Переводил и редактировал Капитан Глум! То ли еще будет!
Когда мужчины ушли в лес, а я распрощался с Газраном Лутим, пришло время заняться исследованием новых способов готовки.
Зайдя за дом, я направился к очагу — и там меня уже ждали две женщины.
Это были Сати Рей Ву, жена старшего брата Джизы Ву, и третья дочь семьи — Лала Ву.
— Мы ждали вас, Асута, — с мягкой улыбкой сказала Сати Рей Ву. — Сегодня мы вдвоём будем помогать вам.
Сати — стройная, спокойная молодая женщина с короткими каштановыми волосами и тёмными глазами, — выглядела олицетворением доброжелательности и скромности.
— Эй, а что это у тебя за клыки и рога? — тут же фыркнула Лала Ву, тринадцатилетняя девчонка с ярко-красными волосами, собранными в высокий хвост. — Украл где-то, да?
— Это… аванс за сегодняшнюю работу. Ну, думаю, стоит куда-нибудь убрать.
— Если хотите, я отнесу это в дом, — предложила Сати Рей Ву. — Было бы нехорошо, если б оно упало в очаг.
Она аккуратно взяла у меня ожерелье и вышла, оставив меня наедине с девчонкой, которая, судя по выражению лица, не горела желанием помогать.
Как и следовало ожидать, Лала Ву тут же взялась за старое.
— Ха! Я думала, у Лутим хотя бы наследник вменяемее, чем глава, а они доверили тебе, такому как ты, быть хранителем очага на своей свадьбе! Да после этого над Лутим весь Морихен смеяться будет! А для нашего рода Ву это вообще позор!
— Ну… что ж, — вздохнул я. — Значит, мне остаётся только сделать всё возможное, чтобы этот смех звучал чуть потише.
Злиться на девочку, которая младше меня на четыре года, было бы глупо, поэтому я ограничился лёгкой усмешкой.
К тому же… у меня перед сёстрами Ву и так уже есть кое-какое моральное обязательство, так что её неприязнь вполне закономерна. Похоже, этот крест мне нести до конца жизни.
— В любом случае, рад твоей помощи, — продолжил я. — Но что с остальными делами? Я, конечно, просил помочь, но не ожидал, что пришлют сразу двоих, да ещё в такое время.
— Бабушка Тито Мин и мама Мия Рей сами так решили! — рявкнула Лала. — Я вообще-то видеть тебя не хотела!
После этого она нахмурилась, решительно подошла ко мне и ткнула пальцем:
— …Эти клыки и рога.
— Что с ними?
— Их стало больше! Было восемь, а теперь девять. Это тебе что, Газран Лутим или Ама Мин подарок сделали?
— Э-э… ну… не уверен, стоит ли говорить… ладно, промолчу.
— Что?! Говори, иначе я расскажу Донде-отцу про то утро!
— Э-э, нет, только не это… Ладно, скажу. Это подарок от Донды Ву.
Молния возмущения сверкнула на её лице.
— Не ври! Донда-отец ненавидит тебя, он бы ни за что тебя не благословил! Продолжай врать — я всем расскажу, что тогда утром случилось!
— Но я не вру! Это правда. После того пира, в ту ночь, Донда Ву сам подарил мне это в знак благословения.
Лала Ву всё ещё кипела, но постепенно её злость сменилась ошеломлением.
— Ты… ты это серьёзно? Если ты сейчас врёшь — я спрошу отца сама! И если он скажет, что это ложь, я расскажу всем про то утро!
— Тогда остаётся надеяться, что Донда Ву скажет правду, — пожал я плечами. — И что его гордость не позволит ему лгать ради мелочей.
— Не может быть… это правда?..
Я кивнул.
— Что за бред! — взорвалась Лала. — Я-то, значит, не благословила тебя из уважения к чувствам отца, а он сам это сделал?! Да это же просто издевательство! Чёрт, да что вообще происходит?!
— Эм… спокойно, спокойно… У отца, наверное, были свои причины.
— Не называй его “отцом”! Мерзко!
— Прости, — поднял я руки. — Но, слушай, это же личное. То, что Донда Ву меня благословил, не значит, что ты обязана делать то же самое.
— Ага, значит, моё благословение тебе не нужно, да?!
Чем больше я говорил, тем больше эта девчонка заводилась.
Пока я вздыхал, размышляя, уж не несовместимость ли у нас по жизни, она вдруг сунула мне в нос раскрытую ладонь.
На ней лежал один-единственный клык или, может быть, кусочек рога гибы.
— …Тот ужин был безумно вкусным. А до этого ты спас старую Джибу. Лала Ву благословляет Асуту из дома Фа.
Можно ли вообще выглядеть настолько раздражённой — и при этом кого-то благословлять?
И всё же я с благодарностью принял этот белый дар и бережно взял его пальцами.
— Спасибо. Мне правда очень приятно.
— Хмф! — фыркнула Лала Ву и решительно отвернулась.
Похоже, я ей искренне и безнадёжно не нравлюсь. И всё же осознание того, что даже такой человек признаёт твоё существование, оказалось не менее радостным, чем благословение от тех, кто относится к тебе с теплом.
Теперь у меня уже десятое благословение от рода Ву.
Если не считать младенца Коты, остались только Джиза Ву и Дарум Ву.
Видимо, эти двое — задача уже на всю жизнь. И пока я думал об этом, наконец вернулась Сати Рей Ву.
— Простите, что задержалась… О, вы ещё не начали?
— Да, как раз собирались. Можно сперва взглянуть на овощи из кладовой?
— Конечно. Кстати, где же Ай Фа? Когда вы пришли, она ведь была с вами?
— Да. Я пока не запомнил дорогу к дому Ву, вот она меня и проводила. Сейчас, думаю, уже в лесу — на охоте на гибу.
Пять дней без охоты — непозволительная роскошь. Сказав это, Ай Фа ушла.
Мяса у нас ещё полно, и с зубами да рогами запас есть.
Но охотник всё равно должен охотиться.
Если люди Морихена перестанут сдерживать гиб, звери выйдут из леса и разорят поля западного королевства. Предотвращать это — священный долг морихонцев. Почти все из них верят именно так.
Даже если родовые вожди давно об этом забыли.
(Камуя Йош… надо всё-таки встретиться с этим прикидывающимся простаком стариканом и поговорить по-серьёзному.)
Пять дней до празднества я собирался провести в поселении Ву, полностью погрузившись в кулинарные эксперименты.
Ай Фа же должна была не только охотиться, но и заниматься кладовой и сбором листьев пико — обычная работа хранителя очага.
Мы обедали вместе в доме Ву, ночевали в пустом доме, но с утра до вечера занимались своими делами.
Даже Дига Сун, которого Ай Фа отправила купаться в речном дне, не пытался потом мстить. Значит, и род Сун не рискнёт на что-то уж слишком подлое… наверное.
Но, стоит вспомнить звериный взгляд Додды Сун, — и тревога никуда не девается.
Впрочем, если я останусь в доме Фа, это мало что изменит — на охоту я всё равно с Ай Фа не хожу.
И всё же, рано или поздно, так продолжаться не может.
— Что-то случилось, Асута? — позвала Сати Рей Ву, возвращая меня в реальность.
— Нет, всё в порядке. Пойдём в кладовую.
Как бы то ни было, пора работать.
Вознаграждение за эту работу станет общей собственностью дома Фа.
Так что ради Ай Фа я просто обязан справиться.
Мы втроём направились в кладовую.
Как и помнил, вдоль стен стояли открытые деревянные полки, заставленные всевозможными овощами.
После вчерашней прогулки по рынку я уже начинал узнавать их по внешнему виду.
Ну что ж… интересно, кто из вас сегодня решит со мной подружиться?
— Сначала расскажу, что я задумал, — сказал я, перебирая овощи один за другим и обращаясь к стоявшим позади женщинам.
— Моей главной целью сегодня будет пойтан.
— Пойтан? — переспросила Сати Рей Ву.
— Да. Хочу выяснить, можно ли приготовить его так, чтобы он был вкусен не только жареным, но и в привычном виде — варёным.
— Но зачем? Жареный пойтан ведь восхитителен! Я даже без мяса и овощей могла бы есть его хоть целый день!
Ага, значит, Сати Рей Ву — фанатка углеводов.
Что ж, понимаю, но для меня этот эксперимент — дело первостепенной важности.
— Видите ли, на празднике будут пожилые гости. Им, возможно, будет приятнее есть мягкий, жидкий пойтан, а не твёрдый. Но если просто сварить обычную похлёбку, молодёжь начнёт ворчать, что скучно. Вот я и хочу найти способ, чтобы блюдо понравилось и старым, и молодым — без разрыва между поколениями.
— Ну… — только и сказала Сати Рей Ву.
В её голосе не было раздражения, так что я решил, что всё в порядке.
— В конце концов, думаю, придётся комбинировать разные ингредиенты. Может, есть что-то, что вы особенно рекомендуете? Или, наоборот, то, что вам лично не по вкусу?
— Пла, — раздалось сухо и коротко.
Конечно же, это была Лала Ву, третья дочь.
Пла — это овощ с горчинкой, вроде болгарского перца.
— А, точно… помнится, Мия Рей Ву говорила, что ты и Рудо Ву не любите пла. Значит, горькое тебе не по душе?
— Да отстань уже! Я ж ответила на вопрос — чего ты ещё придираешься?!
— Прости-прости. Прошу искреннего мнения, без прикрас.
— …Лиро. Тарапа. Зозо. Не люблю.
— Ага. Лиро — это ведь та ароматная трава, которую кладут к копчёному мясу, верно? А тарапа и зозо — это какие?
— Тарапа — вон тот большой красный плод. А зозо — коричневая штука ниже, — подсказала Сати Рей Ву.
Я посмотрел туда. Тарапа действительно походила на огромный, бугристый томат размером с тыкву, а зозо — на коричневый клубень, свернувшийся будто кольцами змеи.
Запоминающаяся парочка, уж точно.
— Понятно. А как вы к ним относитесь, Сати Рей Ву?
— Хм… тарапа очень кислая, а зозо — с сильным запахом. Лично мне они не мешают, но… помню, что в похлёбке без пойтана тарапа казалась вкуснее.
— Интересно…
— Да, тарапа настолько кислая, что с пойтаном есть её тяжеловато — без него она легче идёт. А вот зозо… если мясо не имеет запаха, то зозо, наоборот, всё перебивает, и вкус выходит неприятный.
— Вот это да, как точно подмечено!
— Всё потому, что я узнала от тебя, Асута, что такое "вкусная еда". Раньше я даже не задумывалась, чем тарапа отличается от зозо.
Сати Рей Ву улыбнулась мягко и спокойно.
А рядом с ней Лала Ву уже выглядела так, будто вот-вот начнёт топать ногами.
— Ну и ладно! Без меня бы и обошлись, ага? Вон, вдвоём с Сати Рей всё обсудите!
— Лала, — Сати Рей Ву положила ладонь ей на плечо, — не стоит сердиться только потому, что не можешь подобрать слова.
— У тебя ведь тонкое чутьё, но говорить тебе трудно. А я, наоборот, слова подбираю легко, зато чувствую не так глубоко. Вот потому, если мы будем помогать друг другу, вместе сможем принести Асуте куда больше пользы, чем поодиночке.
Хотя раньше я считал Сати Рей Ву самой отдалённой знакомой в семье Ву, сейчас понял — она совсем не просто кроткая и скромная женщина.
Не зря же она жена самого Джизы Ву.
Если задуматься — даже немного жутко становится.
Интересно, каким вырастет их сын, Кота Ву? Хотелось бы как-нибудь увидеть.
— Кстати, — спросил я, — Кота Ву — это мальчик или девочка?
Обе замерли, уставившись на меня.
— По имени же понятно! Конечно, мальчик!
Нет, не понятно.
— Да, — подтвердила Сати Рей Ву. — Он немного мал ростом, но это мальчик. Мы редко получаем детей, так что я счастлива, что первым родился сын.
Её лицо светилось гордостью и радостью.
Значит, когда-нибудь Кота Ву займёт место главы дома — после Донды Ву и Джизы Ву.
Как-то неожиданно… даже трогательно стало.
— Да, и правда, этот зозо… пахнет сильно. Не ингредиент, а лекарство какое-то. Если положить его в суп, остальные ароматы точно исчезнут.
Я вернулся мыслями к делу.
— Верно. Если теперь мы всегда сможем готовить мясо гибы без запаха, надобность в зозо отпадёт. Лиро и зозо ведь только для того и использовали — чтобы отбить неприятный дух.
— Понятно. Тогда эти два ингредиента временно исключим… А вот как насчёт этой тарапы? В моём мире тоже есть похожий красный овощ — называется томат. И применений у него было великое множество.
— Да, пожалуй. Запах у него приятный, и кислинка мне не мешала, но, думаю, в похлёбке без пойтана тарапа вкуснее.
— Хм… пожалуй, вы правы…
Я представил себе вкус супа с пойтаном — этой мучной, почти тестяной жидкости — в которую добавили томаты, и меня передёрнуло.
Универсальный овощ, конечно, но, похоже, сейчас не его час.
— Хорошо, тогда тарапу тоже пока отложим. А вот, наоборот, есть ли овощи, которые вы особенно рекомендуете?
На этот вопрос обе задумались.
— Если без пойтана — то сразу на ум приходит несколько, но чтобы варить вместе с ним… — начала Сати Рей Ву.
— Ага, вот именно, — вставила Лала Ву. — Если бы с ним хоть что-то получалось вкусно, мы бы это каждый день кидали! Всё одно — что ни положи… —
Она осеклась.
— Что такое? — мягко спросила Сати Рей Ву.
— Да нет… ничего. Просто… не то чтобы вкус менялся, но… кажется, один всё-таки был, ну, самый… любимый.
— Вот как? Какой именно?
— Да ну! Забудь! Сама не знаю, почему он мне тогда понравился! Вкус вообще ничем не отличался!
— А мне вот прямо очень интересно, — сказал я. — Может, всё же скажешь, что за ингредиент?
Может, я прозвучал слишком нетерпеливо, но Лала Ву — обычно взрывная и уверенная — вдруг растерялась, будто неуверенная, стоит ли говорить.
А потом робко подняла руку и указала куда-то в самый тёмный угол кладовой.
Я посмотрел туда — и удивлённо выдохнул.
В полумраке, словно терпеливо дожидаясь своей очереди, стоял он — не менее впечатляющий, чем тарапа или зозо, по внешнему виду и вдвое выше меня: огромный, под два метра, корень, похожий на гигантский лопух.
Местные звали его гииго.
Обновлено: 03.02.2026