Все жаждут легендарных боевых духов — а сирота Линь Ся с невозмутимым лицом хрустит рудой в обнимку с неуклюжим «булыжником», над которым потешается вся академия. Зря смеются: только он помнит, во что вырастает этот «камень» — в живую песчаную бурю, способную сровнять с землёй города. Пока самопровозглашённый гений-наставник навязывает ему чужую мудрость, герой уже готовит собственный, куда более дерзкий план — скрестить законы двух миров и превратить своего духа в оружие, которого здесь ещё не видели. Сколько голодных вёрст до легенды?

Все жаждут легендарных боевых духов — а сирота Линь Ся с невозмутимым лицом хрустит рудой в обнимку с неуклюжим «булыжником», над которым потешается вся академия. Зря смеются: только он помнит, во что вырастает этот «камень» — в живую песчаную бурю, способную сровнять с землёй города. Пока самопровозглашённый гений-наставник навязывает ему чужую мудрость, герой уже готовит собственный, куда более дерзкий план — скрестить законы двух миров и превратить своего духа в оружие, которого здесь ещё не видели. Сколько голодных вёрст до легенды?