Все видят в нём «просто целителя» — безобидного слабака без меча и когтей. И он не спорит: пусть считают. Пока другие хвастаются силой удара, он методично ломает собственное тело на тренировках и исцеляет себя вновь и вновь — раз за разом становясь смертоноснее любого бойца с клинком. Он единственный, кто знает, кем на самом деле является спасённая им пушистая незнакомка, и какую подлость совершит тот, кого весь мир считает героем. Хватит ли этому «саппорту» сил, чтобы защитить её от судьбы, которую он помнит слишком хорошо?

Все видят в нём «просто целителя» — безобидного слабака без меча и когтей. И он не спорит: пусть считают. Пока другие хвастаются силой удара, он методично ломает собственное тело на тренировках и исцеляет себя вновь и вновь — раз за разом становясь смертоноснее любого бойца с клинком. Он единственный, кто знает, кем на самом деле является спасённая им пушистая незнакомка, и какую подлость совершит тот, кого весь мир считает героем. Хватит ли этому «саппорту» сил, чтобы защитить её от судьбы, которую он помнит слишком хорошо?