— Да. Если он откажется, придется попросить его познакомить меня с кем-нибудь надёжным из «Сальгве». Это дело слишком крупное: если не заручиться их поддержкой, ты, нуна, окажешься в опасности.
В капиталистическом мире, где деньги — мерило всего, они одновременно являются и самым надёжным, и самым опасным инструментом. Капитал, который ты не в силах защитить, — лишь лакомый кусок для сильных мира сего и веский повод для них начать охоту.
Такие люди мгновенно взвешивают риски и выгоду, и как только понимают, что игра стоит свеч, действуют без колебаний.
Поэтому нужно заранее дать им понять: риск слишком велик. И сделать это прежде, чем они начнут копать.
«Сальгве» — одна из пяти крупнейших гильдий Кореи.
Одного этого имени более чем достаточно, чтобы охладить любой пыл.
= Прости.
— Ну, я не считаю, что всё так уж плохо. Можно сказать, благодаря тебе я просто займусь делами чуть раньше, чем планировал.
= И всё же, если продать землю сейчас, ты понесёшь убытки.
— Раз уж об этом зашла речь, нуна... Думаю, нам придётся ускорить открытие предприятия по разделке туш.
= Но это же нереально! Те, кого мы наняли, только-только устроились. Они там сейчас в лучшем случае туши таскают, им даже не дают посмотреть на процесс обработки, не то что технологию изучить.
— Это если искать только среди воспитанников приюта. Но людей в похожем положении — пруд пруди.
= Верно, но чтобы привлечь их, понадобится уйма денег...
— Минутку.
Пак Сану перебил её.
Кажется, Ли Сэбом всё ещё не осознавала истинную ценность земли, которой владела их корпорация.
— Нуна, как думаешь, до скольки вырастет цена?
= Ну... до двухсот-трёхсот тысяч вон?
— Смотри: если цена будет по двести тысяч за пхён, у нас на руках окажется почти десять миллиардов, так? Но я тебе гарантирую: она взлетит гораздо выше.
Дыхание на том конце провода стало тяжёлым.
Сану с улыбкой спросил:
— Теперь подумай: неужели у нас не найдётся денег? Неужели мы должны сомневаться, стоит ли переманивать людей, которые ещё не стали полноценными мастерами?
= Наверное, нет.
— Конечно, пока денег нет на счету, всё это кажется призрачным. Поэтому я назову представителю «Сальгве» цену в сто тысяч вон за пхён. Продадим примерно десять тысяч пхён.
Даже это — уже миллиард.
Учитывая будущую стоимость, это сущие гроши, но какой смысл удерживать всю землю, если у нас нет ресурсов строить на ней небоскрёбы или жилые комплексы? Без этого она — просто актив для перепродажи.
Но что, если земля попадёт к тому, кто способен на ней строить?
Тогда её ценность раскроется в полной мере.
К тому же, цены на соседние участки тоже поползут вверх.
— Как только получишь деньги, первым делом строй завод от имени корпорации. Затем отбери людей, обучи их — и тогда мы сможем полноценно запустить разделку.
= Где строить?
— На самой северной окраине нового Ильсана. Если там будет слишком дорого, строй на участке у Коннынчхона.
= Но новый город не за один день строится. Завод будет простаивать месяцами после завершения. Это же чистый убыток.
— Тогда для начала арендуй небольшой цех в промзоне поближе к охотничьим угодьям. Нам всё равно нужно время, чтобы вырастить своих специалистов.
= Я поняла.
Чуткий слух Сану уловил приближающийся звук мотора. Он огляделся.
— А, сборщики приехали. И ещё, нуна: хоть я и сказал ускориться, пороть горячку не нужно. Времени достаточно, главное — подготовить почву.
= Хорошо. Я набросаю план. Свяжись со мной, когда будешь договариваться о сделке с тем героем.
— Ладно. И не переживай так.
Сану нажал отбой и тяжело вздохнул.
На словах он был спокоен, но в глубине души ему было жаль отдавать землю так дёшево. Потяни он время — и получил бы не один миллиард, а десятки.
«Надо мыслить позитивно. Буду считать это платой за первоклассный щит. Так меньше печёт».
Подавив липкое чувство сожаления, он продал тушу монстра. С толстой пачкой наличных в кармане он добрался до снятого номера и тут же набрал знакомый номер.
= Снова нужна помощь?
— Мне нет оправданий.
= Раз понимаешь, то и ладно. Так что тебе нужно на этот раз?
— Вас случайно не интересуют инвестиции в недвижимость?
= Неожиданный вопрос.
— Просто спросил, на всякий случай.
= Не интересуют.
— Тогда, может, в «Сальгве» есть кто-то, кто профессионально занимается недвижимостью?
= Говори конкретнее.
Сану, не таясь, рассказал всё об Ильсане, чтобы избежать недопонимания. Это сработало — собеседница сразу уловила суть.
= Хм, значит, ты ищешь кого-то влиятельного в гильдии, кто при этом не прочь вложиться в землю.
— Именно.
= Ясно. Соединю тебя с нашим финансовым директором.
Звонок перевели мгновенно.
Разговор пошёл как по маслу. Финансовый директор и сам догадывался о планах застройки Ильсана и давно хотел пополнить казну гильдии за счёт земли. Причём его интересовал не Чонбальсан, а именно участки за Коннынчхоном.
Сану понял: интуиция его не подвела.
Финансовому директору — точнее, всей гильдии «Сальгве» — была нужна не столько прибыль от перепродажи, сколько новые охотничьи угодья.
Реальность — не игра. Близость к городу не гарантирует, что монстры там будут слабыми. Напротив, там могут обитать опасные твари, и если не зачистить территорию до начала строительства, трагедии не избежать.
«Например, как в той битве за Ильсан из „Чёрного мудреца“».
Охотничьи угодья для наёмников без способностей существуют рядом с городами только потому, что сильные герои заранее выкашивают там всё живое.
«Для героя высокого ранга охота на кротов или кроликов-переростков — пустая трата времени».
Помимо зверья, есть ещё и насекомые вроде муравьёв. Они слабы, но их истребление затягивается на вечность. К тому же, даже великий герой может погибнуть, если его завалит в глубокой норе. Проще потратить время на планомерную зачистку, чем неоправданно рисковать.
Именно так вокруг городов и возникают «охотничьи зоны».
А то, что там порой появляются волки или кабаны... Что ж, в районах, где нет военных баз, зверьё мигрирует свободно. А чем сильнее монстр, тем шире его ареал обитания.
В любом случае, «Сальгве» хотела землю за Коннынчхоном, чтобы устроить там передовую базу. К тому же, это было отличное место для тренировки новичков под присмотром ветеранов.
«Учитывая цели основания гильдии, это логично».
Сану прикинул: на что он может рассчитывать в этом разговоре?
«Деньги?»
С этим проблем не будет. Директор явно готов заплатить даже больше предложенных ста тысяч.
Но за любезность всегда приходится платить.
Подумав об этом, Сану решил не наглеть. Его главной целью была защита Ли Сэбом, и этого было достаточно.
— По какой цене мне стоит выставить землю за Коннынчхоном? За участок у Чонбальсана я просил сто тысяч за пхён.
= Давайте по той же цене. Сто тысяч.
— О, вы уверены? Та земля ведь должна быть дешевле.
= Со временем она всё равно подорожает.
Финансовый директор ответил с улыбкой, а после короткого раздумья предложил даже оплатить налоги за сделку. Это был не просто жест доброй воли — он понимал, что сделка всё равно остаётся сверхвыгодной.
К тому же, он знал, что у Сану в Ильсане есть и другие участки. Если сейчас проявить щедрость, то в будущем, когда парень решит продать остальное, он первым делом придёт именно к ним.
Это был подарок «на перспективу».
Перед тем как закончить с документами, директор задал вопрос:
= Скоро вы станете обладателем огромного состояния. Что планируете делать дальше?
— Окончу академию, стану героем и буду крушить монстров и злодеев.
= Даже имея такие деньги?
Это был важный момент. Сану озвучил их с Сэбом план: предприятие по разделке туш, где будут работать в основном выпускники приютов. Он говорил о том, как готов вкладываться в обучение специалистов.
Объективно, план был безупречен. В том числе и с моральной точки зрения.
Финансовый директор, не подозревая об истинных мотивах Сану, восхищённо воскликнул:
= Великолепная идея! Вы хотите дать шанс сиротам, которым так трудно найти своё место в обществе.
На самом деле Сану просто не хотел разбрасываться ценными кадрами и планировал использовать их ресурс по максимуму. Но директор, видя лишь верхушку айсберга, мог только умиляться благородству юноши.
Впрочем, Сану именно этого и добивался.
— Это было паршивое место, — с лёгкой улыбкой произнёс Сану, — но не все, кто там жил, были паршивцами.
= Я вас понял.
Директор пообещал скоро приехать с документами, и разговор был окончен. Сану отправил Сэбом сообщение, чтобы она всё подготовила, и со спокойной душой уснул.
Суматошные каникулы подошли к концу. Время снова понеслось по кругу, словно белка в колесе.
Наступила пора промежуточных экзаменов.
Для Сану, который даже со скрытыми силами оставался в топе, это не было проблемой. А вот Пак Джунхён, вечно болтавшийся в хвосте, сдавал тесты на пределе нервов. К теории его готовила Сэбом, а практику «вколачивал» Сану, время от времени устраивая другу качественную взбучку на ринге.
Сам Джунхён признавался, что за всю свою недолгую жизнь никогда так не вкалывал. И добавил, что не пожалеет о результате, каким бы он ни был.
К счастью, усилия окупились. Его баллы заметно выросли по сравнению с прошлым семестром, и он уверенно покинул «зону вылета». Если удержит планку, диплом героя ему обеспечен. А значит — никакой армии.
Джунхён сиял от счастья.
С другой стороны...
«Раздражает».
Сану поздравлял друга и улыбался, но внутри у него скребли кошки. И дело было вовсе не в Джунхёне.
Его взгляд был прикован к Мун Сонхо, который стоял неподалёку рядом с Пэ Джонхёком. Сонхо так же сиял, окружённый толпой кадетов.
Герой, которого с нуля взрастил Пэ Джонхёк — главный герой романа «Чёрный мудрец». Благодаря наставничеству Джонхёка, Сонхо был лучшим в базовой школе и сохранял лидерство здесь, в Академии.
И это при том, что в книге его талант описывался как «заурядный».
Это и бесило.
Конечно, Сану понимал: даже с таким учителем, как Джонхёк, Сонхо не добился бы ничего без адского труда. Учёба — штука честная: если сам не пашешь, никакой репетитор не поможет.
И всё же это задевало. Разница между Сонхо и Джунхёном казалась Сану мерилом разницы между ним и Джонхёком — двумя реинкарнаторами.
«Конечно, у них было больше времени, да и стартовые условия другие, но всё же...»
В груди закипала злость.
«Я явно не в норме».
Сану горько усмехнулся. Зависть — чувство естественное, но в его случае она была патологической.
Чтобы продолжать мучительную перестройку своего тела, он сознательно подпитывал в себе не надежду или мечты, а негатив: зависть и ненависть. Это было самым мощным топливом, которое он когда-либо знал. Без такой яростной движущей силы было невозможно добровольно подвергать себя пыткам, раздирающим плоть.
Проблема была в том, что теперь эти чувства вспыхивали сами собой, без всяких усилий. Они словно приклеились к его душе намертво.
«Чувствую себя куском дерьма».
Сану ещё мгновение понаблюдал за Джонхёком и Сонхо, а затем заставил себя отвернуться. Ему было противно от этой отчетливой, почти осязаемой злобы внутри. Даже если он сам её и взрастил.
— Эй.
— А? Что?
— С тебя обед. И для меня, и для нуны Сэбом. Мы, считай, жизни положили на твои оценки.
— А, точно! Конечно! Давайте на выходных выберемся. Джихё тоже будет рада.
Маленькая Пак Джихё когда-то панически боялась есть вне дома. Травма: поход в ресторан в тот день закончился гибелью её родителей. К счастью, Сэбом вовремя это заметила. После долгих консультаций с врачами и бесконечного терпения девочке стало лучше. Теперь она могла ходить в кафе.
Сану, словно надев привычную маску, спрятал эмоции и улыбнулся:
— Я буду заказывать самое дорогое.
— Да хоть всё меню! Ради тебя и нуны я готов спустить все свои накопления.
Джунхён так светился, что, казалось, попроси его Сану сейчас стать поручителем по кредиту — он бы не глядя подписал. Впрочем, Сану не собирался этим пользоваться.
— Ладно, на месте разберёмся. Надо ещё Сэбом и Джихё спросить.
— Я сам у них узнаю.
— Валяй. Раз с оценками покончено, я на тренировку.
— Эй, экзамены только закончились! Может, хоть денёк отдохнёшь?
— Сколько сегодня прохлаждаешься, на столько баллов упадут оценки в конце года.
Сану усмехнулся:
— Право на отдых в выходные есть только у тех, кто его заслужил потом и кровью.
— Чёрт бы тебя побрал...
Это был прозрачный намек: хочешь спокойно погулять в увольнительной — марш за мной. Джунхён тут же поник.
— Ладно, пошли. Пошли уже.
Он сдался без боя и поплёлся вслед за Сану.
Так и текли их будни. По меркам прошлой жизни — сплошной экшен, по меркам нынешней — обычная рутина.
Лекции в академии. Охота в увольнительных ради денег. Бесконечные спарринги с Джунхёном, чтобы отточить технику копья. И попытки создать те самые «глаза», которых требовала гениальная Джин Гаён.
Пока компания Пэ Джонхёка, как и положено главным героям, влипала в приключения и спасала мир, другой реинкарнатор, Пак Сану, тихо и методично строил своё будущее, не привлекая лишнего внимания.
Так прошла осень, наступила зима...
А затем объявили о начале застройки Ильсана.
Цены на землю взлетели до небес. Участки, которые раньше торговались максимум по сто пятьдесят тысяч, просто исчезли. Их нельзя было купить ни за какие деньги. Это и понятно: на одни только компенсации владельцам государство выделило десятки триллионов вон.
Ли Сэбом, за которую Сану так переживал, была в полной безопасности. Среди инвесторов быстро разнёсся слух, что за её спиной стоит «Сальгве». Не нашлось дураков, готовых рискнуть головой ради лишней пачки купюр, вступая в конфликт с такой мощной организацией.
Зима миновала, пришла весна.
— Эй, глянь-ка сюда.
— На что?
— Да вот же, смотри!
Джунхён вытянул руку. На ней виднелся шрам — тот самый, который он перенёс на себя, когда Сану специально подставился под удар во время тренировки.
— И что? Стал меньше?
— Да ты присмотрись! Он заживает. Медленно, но заживает!
— Что?
Сану недоверчиво схватил друга за предплечье. Сначала он ничего не видел. Ему даже показалось, что Джунхён так сильно хотел этого, что у него начались галлюцинации. Но вдруг край шрама едва заметно дрогнул и стянулся.
Крошечный участок, меньше миллиметра. Если не вглядываться, не заметишь. Но это было оно — исцеление.
— О...
— Видишь?!
— Вижу. И давно это?
Джунхён расплылся в довольной улыбке:
— На самом деле, уже какое-то время. Мне стало казаться, что раны затягиваются быстрее. Не то чтобы мгновенно, но то, что раньше заживало месяц, теперь проходит на полдня быстрее.
— На полдня за месяц? Ну и точность у тебя.
— А то! Поэтому сегодня, когда ты подставился, я специально полоснул неглубоко. Хотел проверить, будет ли заметна скорость на маленькой ране.
— А я-то думал, чего ты так робко ударил. У тебя, оказывается, был план.
Джунхён продолжал сиять:
— Твоя теория подтвердилась! Моя способность не просто переносит раны, она связана с суперрегенерацией!
— Ты уверен, что это именно от способности?
— Ну, ты же знаешь, что источник способностей — в мозгу?
Сану кивнул. Это была база. Учёные годами препарировали мозг одарённых, даже вскрывали черепа живьём, пытаясь понять природу сил, но так и не нашли ответа. Способности оставались загадкой.
— Так вот, я чувствую, как оттуда к ране тянется какая-то тонкая нить. Но она мне не подчиняется. Я не могу заставить её работать быстрее, как при переносе раны.
— Совсем никак?
— Вообще. Я уже всё перепробовал.
— Жаль. Если бы ты научился этим управлять, мог бы мгновенно залечивать критические раны.
Видя, как Сану расстроился, Джунхён лишь рассмеялся:
— Да мне и этого за глаза! Суперрегенерация — это же чертовски круто, разве нет?
— Твоя правда.
Сану согласился, но в голове уже крутился новый вопрос:
— Слушай, а эта регенерация работает только на те раны, что ты перенёс? Или на свои собственные тоже?
— А чёрт его знает. Наверное, нет?
— Проверим.
Сану на мгновение задумался, сконцентрировал внутреннюю энергию в кончиках пальцев и резко полоснул друга по руке.
— Ай! Больно же! Ты что творишь?!
— Эксперимент. Понаблюдай за этой царапиной. Если начнёт затягиваться — маякни. А мне пора.
Сану вышел из зала, оставив ворчащего Джунхёна позади.
Он шёл по коридору и думал: «А ведь я и правда чертовски усердно потрудился».
Он пахал. Пока завершалась мучительная перестройка тела, он впитывал знания, необходимые герою. Терпел спарринги, похожие на пытки, и изучал всё подряд, лишь бы создать те «глаза», о которых грезила Джин Гаён.
Живи он так в прошлой жизни — поступил бы в лучший университет мира или стал бы звездой мирового спорта. Неважно, в футболе или бейсболе.
«Мне нужен пряник».
В этой жизни, состоящей из одних только ударов кнута, ему жизненно необходим был сладкий пряник. Настолько сладкий, чтобы зубы заныли.
Вернувшись в комнату, он сел за стол и открыл ноутбук. Нашёл статью о происшествии многолетней давности. Трагедия, в которой погибло множество людей, а целая семья была вырезана под корень — выжил лишь младенец.
Пришло время достать тот самый пряник, который он так долго приберегал.
Пак Сану широко улыбнулся.
Глава 10. Месть сладка (1)
Обновлено: 23.01.2026