Первая линия против инопланетного роя не прощает слабых — а рядового Цинь Хао списали в расход с самого начала. Взрыв гранаты стоил ему руки: вместо неё — боевой протез, и с этого момента с телом солдата творится неладное — зуд под металлом и голод, который не унять никаким пайком. Пока начальство сослало «инвалида» командовать поварами, внутри него просыпается нечто, способное перевернуть весь расклад войны с жуками. Сколько ещё продержится маска покорного калеки, прежде чем правда вырвется наружу?

Первая линия против инопланетного роя не прощает слабых — а рядового Цинь Хао списали в расход с самого начала. Взрыв гранаты стоил ему руки: вместо неё — боевой протез, и с этого момента с телом солдата творится неладное — зуд под металлом и голод, который не унять никаким пайком. Пока начальство сослало «инвалида» командовать поварами, внутри него просыпается нечто, способное перевернуть весь расклад войны с жуками. Сколько ещё продержится маска покорного калеки, прежде чем правда вырвется наружу?