Он умер под колёсами грузовика — а очнулся младенцем в мире, где кровь заменяет магию. Вместо доброй сказки его ждёт бархатная клетка: помешанная «мать» купила ребёнка, чтобы забыть о собственном одиночестве, и требует взамен вечной, безраздельной любви. В его венах дремлет запечатанная демоница, чей шёпот учит — сила берётся не просьбой, а болью, и платить приходится собственной кровью снова и снова. Кредиторы у порога, тайна его рождения тяжелее любого проклятия, а материнская нежность душит крепче любых оков. Сколько крови нужно пролить, чтобы вырваться из фарфоровой клетки — и не стать чудовищем страшнее тех, кто её построил?

Он умер под колёсами грузовика — а очнулся младенцем в мире, где кровь заменяет магию. Вместо доброй сказки его ждёт бархатная клетка: помешанная «мать» купила ребёнка, чтобы забыть о собственном одиночестве, и требует взамен вечной, безраздельной любви. В его венах дремлет запечатанная демоница, чей шёпот учит — сила берётся не просьбой, а болью, и платить приходится собственной кровью снова и снова. Кредиторы у порога, тайна его рождения тяжелее любого проклятия, а материнская нежность душит крепче любых оков. Сколько крови нужно пролить, чтобы вырваться из фарфоровой клетки — и не стать чудовищем страшнее тех, кто её построил?