Тринадцать лет он был образцовым учеником — тихим, кротким, неприметным. А потом один из первых учеников школы умер во сне, и виновного так и не нашли. За маской смирения Чжао Фуюнь скрывает холодный расчёт и клятву мести за унижения матери: он бьёт не клинком, а чужим кошмаром и тайным ритуалом. Теперь его отправляют учителем в глухой уезд, где в каждом доме растят проклятия и ядовитых тварей, а предыдущего наставника заживо сожрали черви чьей-то порчи. Сумеет ли он раскрыть заговор прежде, чем сам станет следующей жертвой?

Тринадцать лет он был образцовым учеником — тихим, кротким, неприметным. А потом один из первых учеников школы умер во сне, и виновного так и не нашли. За маской смирения Чжао Фуюнь скрывает холодный расчёт и клятву мести за унижения матери: он бьёт не клинком, а чужим кошмаром и тайным ритуалом. Теперь его отправляют учителем в глухой уезд, где в каждом доме растят проклятия и ядовитых тварей, а предыдущего наставника заживо сожрали черви чьей-то порчи. Сумеет ли он раскрыть заговор прежде, чем сам станет следующей жертвой?