная энергия там была…
… невероятно чистой!
Да и количество энергии было чуть выше обычного.
Это из-за обилия растений?
Это случайное открытие добавило в сердце Ван Цзисюаня немного горячего нетерпения.
Как оказалось, удача сегодня была на его стороне.
Привезший его сюда посредник, Томас по прозвищу Козий Зад, наконец закончил свой монолог и вздохи сожаления. Указав на тянущийся ряд теплиц, он сказал хриплым голосом:
— Мы пойдем туда чуть позже. — Он взглянул на спутника. — Спасибо тебе, братец Чжоу. Я никому не рассказывал свою историю, кроме моего водителя… Но только что ты заставил меня снова взглянуть на свою жизнь. В качестве ответной благодарности я представлю тебя своей приемной матери. Здесь была моя родина, а она – самый влиятельный старец в банде Ванлицзинь. Ладно, скажу тебе честно. Твой дядя – человек со связями, поэтому я с самого начала планировал пристроить тебя в родных краях. Надеюсь, ты сможешь поладить с моими младшими братьями и сестрами, а в будущем, если им понадобится помощь, окажешь им хоть какую-то милость. Погоди минуту, мне нужно сменить имидж, иначе эта старушка с ее странным характером отходит меня метлой по моему сексуальному заду.
Томас принялся стирать грим с лица.
— Благодарю, — тихо отозвался Ван Цзисюань.
Слушая всю дорогу эти рассказы, даос тоже преисполнился некоторых чувств. Томас – лишь сценический псевдоним, взятый для удобства ведения бизнеса в Столице Радости. У него было и настоящее имя, довольно поэтичное – Хуа Цюэюэ, но сейчас он им почти не пользовался.
Сплошная игра на контрастах.
Томас называл себя сексуальным консерватором и утверждал, что у него есть тайная подруга. Его будничный вызывающий облик, манера речи и стиль действий – все это служило лишь для того, чтобы вызывать доверие у самых разных слоев населения.
В его бизнесе – переселении людей из Среднего города в Нижний и наоборот – связи решали все.
Спустя несколько минут Томас стер тени, пудру и ярко-красную помаду, переоделся в черную рубашку и привычным жестом нанес на ладони липкий гель для волос. В мгновение ока он превратил свой «ирокез» в аккуратную классическую прическу с пробором.
Перед Ван Цзисюанем предстал привлекательный сорокалетний мужчина с атлетической фигурой.
Даос Ван невольно подумал: «Искусство трансформации в этом мире не требует даже заклинаний!»
— Ну как? — Томас намеренно заговорил бархатистым низким голосом. — Я ведь вполне мог бы стать моделью для обложки, а? Вообще-то, моей первой работой в Столице Радости была роль манекенщика в витрине, чтоб ты знал.
Ван Цзисюань выдавил улыбку:
— И что мы будем делать дальше?
— Следуйте за мной. И спрячь это свое разгульное выражение лица… Просто постарайся быть спокойным, чтобы выглядеть как интеллигент. — Томас потер нос. — У моей матери тяжелый характер, она терпеть не может бездельников. И не вздумай говорить ей, почему ты вынужденно оказался в Нижнем городе – она больше всего ненавидит убийц. Скажи, что в Среднем городе перешел дорогу влиятельным людям, они захотели тебя прикончить, и дядя устроил тебя здесь переждать бурю. Этого будет достаточно. Понял?
— Вероятно, да.
— Выйди из машины и подожди меня, я пойду замолвлю словечко, чтобы о тебе позаботились в будущем.
Томас обулся в обычные кроссовки, оттолкнул дверцу и выбурился наружу. Тотчас же сбоку раздались оживленные крики:
— Брат Хуа! Давно тебя не было!
— Ха-ха-ха! Давно не виделись!
— Давненько ты никого не приводил. Очередная «жирная рыбка», из которой можно выжать деньжат?
— На этот раз все иначе. Его дядя отвечает за тыл на одиннадцатом уровне, очень влиятельный человек… Только не болтайте об этом никому, и особенно – моей старухе.
— Ого! Зачем такому человеку сдались наши трущобы?
— У них тоже есть враги, а этого бедолагу подставили, вот и приходится скрываться…
Ван Цзисюань вышел из машины и увидел, как Томас под светом фонаря болтает с группой из семи-восьми человек. К ним спешили и другие члены банды Ванлицзинь, окружая Томаса и принимая из его рук сигареты одну за другой.
Водитель открыл багажник и вытащил два пенопластовых ящика.
— Брат Чжоу, подсоби-ка.
— Хорошо, — Ван Цзисюань принял один ящик и обнаружил внутри пакеты с пшеничной мукой.
Основной пищей в крепости были крахмальные палочки, и делали их вовсе не из такой муки. Пшеничная мука считалась в Нижнем городе вещью довольно дорогой.
Ван Цзисюань с водителем прождали еще минут десять, пока Томас не закончил раздавать сигареты и обмениваться любезностями.
С довольным видом он подошел к ним, сильно хлопнул Ван Цзисюаня по плечу и, включив миниатюрный фонарик, направился в сторону района теплиц.
Стоило подойти ближе к этим постройкам, как резонанс в душе Ван Цзисюаня стал еще сильнее.
Духовная энергия здесь и вправду была чище. Кто бы мог подумать, что он по чистой случайности найдет такое прекрасное место для совершенствования!
Теплицы стояли очень плотно. Каждая имела стандартные размеры: десять метров в длину и три в ширину. В каждой теплице жила семья – право обитать здесь имели только семьи членов банды Ванлицзинь.
Томас освещал дорогу, заодно просвещая Ван Цзисюаня:
— Почвенная смесь, пригодная для выращивания культур – это секретная технология Ванлицзинь. Не вздумай смотреть свысока на эту грязь под ногами. Каждой семье выделяется строгий лимит смеси на год. Соответственно, каждая теплица обязана производить достаточно урожая: в основном это виноград для вина и овощи для Верхнего города. Если не добиться нужных объемов, семья лишится права на посадку в следующем году. Уход за растениями – самая легкая работа в Нижнем городе. Если удастся поднять урожайность выше нормы, за излишки полагается награда. Для справедливости сбор урожая проводит сама банда Ванлицзинь. Если поймают на воровстве – навсегда лишат теплицы, да еще и изобьют до полусмерти.
— Звучит на самом деле неплохо, — заметил Ван Цзисюань.
— В плане условий выбор Ванлицзинь – самое мудрое решение, но как посредник я должен сказать: шансов выбиться в люди здесь мало. Разве что пойдешь воевать с «Черным Пламенем».
Пока они говорили, Томас откашлялся, и его поясница подсознательно выпрямилась. Он посмотрел на возвышавшийся за теплицами трехэтажный деревянный дом и тихо выдохнул.
Дом выглядел старым, он простоял здесь уже много лет. Весть о возвращении Томаса пришла заранее, и теперь у входа, под желтоватым светом фонаря, толпились дети от трех до двенадцати лет, с надеждой глядя вдаль.
— Брат Хуа! — Восторженно закричала маленькая девочка.
— Ха-ха-ха-ха!
С громким хохотом Томас, широко раскинув руки, бросился к ним, а свет его фонаря бешено заплясал по сторонам. Восемь детей разом кинулись ему навстречу, щебеча наперебой, словно стайка сорок.
Ван Цзисюань всю дорогу слушал ворчание Томаса и, помимо истории его бурного, полного насилия и похоти роста, не раз слышал о «деревянном доме матери». Эти дети были приемышами той самой старушки.
То, что они смогли выделить себе здесь территорию, обустроить дворик, посадить морозостойкие фруктовые деревья и выращивать простые овощи – все это было заслугой Томаса. Став влиятельным человеком в Нижнем городе, старина Томас всеми силами отплачивал вырастившей его матери.
Глядя на эту сцену, Ван Цзисюань невольно ощутил некий душевный трепет. Вот они, чувства смертных…
Хм?
Брови Ван Цзисюаня непроизвольно сдвинулись, когда он посмотрел на новый силуэт, появившийся в свете дверного фонаря.
Это была седая старушка лет шестидесяти-семидесяти в светлом длинном платье в цветочек и коричневом вязаном пальто. Прислонившись к дверному косяку, она с улыбкой наблюдала за шумными играми своих приемных детей.
В Нижнем городе редко встретишь старца, дожившего до таких лет, но не это заставило Ван Цзисюаня нахмуриться. Видимо, почувствовав его внезапно ставший острым взгляд, старушка подняла голову.
При свете, падающем от соседней теплицы, она ясно увидела внешность Ван Цзисюаня под личиной «Чжоу Тяньтяня».
— Сяохуа! Ах ты мерзавец! — Сказала она с мрачным лицом. — Ты наконец решил притащить свой бизнес и ко мне?!
— Мама! Этот молодой человек – совсем другое дело! — Томас с улыбкой подошел к ней, раскрывая объятия, но был вынужден отступить, когда старушка шутливо замахнулась ногой для удара.
— Вы всё так же полны здоровья, — восхитился Томас и тайно поманил к себе Ван Цзисюаня и водителя.
Выражение лица Ван Цзисюаня уже сменилось прежней улыбкой. Держа пенопластовый ящик, он шагнул вперед и, сократив расстояние, тщательно прислушался к ощущениям.
Ошибки быть не могло. Тело этой женщины окутывала едва заметная, пестрая и грязная ци.
Та самая ци, что была внутри Вэнь Хэйсэня, третьего предводителя Банды Черного Пламени и псионика ранга D.
Обновлено: 23.01.2026