Глава 12 — Глава 12: Ты ведь не хочешь беспокоить свою мать?

Нисимия Сёко опустила голову и протянула свой блокнот Кёске. «— Прости, что доставила тебе неприятности…» — Слуховой аппарат в порядке? Тебе нужна помощь? — вместо того чтобы принять извинения, мальчик с беспокойством спросил о главном. «— Да, всё работает» — Когда разговариваешь со мной, не используй тетрадь. Просто говори напрямую. Я постараюсь тебя понять. Он сделал короткую паузу, выражение его лица смягчилось: — И за что ты извиняешься? Это не твоя вина. Если кто-то и должен извиняться — так это другие. «— Но... всё это произошло из-за меня. Слуховой аппарат ведь мой…» — Это неправда! — перебил он, аккуратно погладив её мягкие каштановые волосы. — Не думай, что ты в тягость только потому, что у тебя проблемы со слухом. И не извиняйся постоянно. — Но… — её глаза сразу наполнились слезами. Тон Кёске прозвучал строже, чем он хотел. — Если ты действительно чувствуешь, что доставляешь другим проблемы, становись сильнее, а не просто кланяйся и извиняйся. Начни с того, что попробуешь разговаривать со мной вслух! — М-м! Ябуду.. стараттся  ..Кёске! Я не могу подвести его! Ну же, Сёко! Услышав, что мальчик не ругает её, а пытается поддержать, девочка снова улыбнулась и решительно кивнула. — И ещё: если что-то подобное произойдёт в следующий раз — не принимай удар вместо меня. Поняла? — М-м… Сёко весело кивнула, но под столом её маленькие кулачки сильно сжались. Я тоже хочу защищать его. Так же, как он защищает меня. Рядом тяжело сглотнула Уэно Наока. Она помнила: всё началось потому, что она попросила у Сёко её слуховой аппарат. Когда раздался голос учителя Такеучи, Наока представила, как её дедушка стоит перед учителем и низко кланяется, извиняясь. Сердце болезненно сжалось. Она злилась на Сёю за то, что он сделал. Сожалела, что передала слуховой аппарат ему в руки. Но больше всего она была зла на Сёко. Это всё из-за неё! Если бы не она, я могла быть рядом с Кёске… Что он теперь обо мне думает... Каждое слово мальчика лишь усиливало эти мысли: Если кто-то и должен извиняться — то другие. Наока отвернулась, чувствуя неприятный ком в животе. После долгого внутреннего спора она решилась. Написала короткую записку и передала Сёко. «— Прости, Нисимия. Это началось из-за того, что я бросила твой слуховой аппарат Исиде» Сёко ошеломлённо моргнула. Такое… впервые. Сердце бешено билось. Руки дрожали. Но она вспомнила слова своего друга. И раздражённые взгляды одноклассников, которыми её уже не раз прошивали за частые извинения. Поэтому, глубоко вдохнув, она уверенно вывела в тетради: «— Всё в порядке, Наока. Тебе было просто любопытно. Это Исида хотел выбросить мой слуховой аппарат» «— Но если бы я не перебросила его ему, этого бы не случилось» «— Всё хорошо. Ты ведь не хотела этого» «— Ты правда не винишь меня, Нисимия?» «— М-м. Это не страшно ☺» Сёко даже нарисовала маленький смайлик. Наока замерла. Почему ты такая… добрая? Почему я не могу тебя ненавидеть? Если бы Сёко разозлилась, Наока смогла бы продолжать обвинять её без угрызений совести. Но мягкость и искренность девочки давили на грудь. И Наока вдруг поняла, почему многим мальчикам нравятся тихие и беззащитные девочки. Она стиснула зубы и повернулась к Кёске: — Прости, Кёске. Из-за меня Исида попытался тебя ударить… — Ха-ха, да брось. Он даже не попал. Скорее я должен поблагодарить тебя за то, что ты дала мне повод проучить его. Наока даже фыркнула от облегчения и нервно засмеялась. — Ты ведь пытаешься научить Нисимию устной речи? Я тоже хочу помочь. Можно? Мальчик удивлённо моргнул, чувствуя странную перемену в её голосе. — Конечно. Что думаешь, Сёко? — Этоздрово! СпасибоНока! — слова у Сёко выскочили слишком быстро и скомкались. Она вспыхнула и потянулась к тетради. — Не нужно писать, Нисимия. С этого момента я тоже постараюсь тебя понять Отлично, — подумала Наока.— Если я не могу отодвинуть Нисимию от Кёске… то просто присоединюсь. Она внутренне торжествовала. Я смогу проводить время с ним! Только жаль — Нисимия никуда не денется… Ну и ладно. Буду считать это добрым поступком. Наока посмотрела на сияющую девочку и тяжело вздохнула. Тем временем, в учительской. Такеучи-сэнсэй сидел в кресле, глядя на стоящего перед ним Сёю Исиду. — Исида, что с тобой происходит? — Н-ничего. — Почему ты начал драку? — Я ничего не начинал! Он стиснул зубы, вспоминая, как дважды пытался напасть на Ходзё — и оба раза получил сам. — Так это тебя ударили? Только сейчас Сёя заметил, как болит всё тело. Раньше он не обращал на это внимания, но сейчас ощущения словно усилились. Если бы он уделял больше внимания учёбе, то знал бы, что это проходящий эффект адреналина. — Меня… тоже никто не бил. — Тогда почему ты оказался на полу и опрокинул шкаф? — Я… сам упал… — Ты врёшь. — Я говорю правду! — Что ж, мне придётся позвонить твоей матери. Пусть завтра придёт в школу. Сёя вздрогнул. Паника ударила в голову. Не усложняй ей жизнь, — всплыло в памяти. — Это… моё дело! Зачем маме?! Он поднял голову, но голос дрогнул. — Если ты не можешь разговаривать со мной нормально, придётся делать это через посредника. — Я сказал правду. Я никого не бил, я просто упал! — Почему тогда Ходзё и Нисимия были там же? — Потому что… — Значит, звоню. — Потому что я хотел ударить Ходзё, но он увернулся, и я врезался в шкаф!!! — выкрикнул он и мгновенно ощутил волну унижения. К счастью, шёл урок и в кабинете были только они с учителем. Иначе ему было бы ещё более стыдно. Услышав свою "любимую" фамилию, Такеучи на мгновение замолчал, ощутив внезапный приступ сочувствия к Сёе.  Вот нафига ты его провоцировал? Учитель тяжело выдохнул. — И зачем ты пытался ударить Ходзё? — Я хотел выбросить слуховой аппарат Нисимии в окно… а он меня остановил. Сёя полностью сдался, надеясь только на одно — избежать звонка домой. У Такеучи мгновенно проступила пульсирующая жилка на виске. Сочувствие? Нахер. Он уже чувствовал ту подкрадывающуюся головную боль, в которую это могло вылиться. — Идиот… почему ты снова издеваешься над Нисимией?! Он вспомнил собрание педсовета и разговор с директором на прошлой неделе. Решалось, в какой класс пойдёт слабослышащая ученица. Такеучи немного опоздал и все его долбанные коллеги ухитрились увернуться от этой мороки. Новый геморрой втюхали именно ему. В итоге — два инцидента всего за пару дней. Блеск, просто блеск. — Хочешь в медпункт? — устало спросил он, глядя на наливающиеся синяки мальчика. — Нет! Такеучи-сэнсэй… это значит, вы не позвоните моей маме? Учитель снял очки и устало потер переносицу. По крайней мере он, похоже, не навредил Ходзё или Нисимии. Учитывая предыдущий случай, этот мог стать ещё более проблемным.  — Ты же не хочешь её беспокоить, так? — Нет… — Сёя опустил взгляд. Он снова подвёл её. — Тогда перестань доставать Нисимию. И не провоцируй Ходзё. — Я понимаю насчёт Нисимии… но при чём тут Кёске? — удивился он, но быстро кивнул. — Хорошо! Я не буду больше обижать Нисимию! — Ты… ладно. Забудь. Просто веди себя нормально. Такеучи-сэнсэй чуть заметно вздохнул. Почему я вообще пытаюсь быть хорошим учителем?