Два дня спустя.
Особняк графа Рансена в королевской столице.
Конечно, я надела платье — приличия ведь надо соблюдать.
Это было одно из тех роскошных платьев, что мне «подарили» во время той самой аферы, которую можно назвать разве что обратной данью. За счёт «вложений» разных стран я получила вещи уровня люкса — лучшие ткани и мастерство, какие только существуют на Земле. Объяснять, какое впечатление это произведёт на местных, думаю, и не нужно.
Хотя, если честно, есть один нюанс, который мне совсем не понравился.
Почему оно идеально по размеру?!
Ну ладно, рост — ещё можно вычислить по фотографиям, если сравнить с предметами на заднем плане. Но как они узнали мои параметры — грудь, талию?!
Жуть какая... вот уж действительно, страшная сила разведок великих держав!
Разумеется, в платье оружие на верхней части тела не спрячешь, так что сегодня мой скромный арсенал — только «Вальтер ППС» на бедре. Под юбку дамы в приличном обществе никто заглядывать не станет. Наверное.
Если вдруг и заметят — ну, скажем, это артефакт!
Священный реликт, который нужно всегда носить при себе, как амулет. Так и скажу, если кто-то посмеет возразить. А точнее — не дам возразить.
Хотя, по правде, мне оружие-то и не нужно. Если что — сбегу через портал хоть в тот же миг. А если времени на побег не останется — то пистолет всё равно не спасёт.
Так что причина, по которой я вооружена, простая: если нападут, нужно будет защитить других.
Когда людей мало — я могу просто перенести всех разом. Но если народу много, обязательно кто-нибудь останется позади. И потом одни хлопоты. Проще уж избавиться от нападающих.
Стоило мне войти в зал, стараясь выглядеть непринуждённо, как кто-то из дворян сразу направился ко мне — но не успел.
Меня опередил граф Боузес, подлетевший с решительным выражением лица и, не говоря ни слова, схвативший меня за руку.
— Сначала поприветствуем хозяев дома — графа Рансена и его семью!
И потащил меня вперёд.
Вот уж истинный джентльмен... хотя нет, это больше похоже на папу, тащащего за руку дочку в детсад.
Ну ладно, хоть не за шкирку.
А потом я почувствовала, что вторую руку кто-то тоже взял. Это оказался лорд Алексис.
Погодите… вот теперь я выгляжу ровно как тот пришелец на фото, у которого ЦРУшники держат руки по бокам!
— П-пустите, я не убегу! — попыталась я возразить.
Но, конечно, ни один из них не послушал. Так, в буквальном смысле под руки, меня вывели прямо к семье графа Рансена.
В зале стояли сам граф с супругой, сын и три дочери — старшая, младшая и совсем крошка.
— Благодарю за приглашение, — как могла, выдавила я, всё ещё с обеих сторон удерживаемая.
Рансены, мягко говоря, удивились.
Ну ещё бы — выгляжу ведь так, будто меня силой притащили на приём.
— А-а... д-добро пожаловать! — промямлил граф, растерянно глядя на меня.
Тут поднялся его сын — молодой человек лет двадцати — и шагнул вперёд с протянутой рукой:
— Рад видеть вас, я старший сын дома Рансен... э?
Хлоп!
Мои руки вдруг приподнялись — граф Боузес и Алексис дружно потянули меня назад, аккуратно, но решительно оттащив подальше.
Протянутая рука юноши зависла в воздухе, а сам он остолбенел.
— Прошу простить, граф, но мы не будем вас больше задерживать, — сухо сказал Боузес.
И оба, не выпуская меня, зашагали прочь.
Нет, правда — я иду спиной вперёд! Это уже точно похоже на задержание пришельца! Люди смотрят!
Когда я начала тихо дёргаться, граф Боузес склонился ко мне и шепнул:
— Старший сын Рансена — распутник. У него есть невеста, но он уже соблазнил несколько девушек. Не подходи, не разговаривай, не смотри в его сторону.
А, вон оно что.
Хорошо, что предупредил, конечно...
Но, граф, можно я скажу?
Вы щекочете!
— Следом пойдём к дому Пастюр, — добавил Боузес. — Это те, чей приём ты пропустила на днях. Сейчас все наблюдают за тобой, поэтому нужно быть особенно вежливой. Особенно с их младшей дочерью — она как раз дебютировала тогда и расстроилась, что ты не пришла.
— Поняла...
Да уж, нехорошо вышло. Надо будет загладить вину.
Теперь меня отпустили — наконец-то!
А то уж совсем выглядело, будто меня под конвоем доставили.
— Рада познакомиться. Мицуха фон Ямано, виконт, — произнесла я, изящно присев в реверансе, как учат в фильмах.
— Прошу прощения за прошлый раз, — добавила я с поклоном. — Я не знала, что необходимо подавать уведомление о пребывании в столице, поэтому, видимо, числилась «отсутствующей».
Граф Пастюр, похоже, наконец понял, почему меня не было на приёме. Он изумлённо распахнул глаза.
Жена и дети тоже выглядели ошарашенными.
А младшая дочь... кажется, вот-вот заплачет.
Ой-ой, надо срочно что-то делать, пока не расплакалась!
Девушка, похоже, едва сдерживала слёзы. Её можно понять: она ведь считала, что её собственный дебют станет тем же вечером, когда в свете впервые появится «Жрица Грома». Радовалась, что сможет познакомиться со мной… а потом услышала, что я вообще не приехала в столицу. Разочаровалась, но всё равно держалась, старалась изо всех сил — и теперь узнаёт, что я всё это время была здесь. Да, тут и взрослый бы заплакал.
Что бы сделать… нужно как-то загладить вину… не «гомма» сжиганием, а «гомма» — маслом, то есть подмаслить.
— Эм… вот это — в знак извинения за то, что не смогла прийти на дебют, и… как символ нашей дружбы.
Не раздумывая, я сняла кольцо с пальца и протянула ей. То самое — одно из тех, что мне «подарили» во время той авантюры с обратной данью. Сколько там карат — не помню, но, думаю, при продаже стоило бы приличную сумму.
Сейчас я не нуждаюсь в деньгах, а если это поможет выкарабкаться из неловкой ситуации, то почему бы и нет. Всё равно же подарок.
В этом мире тоже бывают крупные и чистые алмазы. Но настоящая ценность этого кольца — не в размере камня, а в его огранке.
На Земле ценность бриллианта определяется по четырём «С» — cut, color, carat, clarity. И главное из них — именно cut. От того, как свет преломляется внутри камня и отражается обратно благодаря идеальной пропорции, зависит блеск.
А вот с техникой огранки у этого мира дела обстоят… не ахти. Даже если взять одинаковые необработанные кристаллы, результат будет несравним.
Иными словами — кольцо, которое я отдала, просто немыслимо по местным меркам. То, что на Земле стоит как среднее обручальное кольцо, здесь выглядело бы реликвией.
(Почему я уточняю — в западных странах? Потому что в Японии оценка часто завышается: низкий сорт продают под видом высокого, да ещё с «официальным сертификатом» от дочерней фирмы того же ювелирного магазина. Так что если за границей можно вернуть хотя бы 80–90 % от цены, то в Японии продать и за 20 % — уже удача.)
— Э-э… — ошарашенно выдохнула младшая дочь, рефлекторно принимая кольцо.
Граф и графиня Пастюр переглянулись с выпученными глазами. Конечно — взрослые-то сразу поняли, чего стоит эта безделушка.
О, а граф Боузес, похоже, вообще в шоке.
— М-Мицуха, это же… —
— Наследие от моей матушки. Разве что-то не так? — невинно ответила я.
— Я… я не это имел в виду! Даже если я сказал то, что сказал, отдавать такую драгоценность… —
А, вот о чём он переживает.
Мне-то самой неведома реальная цена. Знаю, конечно, общие принципы: огранка, чистота, всё такое — но своими глазами такие камни я прежде не видела. Думаю, он дорогой… но не до абсурда же. Вряд ли десятки миллионов йен, уж слишком мал. Наверное, тысяч двадцать-тридцать долларов, не больше.
(Хотя… забавно, да? Говорю «всего-то тысяч двадцать» — вот уж зазналась.)
Ладно, всё равно подарок. И слёзы этой милой девочки для меня дороже.
Нет, это не значит, что чужие слёзы допустимы, если человек не симпатичен, — не надо так понимать.
— М-миледи Ямано, мы не можем принять столь драгоценный… — запинаясь, произнёс граф Пастюр.
Графиня и старшая дочь тоже не сводили глаз с кольца в руках девочки.
— Пожалуйста, — мягко сказала я, — если бы не моя невнимательность, мы могли бы подружиться ещё тогда, на вашем дебюте. Пусть это станет маленьким извинением.
Я повернулась к девочке и улыбнулась:
— Примешь его? И… станешь моей подругой?
Девочка судорожно кивнула, не находя слов.
Ну да, кто бы осмелился отказаться в такой момент.
Мы немного поболтали, я выслушала пару смущённых «спасибо» от графа и его супруги — и, наконец, смогла отойти.
Публика, естественно, всё это видела. Не сомневаюсь, уже через полчаса по залу поползут слухи, будто между мной и семьёй Пастюр не просто дружба, а почти родственная близость — сама виконтесса Ямано вручила дочери графа кольцо матери!
И когда я уже почти почувствовала облегчение, за спиной раздалось:
— …Перебор.
Это, конечно, был граф Боузес. Ругает.
Ну вот, опять я виновата…
— Кстати, а где лорд Ирис и сэр Теодор? — спросила я, решив сменить тему.
— Сегодня нас только двое. Это всего лишь день рождения младшего сына Рансена. Мы вообще не планировали участвовать, но некто внезапно решил появиться — вот и пришлось.
— Э-э… виновата, — пробормотала я.
— Мицуха!
Я обернулась — и улыбнулась:
— О, Аделейт! Давненько не виделись!
Передо мной стояла дочь виконта Лайнера, та самая девушка, для которой я когда-то помогала организовать дебют. Вокруг неё — целая свита юношей и девушек.
Милашка как была, так и осталась. Похоже, тот дебют ей явно пошёл на пользу — теперь она окружена поклонниками. Впрочем, неудивительно: Аделейт добрая и обаятельная, она бы и без моей помощи всех очаровала.
Мы разговорились, к беседе скоро присоединились и другие ребята — и я впервые за долгое время почувствовала себя подростком. Как будто снова в школе: смех, лёгкие разговоры, чуть неловкие, но искренние.
Граф Боузес куда-то незаметно исчез — видимо, пошёл по своим делам. Алексис остался стоять рядом, хмурый, как туча.
Что с ним?
Герой обороны столицы, молодой граф, любимец девушек — а выглядит так, будто его заставили быть тут насильно.
Может, просто устал? Или… характер изменился?
Спустя некоторое время в разговор вмешался лорд Алексис.
— Мицуха, ты ведь глава дворянского рода. Тебе нужно пообщаться и с другими главами семейств. Ты же не просто благородная девушка…
— Эээ…
Вот облом. Так весело же было…
Но, ладно, он прав.
Остальные ребята — тоже дети знатных домов —, кажется, всё прекрасно понимают: выглядят немного расстроенными, но выражают лицом «ничего не поделаешь».
Ну что ж, придётся пройтись, завязать пару знакомств.
Хотя я же совсем не запоминаю лица людей…
А, кстати, как звали младшую дочь графа Пастур?
Нет, подожди… я ведь даже не спросила, да?
Плохо дело. Надо обязательно узнать к следующей встрече…
Обновлено: 03.02.2026