Глава 9 — Глава 7. Моя девочка (часть 4)

К рассвету огни операционной погасли. Врач вышел, и Цзянь Бяньлинь шагнул ему навстречу. Краткий диалог: операция успешна, но из-за возраста и множества стальных штифтов в теле отца в будущем потребуется замена тазобедренного сустава. Весть временно успокоила всех. Чу Цзянь и её родители выдохнули. Через сутки отца перевели в обычную палату. Все эти дни Цзянь Бяньлинь избегал её, пока не попросил: — Узнай у медсестры, когда врач придёт на осмотр. — Хорошо, — она сделала шаг к двери, затем замерла. *Но врач же только что ушёл?* За спиной зашуршал занавес, отгораживающий койку. Он просто хотел остаться с отцом наедине. * * * На третий день спасителем от неловкого молчания стала учительница Ли, явившаяся с фруктами. Поболтав с отцом, она взяла Чу Цзянь за руки: — Не хотите наведаться в школу? — В школу? — Чу Цзянь представила толпу фанатов у ворот. — Ему же нельзя… — Сегодня суббота, только девятые классы на допах. Никого не будет, — настаивала учитель Ли, явно надеясь, что воспоминания юности смягчат лёд между ними. Чу Цзянь поняла замысел. Хотя «примирение» не входило в её планы, она согласилась: возможно, в стенах школы он наконец заговорит о своей операции. Средняя школа была в десяти минутах ходьбы. Она рассчитывала на то, что он никогда не отказывал учителям. Но просчиталась. * * * Если этот человек не желал говорить, то ничто не могло разомкнуть его уста. Чу Цзянь, свесив ноги с перил трибун стадиона, неотрывно наблюдала за ним. Цзянь Бяньлинь сидел на две ступени выше, устремив взгляд на пустынную беговую дорожку вдали. — Цзянь Бяньлинь… — позвала она. **Цзянь Бяньлинь.** Это было первое, что он научился произносить на путунхуа. Собственное имя. Пятилетним мальчишкой, прибыв в незнакомый город, он не знал ни слова на общепринятом языке. Соседская девочка на год младше, одержимая миссией от отца, целыми днями ходила за ним по пятам. «Цзянь Бяньлинь! Цзянь Бяньлинь!» — тараторила она на ломаном путунхуа, щедро сдобренном ханчжоуским диалектом. И вот однажды вечером, пока взрослые потягивали рисовое вино, он резко обернулся: — Замолчи. Я знаю, как меня зовут. Фраза, выточенная с идеальным акцентом, повергла в шок и родителей, и девочку в платьице с жёлтыми утятами, беспечно прыгавшую вокруг. Гениальность? Нет. Лишь упрямая гордость, заставлявшая тайком повторять каждое её слово, каждую фразу из телерепортажей, пока произношение не стало безупречным. * * * — Цзянь Бяньлинь? — двадцать два года спустя его имя по-прежнему звучало из уст той же девочки. — Сядь подальше, — его голос прозвучал приглушённо, будто слова произносил кто-то другой. — Не загораживай вид. — …Ладно, — она съехала по перилам вбок. — Теперь достаточно далеко? Её глаза кричали вопросами, которые язык отказывался озвучить. Она жаждала, чтобы он раскрыл тайну своей болезни. Он продолжал смотреть на дальний край беговой дорожки. *Она знает.* *Но не понимает: всё это — боль, страх, немые крики тела — ничто в сравнении с мыслью отпустить её. Стоит разжать пальцы — и её рука, её безымянный палец, ускользнёт к другому. Тогда его мир рассыплется в прах. Тогда можно будет поставить точку.* * * * — Цзянь Бяньлинь… — её голос дрожал, как лист на ветру, — ты… ты болен? Он резко поднялся, спрыгнул с трибун и зашагал через стадион. Школьный корпус поглотил его тень, но шаги за спиной заставили замереть. Чу Цзянь, спотыкаясь, налетела на него. — Зачем преследуешь? — он сжал её запястье. — Отпусти… Ученики могут выйти… — она вырывалась, — Я знаю, ты на взводе. После операции отца… да и ты сам… — Сам что? — он рванув её за руку и прижал к классной доске. Меловая пыль осыпалась, смешавшись с алой краской поздравлений к выпускному. Боль скрутила пальцы. — Твой агент сказал… про операцию. Ты останешься один в Пекине… — И что? — Хочу побыть рядом. — Прошептала она, смирившись с унижением. — Рядом? — его смех прозвучал ледяной стружкой. — Кем? Подругой? Или… *возлюбленной*? Она закусила губу. *Снова ловушка.* Если бы не отец на больничной койке, не его собственная тайна… Она бы давно сбежала. Но сейчас — предать? Вчера Тун Фэй спросила в WeChat: «Что, если болезнь серьёзная?» Она ответила: «Не знаю». Действительно не знала. Лишь в те мгновения, когда он стоял, отвернувшись к операционной, сердце её сжималось… * * * Осенний ветер трепал объявление на стене учительской, шелестя, будто насмехаясь. В ладони Цзянь Бяньлиня пульсировал её ритм сердца на запястье — слабый и частый. Любая мелочь, связанная с ней, заставляла его нервы натягиваться струной. Горло сдавило спазмом. *Поцеловать. Сейчас.* Смех девочек и гул мальчишечьих голосов донеслись с восточного крыла. Дополнительные занятия закончились. — Делай что хочешь! — вырвалось у Чу Цзянь, и она бросилась прочь через баскетбольную площадку. Распахнутая калитка захлопнулась за ней. Она крутанулась на месте, словно подстреленная птица, и рванула в сторону, противоположную больнице. В груди клокотало: злость на его чёрствость, стыд за свою вспышку, обида — всё сплелось в тугой узел, давящий на слёзные протоки. * * * Цзянь Бяньлинь спрятался в пустом классе. Дверь со скрипом открылась, прервав двух девочек, которые рисовали стенгазету. — Ты… Цзянь Бяньлинь?! — одна ахнула, роняя мелки. Он приложил палец к губам. Тишина. За стеной гремели шаги, крики, смех — поток девятиклассников хлынул к выходу. Когда гул стих, он кивнул: — Спасибо. — Вы правда он? — задыхаясь, спросила та, что пониже. — Я же говорила! Наш Цзяньбао — выпускник нашей школы! — вторая спрыгнула с парты, лихорадочно копаясь в рюкзаке. — Родненький, подпишите! И… и напишите что-нибудь нашему классу! Он взял мелок из лотка. Шершавая текстура вызвала воспоминания: те дни, когда он выводил цитаты на доске для её класса. Тогда ещё не было шепота за спиной, не было её избегающих взглядов. Тогда она смотрела на него, как на героя, умоляя помочь с очередным «срочным заданием». Белый мел скрипнул по зелёной поверхности: **«Дорогу осилит идущий».** * * * Цзянь Бяньлинь вспомнил, что она уже давно убежала. И поспешно оставил сообщение на английском языке в самом низу доски: **«Only after climbing to the top of the mountain, can you see the beautiful scenery of the peak».** *(Прим.: «Только поднявшись на вершину горы, можно увидеть прекрасные пейзажи пика»)* Мел, выскользнувший из пальцев, упал в облачко белой пыли. Он резко развернулся и шагнул к двери, не оглядываясь на восторженные вздохи девочек. ____________ *Рекомендую также прочитать «Ben Ru Ji» (« Книга Жуцзи: Корень судьбы»)*