Глава 19 — Глава 19

Глава 19 *** Было почти жаль смотреть, как расстреливают этого пришельца. Генерал Артериус расположился за столом в командной палатке, вникая в доклады. Он оценивал то, что осталось от его сил, и подсчитывал уцелевшие очаги сопротивления. Из устных отчетов Виктус знал: легионы жестоко измочалены. Боеспособность армии упала более чем наполовину, а потери в технике оказались ещё катастрофичнее. Будь на месте турианцев кто-то другой, они бы уже давно дрогнули и побежали. Даже кроганы вряд ли выдержали бы подобную бойню, сохранив дисциплину и волю к победе. Турианский солдат не зря считался лучшим пехотинцем в Галактике. Битва выдалась ожесточенной, унеся жизни множества отважных турианцев и ещё большего числа людей. В глубине души Виктус уважал врага. Эти существа сражались так же, как и его сородичи: с непоколебимой решимостью и стальным мужеством, пусть даже их сопротивление было обречено на провал. И всё же, несмотря на горы трупов, Виктус понимал, что жертв могло быть куда больше. Если бы генерал не приказал подвергнуть позиции противника массированной бомбардировке, выкуривать этих ротаев из подготовленных укреплений пришлось бы ценой ещё более страшных потерь. При этом Виктус не сомневался: генерала всё равно будут критиковать — либо за допущенные потери, либо за превращение города в руины. Наверняка найдутся и те, кто обвинит его в нарушении запрета на орбитальные обстрелы садовых миров. «Пусть эти кабинетные генералы идут вить гнёзда с кроганами», — хмуро подумал Адриен. Они не были здесь и не видели, насколько яростными были схватки. Артериус выбрал единственно верный путь — безжалостное, методичное сокрушение врага. По крайней мере, бойня не переросла в абсолютную катастрофу. Когда турианцы вскрыли первое гражданское убежище, выяснилось, что эти безумные варрены умудрились превратить бункеры в чертовы ловушки, установив их прямо на ядерные заряды. Каждое такое убежище представляло собой исполинский атомный дробовик, способный при подрыве смести любого, кто окажется поблизости от его сводов. Генерал немедленно приказал прекратить любые попытки штурма остальных бункеров. Он предпочёл взять их в осаду и изморить гражданских голодом. Вокруг входов на безопасном расстоянии выставили караулы. Существовали опасения, что враг может контратаковать из-под земли, но их развеивал тот факт, что любой выход из убежища превращался в идеальную зону поражения. Часовые и автоматические турели могли сдерживать натиск до тех пор, пока не прибудет подкрепление. Генерал не хотел брать на себя ответственность за гибель тысяч мирных жителей в ядерном пламени, но и идиотом он не был. Виктус бросил быстрый взгляд на интерфейс шлема, проверяя расстановку солдат и датчиков по периметру. Конечно, ИИ или дежурный из «Блэкуотч» тут же подадут сигнал, если кто-то попытается прорваться через оцепление, но осторожность никогда не была лишней. Тем более теперь, когда стало ясно, что в их тылу оперирует как минимум одно спецподразделение людей — и это стало крайне неприятным сюрпризом. Диверсанты уже успели ликвидировать легата, освободить два лагеря военнопленных и уничтожить парк техники, где на ремонте стояли БМП, танки и канонерки. Изучив отчеты, Виктус пришёл к выводу: эти хитрые варрены дьявольски хороши. Они были отлично экипированы, а их силовая броня с лёгкостью выдерживала попадания из ускорителей массы. По слухам, их сопровождали чудовища размером с крогана или даже больше, выполнявшие роль живых таранов. Турианцам пока не удалось заполучить тела этих громил, так что легионеры знали о них лишь то, что те огромны и невероятно живучи. В любом случае, и бойцы в силовой броне, и их монстры представляли смертельную угрозу. Для охоты на этих гололицых ублюдков назначили старшего трибуна из 14-го полка Палавена. В её распоряжение передали все уцелевшие канонерки и треть оставшихся БМП. Виктус возлагал на эту группу определенные надежды: Ориния славилась своей дотошностью и осторожностью. Именно эти качества были необходимы, чтобы загнать такую стаю варренов в угол. На интерфейсе шлема мигнуло уведомление. Виктус вышел из командной палатки, держа наготове свой новенький «Фаэтон». Он быстро осмотрел лагерь, освещённый лучами заходящего солнца, пробивавшимися сквозь руины зданий. Адриен приказал охране — и обычным пехотинцам, и своим бойцам из «Блэкуотч» — рассредоточиться. Генерал собирался посетить один из медцентров. На деле это были скорее пункты сортировки, где решали, кого можно подлетать на месте, а кого следует эвакуировать на орбиту. Именно в этом центре находились турианцы, побывавшие в плену у людей и освобожденные своими сородичами. Путь прошёл без происшествий. Генерал в сопровождении охраны направился к одной из палаток. Виктус вошёл первым. Держа оружие наготове, он мгновенно оценил обстановку, проверяя на наличие угроз врачей, санитаров и самих пациентов. Внутри тянулись ряды коек, на каждой из которых лежал турианский солдат. Кто-то отделался легкими ранами, которые уже успели обработать. Другие выглядели совершенно невредимыми. Но всех их объединяло одно: пустые, безучастные глаза, устремленные в никуда. Генерал обратился к вышедшему навстречу врачу: — Медицинский трибун, есть изменения? — Никаких, сэр. Солдаты по-прежнему почти не реагируют на внешние раздражители. Они двигаются и едят, если им прикажут, но не проявляют ни малейшей собственной воли. Их будто здесь нет, — трибун болезненно поморщился. — Их пытали? Накачивали препаратами? — Мы не знаем, сэр. Следов обычных пыток нет. Имеющиеся травмы получены в бою, не считая кровоподтеков от наручников. Анализ крови показал зашкаливающий уровень гормонов стресса, но никаких чужеродных агентов мы не обнаружили. Сканирование мозга фиксирует аномально низкую активность, что объясняет когнитивные нарушения, но причин этого явления я назвать не могу. Генерал медленно пошёл вдоль коек, вглядываясь в пустые лица легионеров. В его облике читались одновременно гнев и тяжелая обреченность. Кто-то сотворил это с его солдатами, и он был намерен выяснить — как, кто и зачем. — Лечение дало хоть какие-то результаты? — Увы. Мы пробовали стимуляционную терапию одновременно со сканированием, но реакции почти нет. Медикаменты бессильны. — Продолжайте попытки. Я хочу знать, почему мои легионеры превратились в овощи. Если это новая форма пытки или какой-то нейрологический агент, мне нужны подробности. — Будет исполнено, сэр! Виктус ощутил укол сочувствия к боевым товарищам. Их разум был каким-то образом разбит вдребезги, и турианские медики не имели ни малейшего представления, как собрать его воедино и возможно ли это вообще. Адриену оставалось лишь надеяться и молиться, чтобы врачи нашли лекарство. Он не принадлежал к числу тех турианцев, что считали людей низшими существами, но в этот миг он по-настоящему возненавидел гололицых ублюдков. *** Бывший пси-оперативник XCOM Даррен «Наблюдатель» Ли очень, очень жалел, что лишился своей пси-брони «Пламя ведьмы» и мантии «Расхититель гробниц». С ними бы он устроил на поле боя настоящий фейерверк. А теперь ему приходилось служить чертовым Комм-Псаем при этом трусе Уильямсе. Да, у него был высокий рейтинг связи, но вообще-то его учили на Д-Псая — он должен был прорывать вражеские порядки, обрушивая на них нуль-копья и разломы. Дальняя гиперволновая связь и создание пси-каналов — дело, конечно, нужное, но совсем не то, для чего он был рожден. Ли не должен был быть узлом связи; он должен был быть острием копья. Конечно, это не мешало ему исправно исполнять обязанности и периодически связываться с Комм-Псаем на «Сингапуре», но сам факт... «Наблюдателю» не нравилось работать под началом Уильямса. Слишком мягкий. Слишком нерешительный. Типичная тыловая крыса из армии Альянса Систем, а не настоящий солдат XCOM.