Признание в любви здесь звучит как приговор: одно лишнее «сердце» — и обожание превращается в манию, готовую убить. Ариэль теряет память и приходит в себя в чужом теле, а телефон вместо звонков шлёт метки слежки — «цель рядом» — и счётчик чувств мужчин, готовых найти её где угодно. У неё три года, чтобы довести одного из них до «особой концовки» и вернуть себе жизнь, не переступив опасную черту. Ледяной принц уже играет с ней в жестокие игры, а первый охотник и так на грани срыва. Сколько любви можно вытерпеть, чтобы не погибнуть от неё?

Признание в любви здесь звучит как приговор: одно лишнее «сердце» — и обожание превращается в манию, готовую убить. Ариэль теряет память и приходит в себя в чужом теле, а телефон вместо звонков шлёт метки слежки — «цель рядом» — и счётчик чувств мужчин, готовых найти её где угодно. У неё три года, чтобы довести одного из них до «особой концовки» и вернуть себе жизнь, не переступив опасную черту. Ледяной принц уже играет с ней в жестокие игры, а первый охотник и так на грани срыва. Сколько любви можно вытерпеть, чтобы не погибнуть от неё?