Пророчество назвало избранным его брата-близнеца — а самого Гарри Дамблдор бросил на пороге семьи, ненавидящей магию: пусть сломается сам, так удобнее для «общего блага». Просчитался. В Хогвартс входит не жертва, а ледяной, безжалостный ум, который одной фразой разбирает спесивых чистокровных на запчасти — и садится не в Гриффиндор, а в Слизерин, факультет, которого боялся сам директор. Здесь побеждают расчётом, а не мечом, и у «недостойного» близнеца это выходит пугающе хорошо. Кто на самом деле избранный?

Пророчество назвало избранным его брата-близнеца — а самого Гарри Дамблдор бросил на пороге семьи, ненавидящей магию: пусть сломается сам, так удобнее для «общего блага». Просчитался. В Хогвартс входит не жертва, а ледяной, безжалостный ум, который одной фразой разбирает спесивых чистокровных на запчасти — и садится не в Гриффиндор, а в Слизерин, факультет, которого боялся сам директор. Здесь побеждают расчётом, а не мечом, и у «недостойного» близнеца это выходит пугающе хорошо. Кто на самом деле избранный?