Раньше я уже сталкивался с демонами: у отца было несколько артефактов-сосудов для них – ничего особенного, в основном бесы и адские гончие. Но сейчас все было иначе: демон был на круг выше меня, а мои союзники – люди, с которыми я никогда раньше не работал, не говоря уже о том, чтобы сражаться бок о бок.
Наше положение, мягко говоря, было не из лучших. В данный момент двое передовиков атаковали демона, и все это выглядело так, словно они пытались воспроизвести битву Давида с Голиафом, концовка которой, однако, едва ли бы соответствовала оригинальной истории.
«Как волнительно».
Я стер идиотскую улыбку с лица, которая каким-то образом на нем появилась, и начал колдовать. Мне нужно было сохранить заклинания второго круга для подстраховки, особенно это касалось «Ловкости Пантеры».
Что же по заклинаниям первого круга – я быстро прокрутил в голове варианты, пытаясь выбрать что-нибудь, что могло бы повлиять на исход боя.
«Сила» была вполне полезна – толчок в нужный момент может превратить смертоносный замах в роковую ошибку.
Далее – «Увядание» – все, чего оно коснется, начнет терять жизненную силу. На протяжении периода своего действия заклинание приближает жертву к смерти, и даже против подобного врага она должна иметь некоторый, пусть, возможно, и поверхностный, эффект.
«Что еще?»
К сожалению, проклятия сейчас были бесполезны. Как реальный идиот, я готовился к сражению с людьми, и не подготовил символ-якорь для духовных тел, а перенастройка моих татуировок прямо сейчас займет слишком много времени.
Некоторые урон может нанести «Огненная стрела», но просые способы использования магии вроде «Разреза» или «Магической стрелы» никакого эффекта не дадут. Использовать «Жуткую энергию» не получится, поскольку поблизости нет канала маны, а алтарь принадлежит не моему Богу.
И, наконец, последняя группа заклинаний – ментальные. Разум демона – сгусток гнева и жестокости – должен быть очень простым, из-за чего он в своей слепой ярости должен быть склонен поддаваться иллюзиям. Так что даже бесхитростные заклинания вроде «Искажения» должны сработать.
Разобравшись с репертуаром для этого противника, я начал колдовать. Используя магический фокус для одного заклинания, а свободной рукой чертя руну для второго, я одновременно сколдовал «Силу» и «Искажение», и придерживал их до подходящего момента.
Бой начался. На мой анализ ушло около одного вдоха – подобно хорошо отлаженному механизму, мозг работал на пределе возможностей.
Священник замахнулся, но демон просто уклонился от атаки, а затем быстро шагнул вперед, занося над ним два когтя для атаки. Мужчина был хорошим мечником, так что сразу понял, что шансов остановить этот удар у него столько же, сколько шансов остановить несущийся на него на всей скорости поезд. Поэтому он наклонил свой меч так, что когти твари скользнули по лезвию, едва оцарапав его плечо.
Но у демона было три руки, последняя из которых целилась в голову священника, но заклинание я все равно пока что использовать не стал. Когда коготь уже должен был достигнуть цели, металлический шипованный шар направил его в другую сторону – словно разъяренный вращающийся вихрь насилия, кот прыгнул и ударил по когтю, успешно его отбив, после чего приземлился на все четыре лапы, впившись когтями в бетон. Его тело, готовое к новой атаке, походило на сжатую пружину.
Священник воспользовался моментом, чтобы немного разорвать дистанцию, но демон ему этого не позволил: он взревел от ярости из-за сорванной атаки, прыгнул вперед и, вместо того, чтобы использовать руки, просто ударил своей головой, подобно быку, чем удивил священника. Атака отбросила того назад, и благословение, похожее на броню, засветилось, как раскаленный металл. Мужчина закашлял кровью и упал на спину.
«Исцеляющий свет»! – прерывающимся голосом закричала монахиня, как из её глаз потекли слезы – от её рук на упавшего священника распространился свет, и цвет его лица немного улучшился.
«Аргх!» – закричал в приступе слепой ярости Натан, бросая свои ножи. Демон занес один коготь над священником, чтобы покончить с ним, а двумя другими, что были с левой стороны, заблокировал летящие клинки.
Вот оно, сейчас. Я обрушил «Силу» на одну из рук – ту, что должна была защитить череп существа. Сработало. Кинжал вошел в кость, пусть и совсем немного, но кот не упустил своего шанса: со скоростью и проворством, которым позавидовал бы любой акробат, он подпрыгнул, крутанулся в воздухе и ударил шаром по торчащему кинжалу, как плотник, забивающий гвоздь.
Думаю, мы впервые по-настоящему ранили демона, поскольку рев его был скорее от боли, нежели от ярости. Священник попытался воспользоваться моментом, чтобы откатиться в сторону, но тварь, оправившаяся от раны быстрее, чем кто-либо мог подумать, о нем не забыла: двумя руками она отмахнулась от кота и начала опускать третью руку на полу-вставшего мужчину. Смерть надвигалась на него.
«Искажение».
Я ощутил разум демона, его слепую ярость, подобную пылающему пламени внутри него. У него было одно желание: убить, убить, убить стольких, скольких только можно. Я наложил иллюзию на то, что он видел прямо сейчас – особой разницы не было, всего лишь неестественное искажение, похожее на вибрацию нагретого воздуха. Обычный боец мог бы заметить неладное, но этот комок гнева все игнорировал.
Коготь опустился.
И глубоко вонзился в бетон прямо рядом с головой священника. У того было время подняться, но он совершил нечто гораздо более дерзкое, чего не ожидал никто: вместо того чтобы встать и поднять свой меч, мужчина обхватил руку твари, погруженную в бетон, и ударил демона ногами, немного выбив того из равновесия.
Я знал, что это было – он пытался выиграть для меня время. Момент был идеальным: священник лежал на полу, так что заклинание его бы не задело, а две другие руки твари все еще были в замахе после того, как отбросили кота за пределы досягаемости моего заклинания.
Я начал колдовать.
Одновременно творить два заклинания разных кругов было сложно, поскольку они состояли из разных элементов, но мне нужно было торопиться, ведь времени было только до следующего взмаха конечностей демона.
Начал я с «Силы», которая должна еще сильнее выбить тварь из равновесия и гарантировать, что последнее заклинание достигнет своей цели.
Затем я сосредоточился на мане, всей своей силой воли вкладывая в неё мысли и желания и как будто пытаясь придать ей форму шара из раскаленного металла голыми руками. Жгучая головная боль почти лишила меня концентрации, но я справился. Оба заклинания я создавал невербально – мой язык был не быстрее когтей демона, так что использовать его смысла не имело.
Как только мана пробудилась, я разделил свой разум на две части, создав еще одну нить, отдельную часть своего сознания для контроля магии. Боль усилилась, но такова была цена двойного заклинания. Одна половина моего сознания левой рукой быстро начертила знак активации «Силы», полностью опустив остальные руны, отчего заклинание было завершено, едва начавшись.
Второй же половине разума пришлось потрудиться: с небольшой помощью магического фокуса я управлял маной, пытаясь сотворить версию «Увядания» второго круга – «Глубокое разложение». Сколдовать заклинание второго уровня, связанное с тайнами смерти, было непросто – энергия ускользала, пытаясь вернуться в исходное состояние.
«Давай, ломайся, повинуйся», – я стиснул зубы, видя, что руки демона, отбросившие кота, уже начали опускаться на священника, начиная обратный отсчет до его победы.
Но магия все никак не принимала форму, словно я ударялся о невидимую стену. Я стиснул зубы: сейчас можно было бы немного испугаться, но вместо этого я использовал свою гордость как топливо – представил эту тварь, стоящей надо мной с победной улыбкой, – и с яростным ревом заставил заклинание обрести форму.
Я почувствовал, как что-то сломалось, как какая-то стена, о существовании которой я даже не подозревал, разлетелась вдребезги. И заклинание, щелкнув, материализовалось передо мной. Моя сила воли только что возросла, позволив мне достичь ранее невиданного контроля над маной, но сейчас мне было не до того, чтобы это праздновать.
Сначала «Сила», потом «Глубокое разложение». Как только эти два заклинания полетели, я немедленно активировал «Рассекающий шторм» из посоха. Выбить из равновесия, затем размягчить плоть, а потом – разрезать её на части. Все это летело в область шеи врага.
Заклинания уже были в пути, священник удерживал одну руку демона, а две другие были слишком далеко, чтобы защитить его. Если тварь потеряет равновесие, то уже не успеет выставить защиту до того, как магия её настигнет.
У демона было отличное зрение, так что я ожидал проблеска паники или чего-то еще, но ничего подобного не произошло.
Вместо этого он сделал то, чего никто из нас не ожидал.
Когда заклинания уже вот-вот должны были попасть, я увидел, как мышцы руки, погруженной в бетон, напряглись, словно стальные канаты, едва прикрытые красной кожей – они расширились и сжались, и демон использовал руку, как прыгун с шестом использует шест – взмыл с её помощью в воздух. Священник, явно не готовый к такому маневру, выпустил тварь из своей хватки.
Магия едва задела ноги, покалечив одну и немного повредив другую, но тело не пострадало. Что еще хуже, демон бросился вперед, прямо на нас с монахиней.
Быстро соображая, я использовал одно из заклинаний в посохе и одновременно наложил второе вручную. Первая «Сила» была направлена на монашку, а вторая – на меня.
В последний момент, когда красная, разъяренная погибель обрушилась на нас с воздуха, магия попала в цель, отбросив прочь меня и монахиню.
Мы ударились о противоположные стены. Сразу после этого я поднял руки, чтобы защититься от града камней и обломков, полетевших в стороны от Алтаря, который был разбит после того, как в него врезался демон.
Во рту чувствовался привкус железа вперемешку с пылью, а энергия, исходящая от обломков вокруг, делала все еще хуже: от них, как от тлеющих углей теплом, несло чем-то благостным – подчинением заветам, чистотой и праведностью.
«Ужасно. Кажется, начинаю немного понимать этого демона».
Я поднялся на ноги и посмотрел на демона. Одна из его ног была разорвана в клочья и теперь представляла собой просто кусок плоти, с которого капала черная кровь. Вторая же нога была в лучшем состоянии, как раз достаточном для того, чтобы, вкупе с непарной рукой, на которую она немного припадала, используя её в качестве импровизированной замены потерянной конечности, выдержать вес твари. Две другие руки были подняты верх, подобно хвосту скорпиона.
Глубокая ненависть в черных глазах-бусинках была явно направлена прямо на меня.
Единственная хорошая новость была в том, что близость к Алтарю, кажется, нанесла демону некоторый урон, поскольку сейчас тот слегка клонился вперед – он явно ослаб. Но было ясно, что следующая его атака будет направлена на меня.
Я мог бы убежать, использовав одно из двух оставшихся заклинаний второго круга. Если добавить сюда «Малое внушение», уверен, мне удастся заставить эту тупую тварь сосредоточить свои атаки исключительно на остальных, а самому тем временем ускользнуть с «Ловкостью пантеры».
Но этот вариант меня не устраивал. И отнюдь не из-за чувства какой-нибудь чести. Я не был фанатом «последнего славного боя» и уж тем более – самопожертвования, но и поджимать хвост и бежать тоже было не в моем стиле.
Победа. Пусть даже полученная самым отвратительным и коварным способом, но победа. Таков был мой стиль. Желание сражаться и побеждать, проявить себя горело во мне, наверное, сильнее, чем ярость – в демоне. Я хотел разорвать его в клочья и воспользоваться его маной, чтобы вознестись до третьего круга.
Я мог собственноручно сотворить два заклинания второго круга, в посохе атакующих заклинаний, достойных упоминания не было, равно как не было проклятия или бога, к которым можно было бы воззвать.
Но моя воля была непоколебима.
Я готовился колдовать, собирая ману и обдумывая возможные варианты.
И тут я почувствовал это.
Моя связь с магией улучшилась – видимо, я ступил на территорию третьего круга еще до своего реального восхождения. Слышал, что стресс способствует росту, но это было все равно, что учиться бегу, убегая от голодных львов.
Но если уровень моего контроля был почти на уровне третьего круга, то, возможно, я мог бы попытаться применить заклинание почти уровня третьего круга, использовав всю свою «второуровневую» ману. Так я рискну своим спасательным кругом, но, возможно, выиграю битву. И спасу других людей в комнате. Кажется, я к ним немного привык.
«Стоит попробовать», – пробормотал я себе под нос, выпрямляясь и глядя демону прямо в лицо, и не смог сдержать расползающуюся по лицу улыбку.
И когда я встретился с ним взглядом, то он вздрогнул.
Обновлено: 21.01.2026