Глава 45 — Глава 44

«.......» «.......» «.......» «.......» Воцарилось адское молчание. Между Шарлоттой, сидящей на кровати, и мной, сидящей перед ней на низком стуле с прямой спиной. «Кажется, такое же чувство было в столичном особняке с герцогом...» Вот она, аура главной героини. Это давление. Уникальная атмосфера, способная без единого слова заморозить такого второстепенного персонажа, как я... Я смирно сидела, опустив взгляд на свои руки, сложенные на коленях. — Почему ты рассказала? — А, что? — О том, что случилось с леди Уэсли. Это ведь ты рассказала, Элин? Его Светлости герцогу. Я всегда считала, что она похожа на кролика или цыпленка, на кого-то маленького и безобидного. Но сейчас Шарлотта напоминала львицу. Ее лицо не выражало ни обиды, ни растерянности. Это... «Аура главной героини». Я мысленно поджала хвост. Взгляд Шарлотты стал острым. — Разве ты не слышала, как я сказала леди Уэсли, что не буду сообщать об этом Его Светлости? Ты же тоже была там, Элин. Там была не только я, но и другие горничные. Какая проницательная... — На самом деле... В тот день Его Светлость лично приказал мне. Сказал обязательно сообщить, если леди Уэсли поведет себя с вами грубо. Это был приказ, отданный только мне, в тайне от Шарлотты. Теперь по сценарию должна последовать реплика: «О боже, Его Светлость так обо мне беспокоится?!» И Шарлотта начнет думать об Оскаре... — Для тебя приказ Его Светлости важнее меня? А? — ...Простите? — Я спрашиваю, приказ герцога для тебя важнее моего желания? Шарлотта отчеканила это резко, без малейшего колебания. Если раньше она казалась просто слегка недовольной, то теперь все было иначе. В ее тоне сквозила нескрываемая обида и даже возмущение. Я поспешно замахала руками. — Н-нет, не в этом дело, я просто боялась, что у вас будут неприятности... — Для меня гораздо большие неприятности в том, что я доставила беспокойство Его Светлости из-за такого пустяка. Я пообещала молчать, а теперь представь, что будет, если Его Светлость использует это как предлог, чтобы отдалиться от леди Уэсли? Будет замечательно. Но вслух я этого сказать не могла. Шарлотта, не расцепляя скрещенных на груди рук, глубоко вздохнула. — Я понимаю, Элин, ты хотела как лучше. Но впредь, если что-то случится, делай так, как я говорю. Я не хочу, чтобы наша дружба пострадала из-за приказа постороннего человека, которого мы знаем всего пару месяцев. — ...Н-но Его Светлость сказал то же самое... Зырк. Шарлотта метнула в меня острый взгляд. — Кто с тобой с десяти лет? Я или герцог? — Н-ну, конечно, вы, леди. — Тогда ты, разумеется, должна слушать меня. Впредь не бегай к герцогу докладывать о каждом моем шаге. Даже тебе, Элин, я не прощу второй ошибки. Поняла? — Так точно. Я бодро ответила и снова склонила голову в знак извинения. Уф-ф, послышался легкий вздох. Только тогда Шарлотта расцепила руки и расслабленно откинулась, закинув ногу на ногу. Она слегка наклонила голову, пытаясь поймать мой взгляд. — Я видела, как Его Светлость закрыл тебя. Ты в порядке? Не обожглась? — А, да. Я в порядке, леди. На меня ни капли не попало. — Его Светлость тоже хорош. Кто бы мог подумать, что он так безрасс... нет, что он закроет тебя своим телом... Хотя на рукав попало немного коричневого соуса, это не шло ни в какое сравнение с тем, как досталось Оскару. Интересно, ему оказали помощь в лазарете? Завтра на уроке нужно будет поблагодарить его и спросить о самочувствии. «...Ему правда не стоило так рисковать». Из-за меня ужин с Шарлоттой закончился ничем. Образ его спины, когда он выходил из зала, держась другой рукой за обожженное предплечье, все еще тяжелым грузом лежал у меня на душе. — Элин. — Да, леди. Я подняла голову и увидела, что Шарлотта смотрит на меня с очень серьезным лицом. Она наклонилась ко мне. — Я хочу тебя кое о чем спросить. И хочу, чтобы ты ответила честно. Шарлотта сделала легкий вдох, словно готовясь. И выпалила: — Насчет уборки кабинета герцога. Ты правда там только убираешься? Ага, началось. Я невозмутимо запустила заранее подготовленный плейлист с ложью. — Уборка кабинета? Да. Я правда там убираюсь... А почему вы спрашиваете?.. — Точно не врешь? Правда только уборка? Я наклонила голову, изображая полное непонимание. — Да. А, иногда после уборки он просит забрать чайную чашку, может, из-за этого... — ...Нет. Ну, это он может попросить. Благодаря моей безупречной актерской игре Шарлотта, хоть и с сомнением, но все же перестала подозревать. Ее тело, напряженное и поданное вперед, снова расслабилось. Я снова вгляделась в ее глубоко задумчивое лицо. «...Всё-таки удалось выкрутиться». Изначально я планировала сказать: «Герцог так подробно расспрашивал о вас! Кажется, он вами интересуется!» Но после недавнего предупреждения не болтать лишнего, я не могла этого сделать. Этот план пока откладывается... Я в очередной раз блестяще сыграла свою роль, успокоила Шарлотту и поздно ночью покинула ее комнату. Прошло несколько дней. Я помогала Шарлотте готовиться к урокам, училась грамоте у Оскара и каждую ночь устраивала тайные вечеринки с закусками для Мейчел. В результате... — ...Ох. — Проснулась? Моя тяжелая голова резко упала вперед. От толчка я дернулась и нелепо вздрогнула плечами. Рука была пуста. Карандаш, который я держала в правой руке, валялся под столом. Я поспешно подняла карандаш. Равнодушный взгляд герцога был направлен на меня. — Я, я задремала? — Минут на пять. Черт. Я чувствовала сонливость, но неужели проспала так долго? Хорошо хоть слюни не пустила. К счастью, на тетради не было никаких мокрых пятен. Я с облегчением выдохнула. Оскар захлопнул папку с документами, которую читал. — Плохо спишь в последнее время? Выглядишь довольно измотанной. ...У вашей племянницы выносливость оказалась лучше, чем я думала. Сказать такое я не могла. Я почесала затылок обратной стороной карандаша и неловко ответила: — А, просто в последнее время работы прибавилось. Да и погода теплая, вот и клонит в сон... — Тогда вздремни немного. — Что? Здесь? — Нет. Вон там. Рука Оскара указала на маленькую дверь в углу кабинета. Ого. Я в испуге замахала руками. — Н-нет, что вы. Как я смею занимать комнату, которой пользуется Ваша Светлость... — Ты смеешь возражать мне? На его красивом лице появилась улыбка, похожая на усмешку. Эх, против такого аргумента не попрешь. Я закрыла рот и пробормотала: — Не в этом дело... — Это даже не настоящая спальня. Комната, чтобы ненадолго прилечь. Тебе можно. — ...Звучит так, будто вы ко мне по-особенному относитесь. — Потому что так и есть. Зачем он мне это говорит... От непонятного смущения в груди защекотало. Несмотря на его решительный ответ, я не могла сдвинуться с места. Пусть это и временная спальня, но это кровать, на которой лежал и ворочался Оскар. Чтобы такая мелкая сошка, как я, заняла комнату, о существовании которой я даже знать не должна... Пока я колебалась, следующая фраза заставила меня вскочить как ужаленную. — Это приказ. — Тогда прошу прощения. Когда он упирается, спорить бесполезно. Я семенящим шагом подошла к двери временной спальни и открыла ее. Потому что комната примыкала к кабинету? Стоило открыть дверь, как сквозь запах старинной деревянной мебели, казалось, пробивался сухой запах бумаги. Как он и сказал, мебели здесь было по минимуму. Благодаря этому роскошная кровать с перьевым матрасом, точно такая же, как в спальне герцога, выделялась еще больше. Я неловко присела на кровать. Обувь, конечно, сняла. Я же кореянка. Стоило лечь на мягкую кровать, как усталость, скопившаяся в теле, начала отступать. «...Тот же запах». Знакомый аромат легко окутал меня. Тот самый запах тела Оскара, который я почувствовала в его спальне в ночь неудачной попытки с зельем, едва уловимо исходил от простыней. «Это потому что он главный герой? Даже запах тела у него потрясающий. Как пробник дорогих духов в универмаге». Я не стала прижиматься носом к простыне и нюхать ее только из остатков самоуважения. В ту ночь я была так напугана, что не думала ни о каком запахе. Стоило закрыть глаза, как сцена той ночи пронеслась перед внутренним взором, словно в кинопроекторе. Золотые глаза, сверкавшие в темноте, как у хищника. Огромное тело, придавившее меня. И ладонь, коснувшаяся губ, когда он схватил меня за подбородок. «.......» Я уткнулась лицом в подушку. Мягкое прикосновение немного привело меня в чувство. Чем больше я вспоминала ту ночь, тем сильнее горело лицо. «Я сошла с ума. Точно сошла с ума». Второстепенный персонаж и главный герой, в такой... ситуации? Так... близко? Если кто узнает — мне конец. Чтобы унять бешено колотящееся сердце, я начала мысленно читать стихи Юн Дон Чжу. «Матушка, а вы далеко, в Северном Гандо...» Через минуту декламации в голове прояснилось. Дьявольские мысли поджали хвост и убежали. Я уже почти заснула, когда... — ...Кто там? Из-за двери донесся голос Оскара. Кажется, был и тихий стук. Я приоткрыла глаза и навострила уши, прислушиваясь к звукам за дверью. Хендрик? Бормотание через две двери было плохо слышно. Нет, для голоса Хендрика это слишком тихо... Голос Оскара, разрешающий войти. Затем скрип открывающейся тяжелой дубовой двери кабинета. — ...Что привело вас сюда? Вопрос Оскара. И последовавший за ним голос был мне очень знаком. — Добрый день, Ваша Светлость. Услышав этот голос, я мгновенно забыла об усталости, словно ее смыло водой. — А где Элин? Голос принадлежал Шарлотте.